Чтение онлайн

В Австрии право надзора за судами принадлежит также министру юстиции, коллегиальным судам в порядке инстанций, а также председателям этих судов. Этот надзор заключается в наблюдении за надлежащим несением судьями своих обязанностей и устранении выявленных недостатков, причем надзорные власти могут делать судьям замечания и выговоры. Замечание не подлежит обжалованию; по поводу выговора можно обратиться к высшестоящей надзорной власти. Не реже одного раза в два года должны происходить проверки судов председателями судов высшей инстанции, а в случае необходимости – министром юстиции или его представителями 264 .

В России 265 судебные уставы 1864 г. организовали надзор над судьями по французскому образцу, но с одним необыкновенно важным исключением – не давали права надзорным органам, в том числе и министру юстиции, определения дисциплинарных взысканий. Министр лишь имел право: 1) обнаружив скопление дел в суде, замедление их хода либо застой, порекомендовать председателю этого суда изыскать средства для устранения этого и потребовать объяснения причин сложившегося положения; 2) лично проводить проверку судов или доверять ее проведение вице-министру, а проверку судов первой инстанции поручать членам судов второй инстанции и 3) возбудить в отношении виновных дисциплинарное расследование. Также председатели судов и суды высшей инстанции при обнаружении какой-либо погрешности в подлежащих их надзору судах могли лишь своими распоряжениями восстанавливать пошатнувшийся порядок и привлекать виновных к дисциплинарной ответственности. Благодаря этим положениям в полной мере обеспечивалась независимость судей. Новелла 1885 г. изменила положение вещей в худшую сторону, предоставив министру юстиции и первому председателю апелляционного суда право делать судьям замечания и указания 266 .

В Англии судьи низших судов подлежат надзору лорда-канцлера, а высшего суда – надзору парламента 267 .

I. Судьи, как и прочие должностные лица, могут подлежать за нарушение служебных обязанностей троякого рода ответственности (уголовной, гражданской и дисциплинарной) на основании общих положений о гражданской службе. Но в числе служебных нарушений, совершаемых судьями, есть одно, неизвестное другим чиновникам, а именно неправильное решение дел в ходе судебного разбирательства. Поэтому именно в отношении этого нарушения возникает вопрос о границах ответственности судей, вопрос, имеющий безмерно важное значение, поскольку он затрагивает принцип независимости суда.

A. Начнем с уголовной ответственности 269 . Уголовные кодексы, как действующие, так и проекты новых кодексов, делятся на две группы.

К первой группе относятся те, которые не выделяют неправомерного вынесения приговора в качестве самостоятельного преступления, считая, что оно охватывается общим понятием злоупотребления правом 270 . Вторая группа охватывает кодексы и проекты, признающие неправомерное вынесение приговора в качестве отдельного преступления 271 . Но эта разница не имеет существенного значения, поскольку все кодексы и проекты сходятся в том, что как в понятие злоупотребления правом, так и в специальное определение неправомерного вынесения приговора входит элемент преднамеренности или умысла, следовательно, признают преступлением только «сознательное» неправильное решение дела, т.е. считают условием наказуемости умышленную вину.

B. Организация дисциплинарной ответственности судей может быть признана разумной при наличии следующих условий: 1) если дисциплинарная власть над судьями принадлежит органам судебного ведомства; 2) если состав дисциплинарного суда устраняет возможность личного усмотрения и произвола; 3) если дисциплинарная ответственность не распространяется на внутреннюю сторону судейской деятельности и не нарушает свободу судейского убеждения; 4) если само производство по дисциплинарным делам организовано таким образом, что обеспечивает вынесение справедливых приговоров.

Первое условие вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и направлено на защиту независимости судей. На первый взгляд может показаться опасным предоставлять судам дисциплинарную власть над своими членами, но, однако, без этого независимость судей не была бы обеспечена надлежащим образом.

Второе условие воплощено в коллегиальном составе дисциплинарных судов, которыми являются общие собрания судейских коллегий или создаваемые из членов этих коллегий дисциплинарные суды, а не председатели судов или министр юстиции.

Третье условие является необходимым следствием и дополнением основного принципа, состоящего в том, что внутренняя сторона судебной деятельности не подлежит никакому контролю, кроме институционного. Из этого следует, что судьи могут быть привлечены к дисциплинарной ответственности: во-первых, за служебные проступки, не влекущие уголовной ответственности; во-вторых, за нарушение внутреннего распорядка; и в-третьих, за предосудительное поведение в частной жизни, которое порочит достоинство судейского звания.

И наконец, четвертое условие заключается в надлежащей организации дисциплинарного процесса, который должен быть построен по образцу уголовного процесса, но с некоторыми особенностями, учитывающими более простой и своеобразный характер дисциплинарных проступков. Эти особенности сводятся к следующему.

