Чтение онлайн

Женщины снова переглянулись.

– Может, Кэти? – предположила Уиллоу.

– Нет, с ней они скорее были сестренки по бутылке. – Триш поглядела Энджи в глаза. – Напивались у костра и давай болтать всякую чушь, прежде чем заползти в спальные мешки и отключиться.

– То есть Жасмин много пила во время поездки? – удивилась Энджи.

– Да уж не сдерживалась. Но как рыбачка, выше всяких похвал, даже меня научила кое-каким тонкостям. – Уиллоу задумчиво отпила кофе. – Вот разве что Иден с ней общалась. Они часто болтали по вечерам у костра, пока Жасмин строчила в своем дневнике, прежде чем нализаться на ночь.

– А Рейчел, она ладила с Жасмин? – спросила Энджи, проверяя правдивость того, что Рейчел ей рассказала.

– Рейчел работала, – ответила Триш. – Она играла роль молчаливого наблюдателя и всячески поощряла естественное общение между участницами. У нее был просто талант сунуть камеру тебе в лицо и прикинуться при этом ветошью.

– Рейчел сказала, что Жасмин всячески интересничала, козыряя своим «большим секретом».

Обе женщины засмеялись.

– Ах да! Какой-то тайный любовник, подаривший ей бриллиантовое кольцо, которым она хвасталась направо и налево. При этом Жасмин утверждала – дословно, – что у всех есть свои тайны и участницы той поездки – не исключение.

Энджи вспомнились слова старой медсестры, которая первой нашла ее в бэби-боксе больницы Сент-Питерс больше тридцати лет назад: «Порой нам кажется, что мы храним тайну, но на самом деле это тайна держит нас в плену».

Она выложила на стол фотографию кольца с бриллиантами.

– Вот об этом кольце шла речь?

Женщины закивали.

– Скажите, а складывалось ощущение, что Жасмин действительно с кем-то помолвлена? Или она просто морочила всем голову?

– Судя по тому, как она флиртовала с проводниками? – тихо уточнила Уиллоу, и в ее взгляде появилась настороженность. – Вообще-то невеста не ведет себя подобным образом.

– Я сейчас задам немного странный вопрос. Осмотр останков не подтвердил такого предположения на сто процентов, однако вероятность, тем не менее, исключать нельзя… – Энджи помолчала. – Жасмин ни разу не дала повода думать, что у нее когда-нибудь был ребенок, которого, возможно, отдали на усыновление?

На лицах женщин отразилось нескрываемое удивление.

– Нет, такого не было, – уверенно сказала Уиллоу.

– Вижу, вы обе удивились. Почему?

Триш провела пальцами по своим седым «колючкам».

– Как-то вечером у костра зашел разговор об усыновлении. Мы с Уиллоу тогда как раз вели переговоры с сиротским приютом в Корее. Так вот Жасмин яростно обрушилась на наше намерение взять корейского ребенка. Она заявила, что это глупость, что мы понятия не имеем, каких детей сдают в приюты.

– Она была невозможно резкой, – добавила Уиллоу. – Сказала, что нам достанется ребенок с фетальным алкогольным синдромом, с недоразвитым мозгом или неуправляемым характером. Конечно, она уже хорошо набралась тогда, но… – Уиллоу помолчала. – Это никоим образом не натолкнуло меня на мысль, что Жасмин хоть в малой степени сочувствовала идее усыновления или сама пошла бы этим путем.

– Если подумать, она могла взвиться как раз потому, что сделала это в прошлом, – подала голос Триш. – И подсознательно желала оправдать свой поступок. Может, это и была ее большая и мрачная тайна.

– Тогда откуда такое самодовольство? – возразила Уиллоу и повернулась к Энджи. – Какую бы тайну ни скрывала Жасмин, она говорила о ней с надменным превосходством. Она гордилась своей тайной, у нее даже настроение поднималось. Размахивала своим секретом, как флагом.

– А почему она так себя вела? – спросила Энджи.

– Да черт ее знает. Двадцать пять лет, весь мир у ног, а мы, типа, старые кошелки. Может, просто животное превосходство молодости, желание указать старым кошелкам их место…

Энджи выдержала взгляды Триш и Уиллоу.

– Еще один вопрос, – попросила она. – Рейчел вспомнила, что какие-то мужчины преследовали вас по берегу, когда вы сплавлялись по реке.

– А, это. – Триш сухо засмеялась. – Мы решили, что и тут постаралась Жасмин. Она оскорбила компанию местных в пабе в Порт-Феррисе. Мы там собрались на ужин и встречу с проводниками накануне отправки в лодж «Хищник». Ночевать собирались в мотеле. Но в пабе был большой телевизор, показывали какой-то матч, и весь город набился поболеть за местного героя. Спиртное лилось рекой.

– То есть там было опасно, раз посетители были пьяны?

– Ну, мы-то сами не пили, – сказала Триш. – Так, отметили начало путешествия. Но некоторые, включая Жасмин, просочились в паб и начали праздновать с местными их победу.

– А каким образом Жасмин оскорбила местных жителей?

– Ну, в пабе тогда собрались почти сплошь здоровенные темноволосые лесорубы, и все как на подбор в «камлупских смокингах»…

– В чем? – не поняла Энджи.

– Так называют утепленные клетчатые куртки, которые в сельских районах носят все – от лесорубов и охотников до механиков, – объяснила Уиллоу.

Энджи сразу вспомнился Гаррисон Толлет, нынешний владелец лоджа «Хищник». Он вполне соответствовал описанию – крупный, мускулистый, каждое бедро обхватом с ее талию. И оба раза, когда Мэддокс и Энджи общались с ним в лодже, Гаррисон Толлет был в клетчатой куртке.

– И что им сказала Жасмин? – повторила Энджи.

– Что-то о близком родстве. Что они все двоюродные братья, отродясь не чистили зубы, зато наяривают в лесу на банджо, – сказала Триш.

– Вы шутите? – опешила Энджи.

– К сожалению, нет. Ну, и, наверное, кто-то из присутствовавших в тот вечер в баре решил, что будет забавно пугнуть нас на реке. По берегу за нами шли трое. Двое здоровые – один брюнет, а другой в красной шапчонке и клетчатой куртке. А третий пониже и тощий. Выйдут на край обрыва и стоят среди деревьев, ничего не делая. Иногда мы замечали их силуэты на гребне горы. Однажды днем мы услышали банджо, а ночью на нем снова кто-то играл, и уже рядом с нашим лагерем.

– Причем один из здоровяков что-то нес, – добавила Уиллоу. – Что-то длинное, винтовку или охотничье ружье.

– Вы считаете, они просто хотели вас напугать или действительно угрожали? У вас возникало ощущение, что они опасны?

– Мне было неуютно, – призналась Уиллоу. – Но Жасмин сама напросилась. Если бы Гаррисон и Джесси не вмешались и не разрядили обстановку в пабе, все могло закончиться черт знает чем. Гаррисон отвел Жасмин в сторонку, купил ей еще выпить и увел за столик в дальнем углу, пока Джесси успокаивал горячившихся местных.

Триш и Уиллоу снова переглянулись, будто решая, говорить или нет, а затем Триш призналась: