Чтение онлайн

– Я не останусь. Просто не могу, это унизительно.

– Можешь.
– Он смотрит на меня сверху вниз, а затем неожиданно мягко проводит рукой по моим волосам, но взгляд остаётся жёстким.
– Можешь перестать изображать жертву и начать работать над собой. Можешь вспомнить, что ты не только мать, но и жена. Можешь попытаться вернуть то, что мы потеряли.

– Твоя Зайка тоже останется с нами. Будешь к ней на выходные приходить?

– Света останется в прошлом. Я хочу, чтобы ко мне вернулась та женщина, в которую я когда-то влюбился.
– Он отпускает мою руку, но продолжает стоять близко.

– Правда, что ли? Ты много хочешь, но сам изменяешь. Может, тогда не надо было заводить любовницу.

– Я мужчина, Полина. И я имею право на счастье.

Мы стоим друг против друга. Он не отпускает мою руку, а я не могу найти сил вырваться. Не физических, а моральных. Потому что, несмотря на всё, я всё ещё его люблю. И это самое страшное.

Какой-то резкий сбой происходит внутри. Мысль о том, что я всё ещё люблю Ростислава, даже после всего, что узнала о нём, так меня злит, что я срываюсь, как пружина, которую слишком долго сжимали. Мой тихий гнев наконец выходит наружу.

– Право на счастье?
– Я смеюсь, но получается истерично.
– А у меня есть право на счастье? Или я должна быть благодарна за то, что ты меня терпишь?

– Не искажай мои слова.

– Ничего я не искажаю. Просто объясни мне, почему я должна приносить себя в жертву твоему счастью? Почему я должна быть удобной, красивой, всегда готовой к сексу женой, но которая не смеет жаловаться на усталость?

– Потому что мы семья!

– У нас с тобой разные представления о том, что такое семья. Семья - это когда двое поддерживают друг друга. Но у нас один пользуется, а другой обслуживает. Ты хочешь жену-прислугу, которая будет улыбаться и делать вид, что её всё устраивает.

– Полина, не делай из меня чудовище.

– Я не делаю.
– Подхожу к чемодану, продолжаю складывать вещи.
– Ты сам себя таким сделал. Когда решил, что твоя усталость важнее моей. Что твои потребности важнее моих. Что я должна быть благодарна за то, что ты меня выбрал.

– Хватит!
– Рычит Ростислав словно лев перед броском на добычу.
– Не переходи грань.

– Нет, не хватит.
– Меня несёт на всех порах словно поезд, у которого отказали тормоза, и уже невозможно остановить.
– Я потратила лучшие годы на то, чтобы быть твоей идеальной женой. Бросила работу, друзей, мечты. Вот только взамен получила мужа, который считает меня обузой и ищет удовольствие на стороне.

– Знаешь, что самое больное?
– Он открывает рот, но я не даю ему ответить.
– Не то, что ты изменил. Не то, что у тебя есть любовница. А то, что ты заставил меня поверить, что будто я недостаточно хороша для тебя.

– Полина...

– Ты хочешь знать, что я чувствую во время секса?
– Теперь мой голос становится жёстким.
– Я чувствую себя шлюхой, которая должна отрабатывать твои деньги. Иногда, лёжа в постели, я думала о том, достаточно ли я стараюсь, чтобы ты не пошёл к другой.

Он бледнеет, но я не останавливаюсь.

– И знаешь, что самое ужасное? Я до сих пор надеялась, что ты меня любишь. Даже после разговора со Светланой, даже понимая, что я для тебя обуза, всё ещё надеялась. Но сейчас мне кажется, что ты не меня любил. Придумал какой-то идеальный образ, а когда я перестала ему соответствовать, ты лёг в постель к другой.

– Это неправда...

– Знаешь, что я поняла, разговаривая с твоей Светланой?
– Застёгиваю чемодан, и звук молнии в тишине звучит как приговор.

– Не то, что ты изменяешь. А то, что ты трус.

– Чего?

– Трус, который не может прямо сказать жене, что она ему больше не нужна. Вместо этого ты выбрал медленное удушение. Критика, холодность, сравнения. Ты убиваешь меня по частям, чтобы потом сказать: видишь, ты сама виновата, что я стал изменять.

– Что за хрень ты несёшь? Мне не нужно, чтобы ты уходила. Я не позволю тебе разрушить нашу семью из-за всплеска гормонов и какой-то глупой истерики.

– Не хочешь? Тебе нужно, чтобы я стала удобной. Чтобы закрыла глаза на твоих любовниц, похудела, накрасилась и изображала счастливую жену.

– Именно этого я и хочу. Чтобы ты вспомнила, что значит быть женой, а не только матерью. Чтобы ты хотя бы попыталась мне понравиться. Это так сложно?

– Лучше буду одна, чем буду жить с мужчиной, который считает меня одолжением самому себе.

– Куда ты денешься? Одна с ребёнком? Без работы, без денег, без крыши над головой? Ты даже не представляешь, что такое жить одной с маленьким ребёнком.

– Найду работу. Найду жильё.

Он отпускает мою руку только для того, чтобы преградить мне путь.

– Кому нужна разведённая мамаша без опыта работы?
– Его плечи распрямляются, он становится шире, заполняя собой дверной проём.
– Кроме меня ты никому не нужна. Ты думаешь, мир тебя ждёт? Ты несколько лет не работала, Полина.

– Отойди с дороги.
– Беру чемодан, и он тяжелее, чем я думала, как и решение, которое я принимаю.

– Нет.
– Он упирается руками в дверной косяк, и я вижу, как белеют от напряжения его костяшки.
– Мы будем разбираться здесь и сейчас. Я не позволю тебе сбежать как испуганной мышке.

– Я не мышка.

– Тогда веди себя как жена. Борись за свою семью, а не беги при первых трудностях. Думаешь, у других семей нет проблем? Думаешь, все мужья идеальные?

– Не все изменяют жёнам.

– Изменяют! Ещё как!
– Он ударяет кулаком по косяку.
– Почти все изменяют, если дома их ждёт то, что ждёт меня. Я хотя бы честно пытаюсь сохранить семью, а не подаю на развод.

– Как благородно с твоей стороны. Прям мистер совершенство.

– Издеваешься?
– Ростислав хватает меня за подбородок, заставляет смотреть на него. Чувствую шероховатость его ладони, чувствую, как пахнет его кожа, очень знакомо и от этого становится ещё больнее.
– Я мог бы давно уйти. Мог бы сказать, что не хочу жить с женщиной, которая превратилась в домохозяйку. Но я остался и пытаюсь всё исправить.

– Изменами?

– Попытками разбудить в тебе женщину!
– Он не отпускает моё лицо, большим пальцем скользит по щеке.
– Ты думаешь, мне было легко искать на стороне то, что должен получать дома? Ты думаешь, мне хотелось изменять?

– Никто тебя не принуждал. Или тебя палками били?

– Принуждал!
– Он резко отпускает меня.
– Твоё нежелание быть женой.

– Крис останется со мной.

– Вот этого не будет!
– Голос у него становится ледяным, а в глазах появляется что-то хищное. Он медленно снимает пиджак, вешает его на спинку стула, такой привычный жест, но теперь он кажется угрожающим.
– Крис остаётся со мной. Я могу обеспечить ей нормальную жизнь, стабильность. А ты что ей дашь? Съёмный угол где-нибудь в Митино и мать-неудачницу?