Так как дисциплинарные проступки по сравнению с преступлениями более просты, малозначительны и не угрожают общественному порядку, то предварительное следствие, формальная отдача под суд и составление обвинительного заключения представляются излишними и могут быть заменены проводимым надзорной властью предварительным неформальным расследованием с последующим направлением дела в дисциплинарный суд. По этим же причинам излишним является принцип публичности, являющийся как в уголовном, так и в гражданском процессе гарантией правильного и беспристрастного правосудия, но не имеющий такого значения при рассмотрении дисциплинарных дел. Эти дела касаются нарушений внутреннего служебного порядка или поведения судей в частной жизни, а поэтому их публичное рассмотрение ничему не научит публику, ничем ее не устрашит, а только разбудит нездоровое любопытство и сделает судей предметом сплетен. В итоге публичное рассмотрение подрывает в обществе уважение и доверие к судьям, а кроме того, увеличивает меру назначенного виновному наказания. Все же чтобы дисциплинарный процесс не получил характер какой-то тайной инквизиции и в целях обеспечения интересов обвиняемого необходимо допускать в зал заседания некоторое число лиц по просьбе и по выбору обвиняемого.

Изложенные начала разумного устройства дисциплинарного расследования не в полной и не в одинаковой мере воплощены законодательствами европейских государств.

Во Франции 272 единственным дисциплинарным судом является так называемый высший совет магистратуры, которым является не что иное, как общее собрание кассационного суда. Привлечение к дисциплинарной ответственности зависит от министра юстиции, по предписанию которого генеральный прокурор кассационного суда возбуждает и поддерживает в дисциплинарном суде обвинение. По поводу этого порядка справедливо отмечается, что он предоставляет широкое поле для усмотрения министра юстиции, который, руководствуясь политическими или какими-нибудь иными посторонними отношениями, может смотреть сквозь пальцы на проступки одних судей и привлекать к дисциплинарной ответственности за такие же проступки других. Дисциплинарный суд либо немедленно приступает к рассмотрению дела, либо, если признает дело недостаточно ясным, поручает одному из своих членов провести предварительное расследование. На заседание дисциплинарного суда, назначенное для рассмотрения дела по существу, вызывается обвиняемый, который может явиться в сопровождении защитника из числа адвокатов, состоящих при кассационном суде. Разбирательство дела происходит при закрытых дверях, однако суд может огласить приговор, если признает это необходимым в качестве указания для судей либо для реабилитации оправданного судьи, дело которого получило огласку. Нарушения, за которые судьи привлекаются к дисциплинарной ответственности, могут касаться как служебной деятельности, так и частной жизни. Особо закон запрещает судьям «любые демонстрации и манифестации против принципов или формы республиканского строя». Дисциплинарный суд может назначить следующие наказания: замечание; выговор, сопровождающийся лишением содержания на один месяц; приостановление исполнения служебных обязанностей с лишением жалованья на этот срок и отстранение от должности. Обвиненный судья, если приговор был постановлен без его вызова, вправе подать в недельный срок просьбу о пересмотре дела.

В Пруссии 273 дисциплинарный суд состоит из семи членов апелляционного суда, а высший дисциплинарный суд – из 15 членов берлинского уголовного апелляционного суда (Kammergericht). Производство построено по образцу уголовного. Оно устное, но не гласное; возможно назначение предварительного следствия одним из членов суда; кассация не допускается. В дисциплинарном порядке преследуются не предусмотренные уголовным законом нарушения служебных обязанностей и совершенные как на службе, как и вне ее несовместимые с судейским достоинством проступки. Дисциплинарные наказания следующие: предупреждение, выговор, который может сочетаться со штрафом в размере, не превышающем месячного жалованья, временное приостановление исполнения служебных обязанностей (на срок от трех месяцев до одного года) с лишением на это время жалованья, перемещение на равноценную должность, отстранение от должности с утратой чинов, званий и права на пенсию.

По прусскому образцу организованы надзор и дисциплинарная ответственность во многих иных германских государствах, а также в Австрии 274 .

В Италии 275 в случае совершения судьями мелких нарушений министр юстиции и председатели судов, которым поручен надзор над судьями, могут делать виновным замечания; но получившие замечания имеют право требовать передачи их дела дисциплинарному суду. Более тяжелые наказания (выговор, лишение права на старшинство, лишение права на повышение, отставка с должности с сохранением жалованья и отстранение с возможным лишением или уменьшением пенсии) назначаются дисциплинарными судами, которыми являются: для низших судей – дисциплинарные суды при апелляционных судах в составе пяти судей, а для высших судей – верховный дисциплинарный суд при Министерстве юстиции, состоящий из старшего председателя кассационного суда, шести членов высших судов и шести сенаторов, назначенных королем по предложению министра юстиции, принятому после рассмотрения в Совете министров. Состав верховного дисциплинарного суда обновляется каждые два года, а дела в суде рассматриваются палатами, состоящими из семи членов. Дисциплинарное производство по предложению министра юстиции возбуждает прокурор. Дисциплинарный суд может в случае необходимости поручить одному из своих членов проведение предварительного следствия и временно заместить обвиняемого в исполнении служебных обязанностей. Разбирательство дела происходит в соответствии с правилами уголовного процесса, обвиняет прокурор, подсудимый может иметь защитника. Вынесение приговора осуществляется на основании свободной оценки. Если суд найдет, что обвинение не доказано, но из дела следует, что судья тем не менее в глазах общества утратил требуемые его должностью уважение и доверие, то предлагает министру юстиции его отстранить. Приговор низшего дисциплинарного суда может быть обжалован сторонами в верховный суд, приговоры которого уже окончательны и лишь в некоторых случаях подлежат пересмотру.