Чтение онлайн

Б. Отягчающие обстоятельства, относящиеся к объективной стороне преступления

1. Умышленное убийство, совершенное с особой жестокостью

Всякое убийство свидетельствует об известной жестокости преступника. Однако для убийства, предусмотренного п. «г» ст. 102 УК РСФСР, требуется не всякая, а особая жестокость. Под особой жестокостью следует понимать не только причинение потерпевшему особых мучений, но и особую жестокость самого способа убийства, а также личности убийцы, его исключительное бессердечие, безжалостность и беспощадность, проявленные при совершении преступления.

В отличие от УК РСФСР 1926 г., УК РСФСР 1960 г. (п. «г» ст. 102) говорит об убийстве, совершенном с особой жестокостью, а не способом, особо мучительным для убитого (п. «в» ст. 136 УК РСФСР 1926 г.). Таким образом, более четко определяется способ данного убийства, и этот способ не отрывается от личности убийцы.

Понятие «особая жестокость» шире понятия «особая мучительность» и включает его в себя. Указание на особую жестокость совершенного убийства дает яркую характеристику повышенной общественной опасности как способа действий и их последствий в виде предсмертных страданий и мучений потерпевшего, так и личности преступника.

Особая жестокость убийства часто характеризуется применением способа, особо мучительного для убитого. Убийство, совершенное способом, особо мучительным для убитого, всегда является убийством, совершенным с особой жестокостью. Под способом, особо мучительным для потерпевшего, следует понимать такой способ убийства, который сопровождается причинением потерпевшему тяжких мучений и страданий прежде, чем он оказывается лишенным жизни.

Убийство способом, особо мучительным для убитого, имеет место в тех случаях, когда потерпевшему непосредственно перед лишением жизни либо в процессе совершения убийства заведомо для виновного причинялись особые мучения или страдания путем нанесения большого количества прижизненных ран и повреждений; путем сожжения; дачи мучительно действующего яда или кислоты (например, каустической соды, уксусной эссенции и пр.), когда смерть потерпевшего наступает не сразу; путем пытки, истязания (например, разрезание человека живым на части, вбивание в него гвоздей, введение в тело иголок, поджаривание на огне и т. п.), путем постепенного задушения, утопления посредством удержания потерпевшего под водой либо привязывания к нему тяжелых предметов; когда потерпевшего лишают жизни путем голода, жажды и т. п. Страдания эти являются исключительно тяжкими.

Примером такого убийства является дело по обвинению П.

Житель хутора Денисовка П. систематически пьянствовал и избивал свою жену, угрожал ей расправой, беспричинно устраивал дома скандалы. 29 мая 1962 г. П. вновь избил жену, затем облил ее и находившегося у нее на руках ребенка бензином и поджег их. От полученных ожогов 2–3-й степени и обгорания более 85 % поверхности тела П. вскоре скончалась, ребенок получил ожоги 1–2-й степени. Убийство жены П. совершил способом, особо мучительным для потерпевшей. Ростовский областной суд приговорил убийцу к расстрелу[751].

Под особыми мучениями понимаются не только физические, но в некоторых случаях и психические страдания потерпевшего. Если на глазах у убиваемого насилуют жену, режут детей, он, естественно, испытывает тяжелые нравственные муки, и это дает основание квалифицировать убийство как совершенное с особой жестокостью. Сюда же относятся различные издевательства психического характера над жертвой, т. е. предшествующим убийству унижением чувства ее собственного достоинства, причинением ей особых моральных страданий. Например, убийца говорит потерпевшему перед его смертью, что такая же участь постигнет его близких, что он будет объявлен врагом народа, и т. п.

Как уже отмечалось, особая жестокость при убийстве характеризуется не только способом, особо мучительным для убитого, но и другими признаками. Особая жестокость имеет место и в тех случаях, когда смерть наступает мгновенно, но совершенное убийство свидетельствует об особой жестокости избранного способа убийства и об особой жестокости самого убийцы. Таким, например, является убийство, соединенное с нанесением множества ран или повреждений, если даже смерть наступила от первой раны или первого повреждения.

