Изгой, Крах Советской империи
Шрифт:
Одинокая муха, потирая лапки, медленно шагала в сторону лампы, ленясь использовать
крылья.
Погрузившись в прошлое, Алекс вспомнил Софи…
* * *
Ему говорили, что эта девушка красива, но подобного он и представить себе не мог.
И дело было не в овале лица и линии губ, не в длине ног и размере груди – все
соответствовало стандартам красоты, точно девушка сошла с обложки модного глянца.
Секрет крылся в уверенности в себе, во врожденной изящности, в походке, в повороте
головы и взмахе руки, в неуловимой улыбке и глубоком взгляде. Все мужское население
Парижа сворачивало шеи, когда Софи неспешной походкой проходила по тротуару. Она
была грациозна, как пантера, и свежа, как воздух морозным утром.
Когда фотографии, сделанные группой наружного наблюдения, попали ему в руки,
Алекс впервые в жизни испытал шок. Шок оттого, что попал под гипнотическое
очарование умных голубых глаз. Казалось, даже фотобумага способна передать скрытую в
ней взрывную энергию. Алекс не сомневался, если погасить в комнате свет, лик на фото
осветит пространство вокруг ничуть не хуже.
Они столкнулись в магазине, куда агент КГБ зашел под предлогом покупки и с
намерением завязать необходимое знакомство, и здесь заученная легенда рухнула прахом.
Алекс долго мямлил, с трудом подбирая слова, хлопал глазами, точно школьник на первом
свидании. Сраженный ее жизнерадостностью и небывалым позитивным настроем, он
подкупил девушку искренними переживаниями, мало свойственными взрослому
состоявшемуся мужчине. Она долго смеялась, разбрызгивая вокруг искорки веселья.
Легкая в движении, открытая для общения, Софи с радостью пошла на контакт.
Они быстро сблизились, будто были знакомы рождения. Их души точно
слились воедино, точно две половинки одного целого встретились после долгой разлуки. С
Софи было о чем помолчать – только с действительно близкими людьми можно
находиться рядом, не произнося ни слова, и чувствовать себя комфортно. Им не надо было
произносить друг другу речи, хватало того, что они вместе.
Любовь ли это? Алекс никогда не задумывался. Он просто жил и чувствовал,
раздаривал себя и наслаждался.
Первый раз они были по-настоящему вместе в маленьком уютном отеле на несколько
номеров в предместье Парижа. Заперлись в номере в полдень и только следующим
вечером вышли изможденные и счастливые.
– Я тебя люблю, – полушепотом произнесла Софи, нежными губами прикасаясь к его
уху, глаза ее искрились, на щеках горел румянец. – Если ты меня оставишь, я не проживу и
дня. Ты единственный настоящий мужчина в моей жизни.
– Я от тебя без ума! – он крепко поцеловал девушку.
Он знал о ней все. Догадывалась ли она о нем? Возможно. Но вместе они
испытывали искренние чувства без тени лукавства. Все, что между ними происходило,
было настоящим.
Они гуляли знойным вечером и романтической ночью: купались в Сене, отужинали в
милом ресторанчике, осмотрели местные достопримечательности при луне. А затем вновь
закрылись в номере. Так прошло несколько дней. К многочисленным развлечениям
прибавились катание на яхте под парусом и посещение оригинального бара на воде. За то
безмятежное время, пролетевшее, как одно мгновение, Алекс готов был отдать многие
годы своей жизни. Сейчас он был счастлив!
Но всему когда-то приходит конец, и история любви оборвалась с появлением
связного, спустя неделю после знакомства с Софи. Элегантного мужчину, одетого,
несмотря на жару, в дорогой шелковый костюм, Алекс увидел издалека, различив в нем
предвестника дурных новостей.
– Ты слишком далеко зашел, Алекс, – будничный тон раскаленным клинком пронзил
сердце. – Эмоции по отношению к объекту могут испортить все дело. Это недопустимо.
Через три дня ты должен забыть ее, стереть из памяти любое воспоминание о Софи
Вотрен. А девушка должна исчезнуть. И это твоя задача…
Алекс вернулся в номер бодрый, со свежими газетами и легким завтраком. Ни
взглядом, ни жестом не показывая, какая борьба кипит у него в душе. Они пробыли в
отеле до вечера, а к утру вернулись в Париж. Был четверг.
Приближающийся уик-энд Софи предложила провести на море, с чем Алекс
безоговорочно согласился. Понимая, что дни эти – последние, он старался потакать
девушке во всем, по-своему старался одарить ее счастьем.
…Они мчались по берегу, спеша скорее окунуться в морскую прохладу. Самолет
прилетел днем, и в полдень стояла адская жара. В это время кабриолет, взятый напрокат в
аэропорту, казался лучшим средством передвижения. Ярко-красный «рено», рассекая
воздух, птицей летел по магистрали, выказывая мощь своего четырехцилиндрового
сердца. Свистящий ветер трепал волосы и дарил прохладу.
Софи сидела за рулем, открыв лицо южному солнцу. Они свернули с шоссе на
проселок, чтобы скоротать путь и время. Девушка любила острые ощущения и, несмотря
на неровности дороги и крутые повороты, вжала педаль акселератора в пол. Двигатель
оглашал округу породистым рыком, позади клубилась пыль, из-под колес летел гравий. До
Кассиса – небольшого курортного городка, окруженного белыми скалами – оставалось
совсем немного.
Позже полиция департамента Буш-дю-Рон, округ Марсель, установила, что Софи
Вотрен, находясь в состоянии алкогольного опьянения, превысила скорость на сложном
участке дороги и не справилась с управлением. В повороте автомобиль развернуло и