Чтение онлайн

– Тебе лучше последовать за своими юными друзьями. Я не советовал бы выходить против меня один на один.

Человек с палкой посмотрел ему в глаза, медленно осклабился и ушел.

– Спасибо вам, господин, - тихо донеслось снизу.
– Спасибо.
– Человек встал, и Баралис глазам своим не поверил: это был великан шириной с повозку и вышиной с дом.

– Как тебя звать?
– спросил он.

– Кроп, господин.

Его сильно избили - и, видно, не в первый раз: все лицо у него было в синяках и шрамах. Голову он держал низко, трогательно пытаясь умалить свой рост.

– Пойдем-ка со мной, Кроп, - сказал Баралис.
– Надо полечить твои раны.
– Он привел великана к себе, и с тех пор они не расставались.

Кроп с малых лет был изгоем - его осмеивали, травили и обвиняли во всех грехах, от похищений детей до насилия, от Убийства до кражи. В свою защиту он умел делать только одно: просить прощения. Зачастую он даже не знал, за что просит простить себя. Никто ни разу не проявил к нему доброты. Он жил в вечном страхе, всемерно сторонясь тех, кто мог к нему прицепиться: мальчишек, пьяных мужиков, задиристых солдат. На улицу он выходил только ночью. Баралис изменил его жизнь, став его защитником, его спасителем, его единственным другом. Баралис стряхнул с себя воспоминания - он не любил надолго погружаться в прошлое. Только будущее имело смысл.

– Кроп, - позвал он, - та молодая дама больше не спрашивала обо мне?

– Которая - красавица с золотыми волосами?

– Она самая, болван. Катерина, дочь герцога.

– Приходила вчера, хозяин. Хочет навестить вас, когда вы поправитесь.

– Превосходно. В следующий раз, как придет, я ее приму.
– Баралис поставил чашку и потер подбородок. Им с Катериной есть о чем поговорить: о колдовстве, о любовных делах и об измене. Она обязана ему жизнью, а он не из тех, кто прощает столь весомые долги.

Мейбор усердно натаскивал свою собаку. Он набил подушку клочьями Баралисовой рубашки и подвесил ее на веревке к стропилам на высоте человеческого роста. Теперь он учил Льва вцепляться в воображаемое горло Баралиса. Собака быстро усваивала эту науку. Мейбор отозвал ее, погладил с некоторой опаской и дал большой кусок свежего мяса.

– Хороший мальчик. Хороший.
– Выждав немного, Мейбор опять качнул подушку и отошел на безопасное расстояние.
– Убей, Лев! Убей!

Собака взвилась, как пружина, изготовив зубы, как ножи. На этот раз она вцепилась прямо в горло и не выпустила его. Она закачалась в воздухе вместе с подушкой, мотая шеей и дрыгая ногами, - так продолжалось до тех пор, пока не лопнула веревка. Собака рухнула наземь вместе с подушкой, но и тогда не выпустила своей добычи и терзала ее, пока от подушки ничего не осталось.

От этого утешительного зрелища Мейбора отвлек громкий стук в дверь. Кто смеет стучаться к нему таким образом? Он незамедлительно получил ответ на свой вопрос - в комнату вошел сам герцог.

– Мейбор! Хорошо, что я вас застал.
– Поглядев на перья и клочья полотна, раскиданные кругом, он сказал: - Вы, я вижу, натаскиваете Левандру.

– Да, хочу сделать из нее надежного стража.

– У вас есть причина опасаться за себя, лорд Мейбор?

– Пожалуй, не столь веская, как у вас, ваша светлость.

– Хорошо сказано, мой друг, - засмеялся герцог.
– Власть человека измеряется числом его врагов.
– Он хлопнул себя по ляжке, и Левандра подошла к нему. Герцог потрепал ее за ушами.
– Умница девочка.

Мейбор порадовался возможности собраться с мыслями. Ястреб мог прийти к нему только по одной причине: поговорить о вторжении Кайлока в Халькус. Первому затрагивать этот предмет нельзя: ведь ему сообщил об этом Кравин под большим секретом. Впрочем, голуби опережают людей всего на пару дней, и половина Брена, вполне возможно, уже узнала эту новость. Но все-таки лучше изображать неведение.

– Чему я обязан этой чести, ваша светлость?

Герцог подошел к столу и налил в два кубка вино. Первый он подал Мейбору, второй оставил на столе.

– Я хотел спросить вас, не пожелаете ли вы пригласить в Брен на брачную церемонию свое семейство.

Мейбор чуть не поперхнулся вином. Оно устремилось по горлу прямо в легкие. Он закашлялся и побагровел, как свекла. Какая еще брачная церемония? Он говорит так, будто в его планах ничего не изменилось. Остается предположить, что ему никто не доложил о вторжении.

Герцог ждал, когда Мейбор оправится, с гримасой легкого неудовольствия на лице.

– Известно ли вашей светлости, - сказал Мейбор, вытирая вино с подбородка, - что Кайлок вторгся в Халькус?

– Разумеется, - кивнул герцог. Его тон не допускал вопросов. Мейбор смутился. Ведь эта новость определенно должна была привести герцога в ярость. Бренский народ не одобрит замужества своей наследницы со столь кровожадным королем. Когда герцог умрет, Бреном будет править Катерина, а Кайлок своим поступком доказал, что он не из тех, кто сидит сложа руки и позволяет управлять за себя. Последние события заставляют даже предположить, что Брен просто-напросто вольется в обширную империю Кайлока. А герцог как ни в чем не бывало строит свадебные планы? Бессмыслица какая-то.

– Вы не ответили на мой вопрос, Мейбор. Не хотите ли пригласить свое семейство в Брен?

– Мой старший сын, Кедрак, в большой дружбе с королем. Кайлок, я уверен, настоит, чтобы он присутствовал на свадьбе.
– Тут Мейбор немного преувеличил - но, если свадьба состоится, лучше прослыть ее сторонником. Предателя Кайлок мигом лишит всех его земель. Кравин прав: наилучший выход - это убить Баралиса. Он слишком сильно влияет на события. Если убрать его с дороги, этот брак станет не столь угрожающим.

– А ваша дочь?

Этот вопрос снова поверг Мейбора в полную растерянность.

– Дочь, ваша светлость?

– Ведь у вас есть дочь, не так ли? Как ее имя?

– Меллиандра.

– Ага - в детстве ее, вероятно, звали Мелли?
– круто обернулся к нему герцог.
– Я слышал, она очень красива. У вас, случайно, нет ее портрета?

– Есть, - кивнул ошарашенный Мейбор.

– Так дайте мне взглянуть на него. Если Меллиандра приедет на свадьбу, она, возможно, удостоится чести стать подружкой невесты.

Мейбор вздохнул с облегчением: герцог просто хочет посмотреть, достаточно ли хороша его дочь, чтобы поставить ее рядом с Катериной. Лорд метнулся к письменному столу. Будет совсем неплохо приблизить Мелли к Катерине. Даже очень хорошо: когда Мелли найдется, она сможет поселиться при бренском дворе. Здесь она не только подружится с женщиной, которой предстоит править самым могущественным городом Севера, но и окажется в безопасном отдалении от слухов, которые уже кружат на ее счет в замке Харвелл.