Избранные стихотворения и поэмы разных лет
Шрифт:
IV
Хозяин посмотрел волком. Усмехнулся: «Набили холку!» Но пустил ночевать. Странно. И даже перевязали рану. Правда, не он, а дочь. И вот — ночь. …На сеновале Мыши Скреблись и шуршали. Сквозь крышу Месяц Серебряным пальцем шарил. «Если найдут — повесят…» Не спится. Опустив ресницы, Лежал и вспоминал. В прошлом году в Одессе, Да, да, в тот же день, Кажется, у Семадени, Пил вино, и стрелял в свою тень, И хотел целовать колени У подошедшей к столу. Засмеялась: «Мальчик — и глупый. Для этого есть губы…» Ночью бродили по молу. Сначала Учил он кавалерийским сигналам И как развернуть эскадрон. А после она — Как расстегивать кнопки на женских платьях, Пьянеть без вина В умелых объятьях И целовать тягуче и сладко… А потом, Днем — На вокзале в эшелон посадка, Переезд И в ночной бой. И так же сеть звезд — Над головой… V
Вдруг — Проснулся. «Кто тут?» Снова стук. И шепот: «Вставайте, за вами идут. Я не могу вам помочь». Убежала. Дочь. Выглянул. А за хатами Пробираются трое С винтовками и ручными гранатами. Дело простое… Пригнулся — и в тень. За углом Перескочил через плетень И к лесу бегом. Снова на воле. Ищи ветра в поле… Через лес — в овраг. Оглянулся, замедлил шаг. Лег в кусты и к земле прижался: «Есть еще на свете жалость!» VI
Докладывали командиру полка. Слушал, высокий, худой С сединой на висках. «Заняли лощину у леска, Где погиб разъезд ротмистра Эн, Обыскали всю рожь — не нашли трупа. Вероятно, попал в плен. Да… А жаль — молодой И погиб так глупо. Сообщите в штабе о нем, Завтра переход. — В три подъем…» VII
В городе, в штабе, в приемной Звякали шпорами. С улыбкою томной Кланялись напомаженными проборами, Просили в очередь, чтобы не было давки, И наводили справки. «Ротмистр Эн? — Да, да, в разъезде Его эскадрон Был окружен. Пропал без вести… — Вестовой, воды! Ради Бога, сядьте. Вы так побледнели… Выпейте… Еще нет беды… Подождите. На прошлой неделе Один тоже пропал без вести Из их же отряда, Нашелся и вернулся к своей невесте. А плакать совсем не надо. Эти губы должны улыбнуться… Ведь да?..» — Для живых слова найдутся… Только для мертвых — никогда… VIII
Всходила в третий раз луна И в небе плакала над полем. И третью ночь, таясь, без сна Шел к югу, позабыв о боли. Днем спал и прятался во ржи, А ночью шел вперед по звездам И по полям как волк кружил, Стараясь обойти разъезды. Но чувствовал, как пустота Вокруг него растет всё глуше И сердце, замирая, душит При каждом шорохе в кустах… IX
Провод Тянулся по полю серым червячком, Виснул на деревьях, сползал в канавы, Цеплялся по крышам, прятался за плетнем, Собирался в пучок и в окно направо, А там на столе в аппарате, Как овод, Гудел черной мембраной На восходе и на закате, Поздно и рано, Ночью и днем Об одном Целые сутки без перерыва: …Наступление… Обходы… Прорывы… И снова сначала Щелкало и стучало Черной костяшкой, Как сердце под защитной рубашкой… Смерть — слово печальное. «Алло, центральная! Примите донесение. Сегодня ночью сторожевым охранением Убит на месте Ротмистр Эн, пропавший без вести. Пробирался из лесу, от них. Было темно. Не узнал своих, Когда окликнули. И побежал. Стали стрелять. И вот — наповал. Умереть от своих глупо. Что ж — От судьбы не уйдешь. Пришлите носилки за трупом». X
По овражкам вода звонкая Поет золотые песни. Телеграфная сеть — тонкая, А поет еще чудесней. Серой змейкой к земле прижалась. Визжала: «Холодная у людей жалость». И опять сначала, Об убитых всю ночь плача… Только горе у людей — горячее… А. С. ПУШКИНУ
Наташа
Эхо
ГОЛУБОЙ ДЕНЬ
«Под вечер в весеннем просторе…»
СЕРЕБРЯНАЯ ГОРЕЧЬ
I. «Без имени и без названья даже…»
Поделиться с друзьями: