Чтение онлайн

Закон не определяет характера противозаконных действий, но указывает, что имеются в виду такие противозаконные действия, которые повлекли или могли повлечь тяжкие последствия для виновного или его близких. Из этого указания закона вытекает, что далеко не всякое противозаконное действие потерпевшего достаточно для применения ст. 104 УК РСФСР. Эти противозаконные действия должны быть значительными по своему существу, отличаться явным произволом и беззаконием или быть исключительно грубыми и циничными, непосредственно угрожающими жизненно важным интересам потерпевшего или его близких. Действия эти либо должны повлечь за собой тяжкие последствия для виновного или его близких, либо создать реальную возможность наступления таких последствий. Вопрос о том, что считать тяжкими последствиями, – это вопрос факта, который должен решаться в соответствии с конкретными обстоятельствами дела.

К иным противозаконным действиям, повлекшим или могущим повлечь тяжкие последствия для виновного или его близких, следует, например, отнести совершение преступления, причинившего тяжкий вред виновному или его близким (например, умышленное повреждение или уничтожение имущества, самоуправство, клевету, доведение до самоубийства и т. п.), различные циничные выходки и издевательства, хулиганские действия и т. п. Эти противозаконные действия вызывают у виновного внезапное сильное душевное волнение и обусловливают возникновение умысла на убийство, который тут же приводится в исполнение.

Из текста ст. 104 УК РСФСР вытекает, что против близких виновному лиц потерпевшим могут быть совершены не только иные противозаконные действия, но, разумеется, и насилие, и тяжкие оскорбления. Эти действия могут вызвать состояние аффекта и решимость совершить убийство.

Вызывает некоторое недоумение ограничение законодателем круга лиц, неправомерные действия против которых вызывают у виновного состояние сильного душевного волнения и приводят его к совершению убийства, лишь его близкими. В нашем обществе, где «человек человеку – друг, товарищ и брат», насилие, тяжкие оскорбления и иные противозаконные действия в отношении любых других лиц (а не только близких!), особенно в отношении детей, женщин и стариков, вызывают законное чувство негодования у каждого советского человека и, разумеется, могут вызвать состояние сильного душевного волнения. Было бы неправильно не считать совершенное в таких случаях аффектированное убийство убийством при смягчающих обстоятельствах. Если человек убивает в состоянии физиологического аффекта негодяя, изнасиловавшего малолетнюю девочку, то было бы нелепо требовать для применения ст. 104 УК РСФСР, чтобы эта девочка была непременно дочерью обвиняемого или, по крайней мере, «близким» ему человеком. Мы считаем, что по ст. 104 УК РСФСР должно квалифицироваться и убийство в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями потерпевшего, которые повлекли или могли повлечь тяжкие последствия и для посторонних, а не только для близких виновному лиц.[887] В связи с этим необходимо внести соответствующее изменение в текст ст. 104 УК РСФСР.

В судебной практике возникает вопрос: как квалифицировать действия лица, совершившего умышленное убийство в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями потерпевшего, если в действиях виновного содержатся отдельные квалифицирующие признаки, предусмотренные ст. 102 УК РСФСР? В нашей уголовно-правовой литературе существуют две диаметрально противоположные точки зрения по этому вопросу. Одни авторы считают, что в подобных случаях умышленное убийство, хотя и совершенное в состоянии сильного душевного волнения, но осложненное наличием квалифицирующих обстоятельств, должно квалифицироваться как умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, а состояние физиологического аффекта должно учитываться как обстоятельство, смягчающее ответственность.[888] По мнению других авторов, умышленное убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями потерпевшего, должно квалифицироваться по ст. 104 УК РСФСР, хотя бы в действиях виновного и содержались квалифицирующие признаки, предусмотренные ст. 102 УК РСФСР[889]

Нам представляется правильной последняя точка зрения. Убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения, не свидетельствует о повышенной опасности преступления и личности преступника даже при наличии отдельных отягчающих обстоятельств, поскольку состояние физиологического аффекта и умысел совершить убийство вызывает своими неправомерными действиями сам потерпевший. Преступление это является ответным действием на противозаконное поведение потерпевшего и во всех случаях должно квалифицироваться по ст. 104 УК РСФСР (разумеется, при соблюдении всех рассмотренных выше требований, предъявляемых к этому преступлению).

