Измена. Не делай мне больно
Шрифт:
– Адреса и телефоны, ты про это?
– Угу.
– Конечно. Дичь то у нас бестолковая! Я за ними пол дня бегаю, чтобы мазок взять, а потом еще полдня, чтобы его расшифровку отдать.
Я слишком взвинчена, чтобы оценить эту шутку. И потому перебиваю подругу:
– Дай мне телефон Жанны.
Настя замолкает. И даже звуки за ее спиной становятся на тон тише.
– Случилось что-то?
– Да. Или нет. Сама не знаю, но только в этом состоянии я могу сойти с ума.
– Звонить потенциальной любовнице мужа не лучшая идея.
– Ты не переубедишь меня. И ее телефон я могу достать другими способами, просто через тебя быстрее.
– Я не договорила. – Поправляет меня Настя.
– Звонить ей не лучшая идея. А вот заявиться в гости прямо с утра, вот это то что надо! Мы с Риммой будем у тебя через час, ты пока оденься и это… не сделай никаких глупостей!
Пижонский мерседес из нулевых, на котором должны разъезжать братки, а не интеллигентная Римма, вопреки всему шел моей подруге.
Она приехала через пять минут после Насти, и, кажется, уже обо всем знала.
– Отлично выглядишь, - резюмировала Римма, - а то я боялась, ты наденешь парик.
– Мы же не шпионить едем, мы едем отбивать нашего мужика, - хохотнула Савранская с заднего сидения.
Я не нашлась, что ответить. От нервов куда-то сбежали все мысли, кроме одной единственной. Адрес и номер квартиры Жанны. Пока рассматривала фотографию ее обменной карты, выучила наизусть, и где она живет, и номер телефона, и даже группу крови.
Самая редкая – четвертая положительная.
Вся эта информация крутилась у меня в голове только, чтобы не дать мне сойти с ума.
– Мы же вместе пойдем? Мы не оставим Вику одну?– спросила Римма, глядя на Настю. Мое мнение их вообще не волновало.
– Разумеется, - ответила подруга. – А если эта Жанна не только шлюха, но еще и сумасшедшая? На забив в одиночку не ходят.
– Хватит!
– Я опустила сжатые кулаки на панель. Кажется, брать подруг на такую встречу – плохая идея. – Девочки, я пойду одна. Никакого забива не будет, Настя, откуда ты вообще такие слова знаешь? Мы поговорим как два взрослых человека.
– А если второй человек не взрослый? Если она со справкой? Ее же тогда даже посадить не смогут, понимаешь? Нет, мы пойдем с тобой.
Я устало выдохнула и повернулась к Римме. Ну, должен же кто-то из нас троих проявить благоразумие. Римма, поймав мой взгляд, неуверенно кивнула:
– Мы внизу подождем. А Вика позвонит нам и положит телефон в карман. Если мы услышим какие-то шумы или крики, то сразу прибежим.
Настя негодующе засопела. Кажется, сегодня ей и правда хотелось подраться.
– Девочки, вы извините, что вообще вас сюда впутала. Но это моя проблема и я должна сама ее решить, хорошо? А потом, когда все прояснится, поедем в кафе. Отметим.
В голове рисовалась идиллическая картина. Дверь мне открывает Жаннин муж, а сама Жанна, придерживая беременный животик, стоит у него за спиной. И никакого Кораблева они не знают. И все мои догадки просто результат недосыпа и стресса.
Господи, в тот момент я и правда думала, что все обойдется! И отмечать мы поедем что угодно, но не мой грядущий развод!
От волнения меня тошнило. Я откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, чтобы хоть как-то пережить поездку. На каждой кочке желудок скручивало в узел, а рот наполнялся слюной.
Когда Римма заглушила мотор, я простонала от облегчения.
Несколько минут мы сидели в машине молча. Прямо напротив большого некрасивого здания, отведенного под общежитие сотрудников аэропорта.
Несколько лет назад и мы с Сашей жили в подобном. Только там я нашла единомышленниц и лично выкрасила забор в приятный синий цвет, оттенком похожий на небо, по периметру дома рассадила цветы и составила график дежурных по подъездам. Я никогда не могла жить в разрухе.
А Жанна, судя по всему, может.
На меня смотрел унылый, неприветливый двор. Грязные окна без штор, погнутая лавка и металлические колья, как остатки забытой всеми цивилизации. Чем это было раньше – не знаю.
На площадке пусто. Детей здесь или нет, или они гуляют в другом месте. А вот магазинчик перед общежитием наоборот, выглядел очень обжитым. Судя по вывеске, работал он круглосуточно и покупали тут не только соль со спичками.
Я обернулась и посмотрела на Настю. Теперь мне не хотелось идти туда одной, но гордость не позволяла признаться в том, что струсила. Вот если бы подруга догадалась и предложила сама…
– Ложись! – Шикнула на нас Римма. Я не успела понять, что происходит, как чья-то рука, прижала меня к креслу. Риммины глаза оказались прямо перед моими, и в них таился настоящий ужас. Она поднесла палец к губам и сделала знак, чтобы я молчала.
С заднего сидения взволнованно сопела Настя. Она тоже легла на сидение, но ей было не так тесно, как нам двоим.
К уже привычной тошноте прибавился тремор рук. Пальцы дрожали так сильно, что пришлось сжать их в кулаки.
Я лежала и смотрела на Римму, на то, как шевелятся ее губы, пока она что-то считает.
– Можем подниматься, - наконец произнесла она.
Я села. Стянула с головы шапку и распустила хвост, может так мне станет легче. Но нет, паника накатила с новой силой, когда я увидела, из-за чего так всполошилась подруга. Прямо перед подъездом стоял припаркованным BMW моего мужа.
Видимо я еще на что-то надеялась, потому что первым делом посмотрела на знаки.
– Чееерт, - я закрыла лицо руками и стала жадно дышать, кислород перестал поступать в легкие, и мне пришлось проталкивать его силой.
Вдох. Выдох. И снова глубокий вдох.
– Нужно подождать немного, - далекий голос Риммы еле пробился через этот шум в ушах. – Не иди сейчас, нужно… чтобы дождаться, пока они не…
Она запнулась, не договорив.
– А знаете, что мне это напомнило? – Бодро, нарочито радостно затрещала Настя - у меня был в практике такой случай. Пришла ко мне девочка не прием, ну как девочка, ей лет тридцать было. Белая вся, как простыня. Бормочет что-то о почках и на своего мужа косится. Я ее тогда взяла на узи, смотрю, а там беременность. Хорошая такая беременность в десять недель. Думаю, что сейчас обрадую барышню, а она мол, спасибо, я в курсе. Даже бровью не повела.