Чтение онлайн

Бета посмотрела в указанном направлении, и ее мысленному взору предстали бесстрашный неуклюжий рыжик Шон за работой, терпеливо направлявший его движения Николай… Она отвела глаза.

— Для починки микроконтактов электронной аппаратуры.

— У вас на борту термоядерная энергостанция… и вы можете воссоздать здесь любую часть своего корабля, да?

— В теории — да. На практике кое с чем я бы связываться не хотела. Путь неблизкий, мы готовились ко всему.

Кроме этого.

— Боже, видели бы Пак с Осуной это место!

— Кто? — Клевелл вынул заготовку из зажимов.

— Инженеры. — В его голосе прозвучало едкое презрение.

— А чем вам инженеры не нравятся? — Бета плотно обхватила себя сжатыми в замок руками и вскинула брови.

— А что мне в них должно нравиться? — Абдиамаль изобразил странный жест. — Стая каннибалов! Заплатки громоздят на заплатки, раздирают одно, чтобы починить второе, третье и четвертое, потом разбирают что-то из этих…

— Мне такой подход кажется оправданным.

— Да, но они им наслаждаются! Они считают себя творцами, но на самом деле только разрушают. Если б они хоть что-нибудь читали и обладали даже минимальной фантазией, то поняли бы, что такое настоящее творение. Мы когда-то умели делать такое… лучше нас никого не было. Но сейчас это все равно что пытаться выжить в вакууме без скафандра.

— А может, у вас просто приоритеты неверно расставлены, Абдиамаль? Что еще прикажете им делать, терзаться памятью о достижениях великого прошлого и почитать его реликвии? Они, по крайней мере, хоть чем-то помогают своему народу, а не живут за чужой счет, как все остальные!

Бета выхватила у него из рук деревяшку, больно занозив при этом ладонь, развернулась и в порыве гнева устремилась прочь, оставив озадаченного Абдиамаля глядеть ей вслед.

Клевелл усмехнулся в его ошеломленное лицо.

— Абдиамаль, вы только что сказали это инженеру.

Абдиамаль поморщился.

— Не стоило мне вообще вылезать из кровати… две мегасекунды назад.

Он разглядывал пространство опустевшей комнаты.

— Вечно я говорю не то, что нужно… вашей жене. Я принял ее за летчицу.

Клевелл прислушивался к шагам Беты, затихавшим в лестничной шахте. Интересно, что за новый груз приволокла она из Мекки на себе? В ее глазах и каждом действии ощущалась тяжесть, какую она не осмеливалась разделить даже с ним.

— Она была инженером на Утренней Стороне до того, как ее избрали капитаном Рейнджера. Части этого корабля разрабатывались под ее началом; например, двигательная установка. — Он снова заметил удивление в оранжево–карих глазах Абдиамаля. — Это, кстати, вообще первый звездолет, который мы смогли себе позволить после Провала.

— Провала?

— После голода… чрезвычайной ситуации. — Воспоминания о былых тяготах и страданиях, разбереженные недавними потерями, без труда ожили в нем. Он облокотился на край стола, ощутив внезапную болезненную слабость. Отодвинул деревяшку, мрачно вообразив собственное тело куском старого дерева: потрепанным бурями, рассохшимся. Вздохнул. — На Утренней катастрофу способны навлечь даже малые изменения солнечной активности или пертурбации нашей орбиты. Когда я был мальчишкой — в последней четверти моего десятого года, — нас буквально поджарило… — Перед его мысленным оком снова отступали вечные льды Темной Стороны, откалывались айсберги, бороздя воды Северного моря. Уровень самого моря вырос почти на полметра, жизненно важные прибрежные предприятия оказались затоплены, растения гнили в полях от избыточных дождей. Один из его отцов был вынужден убить выводок котят, потому что кормить тех было нечем. И Клевелл плакал, хотя у него самого в пустом желудке ветер гулял. Спустя столько лет… — Прошли годы, прежде чем климат кое-как стабилизировался: большая часть моей собственной жизни. Теперь наши жизни понемногу вернулись к норме. Мы на Подъеме, а Ухуру стабилизировалась — это наши ближайшие соседи; первоначально мы должны были лететь к ним на выручку. Вот почему мы позволили себе рискнуть, отправиться на Рейнджере к Небесам. — Он снова чувствовал режущий, как лезвие ножа, ветер над краем ледника Темной Стороны, где в небесах осколками льда блестели звезды. — Вот почему мы не можем себе позволить задержаться здесь. Если даже мы вернемся на Утреннюю с пустыми руками, им по крайней мере останется звездолет.

Абдиамаль кивнул.

— Понимаю. Я сказал… вашей жене, капитану Торгюссен, что сделаю все доступное мне, чтобы помочь вам возвратиться на Утреннюю, ради блага самих же Небес. По тому, что тут творится, похоже, что ваше пребывание здесь не поможет сшить ткань Небес воедино, а, напротив, разорвет ее в клочья.

На миг Абдиамаль Клевеллу настойчиво кого-то напомнил, но потом образ, не успев оформиться окончательно, улетучился. Он удивленно обдумал слова Абдиамаля — удивленный в основном потому, что склонен был им верить. Неужели нам подвернулся честный человек из местных?

— А что это? — спросил Абдиамаль.

— Птичка Алин поет. — Клевелл слышал слабую прерывистую музыку из гидропонной лаборатории. — Бета показала ей, как брать на гитаре некоторые аккорды, а я научил еще нескольким песням, пока мы… ожидали. — Птичка Алин пробежалась большим пальцем по струнам и извлекла печальную ноту. Клевелл улыбнулся. — Не уверен, одобрила бы это Клэр, но растения, сколь могу судить, ценят ее искренность. Дело же не в том, что поешь или как, а в том, какое самочувствие рождает песня.

Абдиамаль вежливо улыбнулся в ответ. Взор его соскользнул на покрытую кое–где царапинами столешницу, на пол, снова обежал комнату; улыбка стала напряженной.

— Вы знаете, у меня иногда возникает странное чувство, что я живу во сне; что я попросту позабыл, как проснуться.

В его голосе прозвучала нотка отчаяния.

— И Птичка Алин мне то же самое говорила. Вот только мне кажется, что она выражалась буквально.

— Она из Основного Пояса; наверное, да… И со мной, возможно, это тоже так. — Абдиамаль прокашлялся, издав странно сконфуженный звук. — Уэлкин, я бы хотел задать вам личный вопрос. Если позволите.

Клевелл рассмеялся.

— В моем возрасте скрывать нечего. Спрашивайте.

Абдиамаль помолчал.

— Вам… сложно принимать приказания от собственной жены?

Клевелл выпрямился.

— А какая мне должна быть разница?

Абдиамаль поглядел на него как-то странно.

— Увы, мне никогда не доводилось встречаться с женщиной, которой я бы доверял настолько, чтобы подчиняться ее приказам.

Клевеллу припомнилось виденное на мониторах о жизни социума Демархии, и он начал догадываться, почему для Абдиамаля вопрос настолько важен.

— Бета Торгюссен была избрана капитаном Рейнджера потому, что она лучше всех приспособлена для такого поста и принятия решений, с этим связанных. Мы все согласились с этим выбором. — Он рассеянно сблизил вделанные в стол зажимы, сам не зная, раздражен или удивлен таким вопросом. — Теперь ответьте на мой личный вопрос: какого именно вы мнения о моей жене? — Он заметил, как инстинктивная реакция взметнулась в Абдиамале и умерла, не успев достичь губ. Честный человек…