Чтение онлайн

— Аура этого парня вызывает тошноту, и он слишком долго наблюдал за нами своими маленькими глазками-бусинками.

— Мне не нравится, как он продолжает пялиться на мою пару, — соглашается Бэйлфайр.

Крик Гиббонса становится громче, и я бросаю взгляд на Сайласа.

— Нам понадобится уединение для того, что я задумала.

Он кивает и прокалывает палец, чтобы произнести заклинание магии крови. Руны оживают вокруг нас. Хотя я все еще слышу слабое эхо праздничной музыки за пределами парковки в перерывах между криками временного директора, я уверена, что теперь нас никто не подслушает.

— Теперь, когда мы остались наедине… — начинаю я.

— Погоди, Оукли. Сайлас, иди сюда, — говорит Эверетт, осторожно поднимая меня на ноги и пытаясь вытащить осколок из моего плеча кончиками пальцев.

Боль от травмы пронзает насквозь. Я пытаюсь отмахнуться от него, но он пригвождает меня ледяным взглядом, непохожим ни на одно выражение, которое я видела у него до сих пор.

Мой элементаль взбешен.

— Не двигайся. Тебе нужно исцелиться.

— Это может подождать. Сайласу нужно поберечь свою магию для того, что я задумала для Гиббонса.

Восхитительные крики боли Гиббонса переходят в рыдания, когда Крипт небрежно вытягивает одно из его глазных яблок и отшвыривает в сторону. Бэйлфайр снова обнажает зубы.

— У меня есть несколько предложений для этого подхалима за попытку убить тебя. Зачем спешить?

— Вот это настрой, ящерица. — Крипт ухмыляется с маниакальным одобрением, надавливая на сломанную руку мага, так что Гиббонс снова кричит. — Давайте сделаем это красиво и медленно, чтобы наша девушка могла насладиться его криками.

Видя мстительную, искаженную ярость на их лицах только из-за меня, у меня сжимается живот.

Как я уже сказала. Я начинаю влюбляться.

— Готов? — Эверетт спрашивает Сайласа, который стоит позади меня с уже приготовленным исцеляющим заклинанием некроманта. Он снял зимние перчатки, так что видны его почерневшие кончики пальцев, что вызывает у Гиббонса вздох ужаса.

— Некромант! — хрипит старый маг, хныча и снова пытаясь освободиться. — Нет, нет, этого не может быть! К-как мог самый способный ученик сейчас быть одним из проклятых, бездушных…

— Заткнись, — рявкает Бэйлфайр.

Эверетт наконец убирает невермелт из моего плеча, пока я пытаюсь не показывать боли. В тот момент, когда он выскальзывает и начинает хлестать кровь, заклинание Сайласа проникает в мою кожу. Это то же самое покалывающее, неестественное ощущение, которое я испытывала бесчисленное количество раз от рук некромантов в Нэтэре, но каким-то образом… более интимное.

Вероятно, из-за нашей связи.

— Лучше? — Сайлас спрашивает в моей голове, его внимание все еще сосредоточено на руке, которую он лечит.

Я киваю. — Будем надеяться, что у тебя осталось достаточно магии для того, что будет дальше.

— Что именно это значит?

— Я собираюсь развратить тебя еще больше. Надеюсь, ты не возражаешь.

Он ухмыляется и легонько целует меня в лоб, как только заканчивает заклинание. Моя рука все еще болит, а пальцы ледяные, но самые серьезные повреждения прошли.

Я снова сажусь на корточки рядом с временным директором. Он — окровавленное одноглазое месиво, которое смотрит так, словно хочет убить меня.

— У меня есть к тебе три вопроса.

Его губы скривились в отвращении. — Я тебе ничего не скажу. Ты — предсказанная гибель мира смертных, Каратель всех смертных! Жалкая, мерзкая маленькая ужас…

Крипт наклоняется и одним движением руки ломает магу нос. — Еще одно твое слово, которое не будет ответом на вопросы моей хранительницы, и ты станешь пищей для огоньков.

Гиббонс издает сдавленный звук, втягивая воздух, чтобы стряхнуть кровь. — Прекрасно! Прекрасно, я буду говорить. Я расскажу вам все, что вы хотите, если вы отпустите меня после!

Я морщу нос. Союзник или враг, нет ничего хуже человека без преданности. — Первый вопрос. Как ты узнал, кто я?

— Б… «Бессмертный Квинтет» понял это. Они разослали официальное предупреждение наследникам на высоких должностях. Нам всем приказано скрывать это от людей, чтобы избежать массовой паники.

Мудро с их стороны. — Ты все еще поддерживаешь связь с «Советом Наследия»?

Его взгляд устремляется к Эверетту. — Да. Я поддерживаю связь с Алариком Фростом с того дня, как его сын вернулся в Эвербаунд. Он дал мне магическую метку, чтобы я докладывал ему обо всем.

Магические метки — это древняя практика — временная магическая метка на коже, похожая на татуировку, которая позволяет общаться независимо от расстояния. Приобретать их болезненно, и они никогда не сохраняются дольше года или двух, но они эффективны.

Особенно потому, что они также снабжены отслеживающими заклинаниями. В данном случае это было именно то, на что я надеялась.

Эверетт, похоже, не удивлен, узнав, что его отец шпионил за ним, но он все еще сердито смотрит на мага. — Спасибо за это.

— Я обещаю, что в этом не было ничего личного, мистер Фрост! Он всего лишь беспокоился за вас.

Эверетт усмехается. — Если ты в это верил, то у тебя дерьмо вместо мозгов.

Лицо мага краснеет. — Он сказал, что ты проявляешь тревожные, позорящие семью качества с тех пор, как рано ушел из дома, и он беспокоился, что ты можешь оказаться замешанным в постыдных делах. И, очевидно, он был прав! Это шокирует, что из всех людей именно ты добровольно остался бы в паре с этим адским, неживым трупом…

Крипт сжимает сломанный нос Гиббонса костяшками пальцев и сильно выкручивает. — Хорошие манеры.

Маг взвизгивает и снова вырывается. Я чувствую исходящий от него небольшой импульс магии, но ясно, что он истощен.

Все в порядке. Мне не нужна его магия. Только он, поскольку у него на теле есть магическая метка.

— Последний вопрос. Кому ты сказал, что мы здесь?

— Всем, — немедленно говорит он. — ««Совету Наследия»» и охотникам за головами. О-они будут здесь с минуты на минуту.