Эта точка зрения разделяется и Верховным Судом РСФСР. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР в определении от 29 августа 1961 г. по делу 3. указала: «Умышленное убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения, не может квалифицироваться как умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, хотя бы в действиях лица и содержались отдельные квалифицирующие признаки, предусмотренные ст. 102 УК РСФСР»[890].

2. Умышленное убийство при превышении пределов необходимой обороны

Согласно действующему советскому уголовному законодательству, «совершение преступления при защите от общественно опасного посягательства, хотя и с превышением пределов необходимой обороны», считается обстоятельством, смягчающим ответственность (п. 5 ст. 33 Основ уголовного законодательства). Значение превышения пределов необходимой обороны как смягчающего обстоятельства наиболее отчетливо выявляется по делам об убийствах. Все уголовные кодексы союзных республик одним из видов убийства при смягчающих обстоятельствах признают убийство при превышении пределов необходимой обороны (ст. 105 УК РСФСР). Совершение убийства при превышении пределов необходимой обороны свидетельствует об относительно меньшей опасности преступления в силу ряда причин. Прежде всего, основанием для смягчения ответственности за это преступление является его мотив, а именно – стремление защитить «интересы Советского государства, общественные интересы, личность или права обороняющегося или другого лица от общественно опасного посягательства» (ст. 13 Основ уголовного законодательства). Внезапность нападения затрудняет правильную ориентировку обороняющегося, в результате чего он не всегда умеет соразмерить характер и опасность посягательства с характером и опасностью обороны. При убийстве в результате превышения пределов необходимой обороны виновный часто находится в состоянии сильного душевного волнения, вызванного нападением потерпевшего, и не контролирует свои действия в такой степени, чтобы его оборона полностью соответствовала интенсивности посягательства. Все эти и ряд других признаков убийства, совершенного при превышении пределов необходимой обороны, дают основание рассматривать состав этого преступления как менее опасный.

Вопрос о превышении пределов необходимой обороны неразрывно связан с вопросом об условиях правомерности этой обороны. Само превышение пределов необходимой обороны логически предполагает наличие состояния необходимой обороны, поэтому представляется необходимым коротко остановиться на вопросе о понятии необходимой обороны и условиях ее правомерности.

Необходимая оборона – это правомерные и общественно полезные действия лица, предпринятые в защиту интересов Советского государства, общественных интересов, личности или прав обороняющегося либо другого лица от общественно опасного посягательства путем причинения нападающему вреда, если при этом не было допущено явное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства.

Условия правомерности акта необходимой обороны, относящиеся к посягательству, сводятся к следующему:

а) посягательство должно быть общественно опасным;

б) посягательство должно быть наличным;

в) посягательство должно быть действительным.

Условия правомерности акта необходимой обороны, относящиеся к защите, сводятся к следующему:

а) допускается защита не только своих интересов, но и государственных и общественных интересов, а также интересов других лиц;

б) защита осуществляется путем причинения вреда посягающему, а не третьим лицам;

в) защита должна быть своевременной;

г) защита не должна превышать пределов необходимой обороны.

Согласно ч. II ст. 13 Основ уголовного законодательства «превышением пределов необходимой обороны признается явное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства».

Характер и опасность посягательства определяются значимостью объекта, на который направлено посягательство, способом посягательства, степенью его интенсивности (силой и стремительностью), примененными орудиями и средствами нападения, числом лиц, участвующих в нападении, стадией посягательства (приготовление, покушение, юридически оконченное преступление), возможностью довести преступление до конца, временем, местом, всей обстановкой совершения посягательства и т. п.

Под явным несоответствием защиты характеру и опасности посягательства следует понимать причинение нападающему явно ненужного, чрезмерного, не вызываемого обстановкой тяжкого вреда (в частности, смерти или тяжких телесных повреждений). В постановлении Пленума Верховного Суда СССР № 8 от 23 октября 1956 г. «О недостатках судебной практики по делам, связанным с применением законодательства о необходимой обороне» говорится, что превышение пределов необходимой обороны будет иметь место в тех случаях, когда «обороняющийся прибегнул к защите такими средствами и методами, применение которых явно не вызывалось ни характером нападения, ни реальной обстановкой, и без необходимости причинил нападающему тяжкий вред»[891].