В этой связи нам представляется неправильной точка зрения М. Д. Шаргородского и Н. Ф. Кузнецовой, высказанная ими уже после принятия УК РСФСР 1960 г. по одному делу, рассмотренному в свое время Верховным Судом СССР[752]. Некий Ф. ночью на улице возле магазина, сторожем которого работала М., из ревности нанес ей пять рубленых ран топором в область головы, плеча и грудной клетки, от чего и наступила смерть М. Суд первой инстанции осудил Ф. за убийство особо мучительным способом. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР не признала наличия особо мучительного способа убийства в действиях Ф. и отвергла квалификацию действий Ф. по п. «в» ч. I ст. 136 УК РСФСР 1926 г.[753] Такое решение вопроса было совершенно правильным, поскольку из заключения судебно-медицинской экспертизы по делу было видно, что каждое из нанесенных жертве ранений по своему характеру и тяжести являлось смертельным; следовательно, особых мучений М. не испытывала. Однако неправильно, как делают М. Д. Шаргородский и Н. Ф. Кузнецова, ссылаться на это дело при характеристике п. «г» ст. 102 УК РСФСР и утверждать, что Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР не признала наличия в действиях Ф. не только особой мучительности, но и особой жестокости. Мы уже отмечали, что понятие «особая жестокость», предусмотренное п. «г» ст. 102 УК РСФСР 1960 г., шире понятия «особая мучительность», предусмотренного п. «в» ч. I ст. 136 УК РСФСР 1926 г.[754] Сам способ преступления, совершенного Ф. (нанесение жертве 5 смертельных рубленых ран топором), объективно свидетельствует об особой жестокости убийства и убийцы. Ф. убивал с исключительной безжалостностью и беспощадностью. Сознанием его охватывалось, что избранный им способ убийства является особо жестоким. Иначе и не мог думать человек, наносящий жертве в область жизненно важных органов пять ударов топором. Следовательно, с точки зрения УК РСФСР 1960 г. действия Ф. подпадают под п. «г» ст. 102, хотя смерть М. и наступила от первого удара. Как справедливо отмечает С. В. Бородин, «п. „г“ ст. 102 УК РСФСР исключает постановку и обсуждение вопроса о том, не от первого ли ранения наступила смерть потерпевшего, который в свое время возникал в судебной практике при решении вопроса об убийстве особо мучительным способом»[755].

В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 3 июля 1963 г. «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике по делам об умышленном убийстве» указывается, что «признак особой жестокости законом связывается не только со способом убийства, но и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о том, что виновный действовал с умыслом, направленным на совершение преступления с особой жестокостью»[756]. Особая жестокость может проявиться и в глумлении, надругательстве над трупом потерпевшего (путем обезображивания трупа, его расчленения и т. п.). Подобные действия свидетельствуют об особой жестокости личности убийцы.

Характерным в этом отношении является следующее дело. Жительницы г. Кисловодска Ш. и Л. находились в противоестественной половой связи с неким Л-ным, который систематически унижал и оскорблял их. С целью мести Ш. и Л. решили убить Л-на. Выполняя свой преступный замысел, Л. обманным путем дала Л-ну сильнодействующее снотворное, а когда Л-н уснул, Ш. путем нанесения ему ударов утюгом по голове убила его. Затем Ш. и Л. совершили надругательство над трупом Л-на, расчленили его труп с помощью опасной бритвы на 13 частей, глумились над отдельными частями трупа. Хотя смерть Л-на по заключению судебно-медицинской экспертизы наступила от первого удара, Ставропольский краевой суд совершенно правильно квалифицировал действия подсудимых по п. «г» ст. 102 УК РСФСР, поскольку они проявили особую жестокость[757].

Следует, однако, подчеркнуть, что такие действия, как расчленение и обезображивание трупа после наступления смерти потерпевшего, не всегда свидетельствуют об особой жестокости совершенного убийства. Разумеется, в тех случаях, когда эти действия совершаются с целью глумления над трупом, особая жестокость налицо[758]. Однако когда эти действия совершаются с целью сокрытия следов преступления, они не могут характеризовать преступление как совершенное с особой жестокостью.

Как совершенно правильно отмечает М. И. Ковалев, «не следует слишком ограничивать понятие особой жестокости случаями проявления из ряда вон выходящего бессердечия преступника»[759]. При определенных условиях можно признать убийством, совершенным с особой жестокостью, хладнокровное причинение потерпевшему смертельных ранений или повреждений, несмотря на его неоднократные просьбы о пощаде.

Об особой жестокости убийцы свидетельствует и такой признак, как причинение заведомо для виновного особых страданий близким потерпевшему лицам, например, убийство потерпевшего на глазах у его близких (убийство детей на глазах у родителей, убийство родителей в присутствии детей и т. п.). В этих случаях об особой жестокости свидетельствует циничный характер действий убийцы, выражающийся в надругательстве над чувствами лиц, в присутствии которых совершается убийство. Убийством с особой жестокостью в ряде случаев следует признать лишение жизни лиц, находящихся в беспомощном состоянии (больных, детей, спящих, лиц, находящихся в бессознательном состоянии, и т. д.), если при этом убийца проявляет особую безжалостность и беспощадность.