Чтение онлайн

Ростислав

Ресторан «Гурмания» всегда был моим местом силы. Приглушённый свет, мягкие кожаные кресла, официанты, которые знают, что я пью виски без льда. Здесь я заключал сделки, убеждал инвесторов, строил империю. Сегодня же каждый предмет в этом зале кажется враждебным.

Владимир Семёнович Краснов сидит напротив меня, и его взгляд мог бы заморозить лаву. Массивный мужчина за шестьдесят, с седыми усами. Он основатель «Металлинвест», и от его решения зависит, останусь ли я на плаву или пойду ко дну.

– Ростислав Борисович, я не привык повторять дважды. Ваша компания должна была закрыть вопрос с лицензированием два месяца назад. Где результат?

Сжимаю стакан с виски, пытаясь собраться с мыслями. Обычно я бы уже имел готовый ответ, план действий, запасные варианты. Но сегодня в голове только одно: пустой дом, в котором больше нет Полины.

– Владимир Семёнович, понимаю ваше недовольство.
– Начинаю придумывать стратегию, но голос звучит неуверенно.
– Возникли некоторые сложности с документооборотом, но мы...

– Сложности?
– Краснов откидывается в кресле, и его глаза сужаются.
– Ростислав, я работаю с вами пять лет. Никогда не видел, чтобы вы оправдывались «сложностями». Что происходит?

Делаю глоток виски, но алкоголь не помогает. Полина не берёт трубку с утра.

– Извините, задумался. – Бормочу.
– Да, лицензирование. Мы подали документы в региональное управление, но там...

– Там что?
– Краснов наклоняется вперёд.
– Ростислав, вы меня не слышите? Я спрашиваю не про процедуру, а про результат. Где наша лицензия?

Чёрт. Я действительно не слышал половины того, что он говорил. В голове крутятся слова Полины: «Ты думаешь только о себе. Всегда думал». И самое страшное - она права. Даже сейчас, когда от меня зависит миллионный контракт, я думаю не о деле, а о том, как вернуть её.

– Владимир Семёнович.
– Пытаюсь взять себя в руки.
– Дайте мне ещё две недели. Я лично проконтролирую каждый этап.

– Две недели?
– Краснов смеётся, но мне совсем невесело.
– Ростислав, вы забыли, с кем разговариваете? Я не банкир, который будет давать отсрочки. Я бизнесмен, который привык получать результат.

Он достаёт из кармана телефон, проверяет сообщения, и я понимаю - он уже принял решение.

– Послушайте, понимаю, что подвёл вас. Но мы столько лет работаем вместе. Дайте мне исправить ситуацию.

– Столько лет.
– Повторяет Краснов задумчиво.
– Да, Ростислав. И за эти годы я никогда не видел вас в таком состоянии. Вы выглядите как человек, который потерял контроль.

Потерял контроль. Эти слова бьют точно в цель. Я всю жизнь всё контролировал: бизнес, семью, каждую мелочь. И что в итоге? Бизнес рушится, жена ушла, а я сижу в ресторане и умоляю о снисхождении.

– Владимир Семёнович, у меня сейчас действительно сложный период. Сложности в браке, личные проблемы. Но это не повлияет на работу, обещаю.

– Что жена бросила?
– Краснов поднимает брови.
– Ростислав, вы женаты на прекрасной женщине. Полина, кажется? Я помню, как вы её представляли на корпоративе. Что случилось?

Я сжимаю кулаки под столом. Рассказать? Что я изменял жене? Что лгал ей месяцами? Что угрожал забрать дочь, только чтобы она не ушла?

– Мы просто не сошлись характерами.
– Лгу.

– Не сошлись характерами.
– Краснов качает головой.
– Ростислав, я женат сорок лет. Знаете, что я понял? Проблемы в семье всегда отражаются на работе. Мужчина, который не может справиться с домом, не справится и с бизнесом.

– Это не так.
– Я разделяю работу и семью.

– Правда?
– Краснов прерывает меня.
– Тогда, где наша лицензия? Где результат? Вы сидите здесь, пьёте виски и думаете о жене, которая от вас ушла. Как я могу доверить вам многомиллионный проект?

Он смотрит тяжёлым взглядом, взвешивает меня на невидимых весах. Не отвожу глаз. Я юрист, чёрт возьми. Умею убеждать, в этом мой дар. Я вытаскивал дела из таких ям, из такого дерьма, где другие бы уже давно утонули. И сейчас я не сдамся.

– Владимир Семёнович.
– Мой голос наконец обретает твёрдость.
– Вы правы, я подвёл вас. Но вы знаете, на что я способен. Четыре года назад я убедил налоговую закрыть проверку за три дня. В прошлом году я выбил скидку на поставки из Китая, когда они уже подписали контракт с конкурентами. Дайте мне две недели, и лицензия будет на вашем столе. Я лично прослежу за каждым документом, каждой подписью. Вы получите результат.

Краснов молчит, его пальцы перестают постукивать по столу. Он отпивает кофе, ставит чашку с лёгким стуком. Мне хорошо знаком это жест - он думает. И это мой шанс.

– Вы всегда были отличным юристом, Ростислав.
– Но я не привык к людям, которые теряют хватку.

– Я не теряю. Это временный сбой. Я уже договорился о встрече с главой управления в понедельник. Мы ускорим процесс. Вы знаете, я не сдаюсь.

Краснов смотрит на меня, и его взгляд становится чуть мягче, но всё ещё острый, как лезвие.

– Временный сбой. Ростислав, вы мне нравитесь. Всегда нравились. Вы дерзкий, умный, знаете, как продавать себя. Но сейчас… - Он качает головой.
– Вы словно тень самого себя.

Сглатываю, чувствуя, как его слова режут глубже, чем я готов признать. Он прав. Я не тот, кем был. С тех пор, как Полина узнала о Свете, я поменялся в худшую сторону. Но я не могу позволить ему это увидеть. Он должен верить мне, что у меня всё наладиться.

– Дайте мне шанс доказать, что я всё ещё тот самый специалист, который вам нужен. Дайте две недели, Владимир Семёнович, и я не подведу.

Он молчит, и каждая секунда тянется, как вечность. Наконец он вздыхает, откидывается в кресле.

– Хорошо, Ростислав. Я дам вам шанс. Но не потому, что верю в ваши красивые слова. Потому что я верю в ваш талант. Вы юрист от Бога, но сейчас вы на краю. Не сорвитесь в пропасть, оттуда уже тогда вам не вылезти.

Выдыхаю, чувствуя, как напряжение в груди слегка отпускает.

– Спасибо. Вы не пожалеете.

Краснов встаёт, поправляет пиджак. Его массивная фигура нависает над столом, и он смотрит на меня сверху вниз.