Измена. Старая любовь не ржавеет
Шрифт:
Она призналась что полюбила отца сразу. Как первый раз увидела его на паре, когда он был студентом, но строгие родители заставили ее выйти замуж за другого. Она не имела права голоса в своей очень строгой семье.
Ее муж, лет на семь старше нее, на момент свадьбы был директором какого-то предприятия.
Любе пришлось уступить, родителей она очень боялась. Да и встречаться студенту и преподавательнице, пусть и всего лишь аспирантке… Это позор на весь институт. Что люди скажут? Поэтому мой папа так и не узнал, что его чувства были взаимны.
Но все двадцать лет, живя с нелюбимым мужем, она вспоминала о моем папе, даже не надеясь что они однажды встретятся. Но каждый день об этой встрече мечтая.
В этот момент папа перебил Любу и, покивав, вдруг выдал, что и он не мог забыть ее. Искал, спрашивал, даже будучи женатым на моей маме. Но судьба была против влюбленных.
– Арсений, милый, – ответила Люба, поправляя длинные темные кудри, – И хорошо что ты не нашел меня тогда. Мой муж был тираном. Он бы скорее убил меня, нежели отпустил. Он в жизни не дал бы развод!
– Я бы с ним разобрался!
– Нет, не разобрался бы… Знаешь какие у него связи были?! Он до последнего, даже когда мы уже жили в разных комнатах, угрожал мне что если я от него уйду, он найдет меня и убьет! – ее карие глаза наполнились гневом, а я подумала, что это очень страшно, когда ты всю жизнь живешь с таким абьюзером.
– Нельзя так говорить конечно, – ответил папа, – Но туда ему и дорога! Урод! Я знаю что он поднимал на тебя руку! Хотя ты это и отрицаешь! Так что сдох он…
Я не могла не согласиться с папой, даже закивала.
– Не говори так! – на глазах Любы вдруг появились слезы, – Он конечно был далеко не подарком, но он уже умер. А про мертвых плохо не говорят…
– Про мертвых не говорят или хорошо, или правду! – с возмущением парировал отец, – Ты слишком добрая, Люба, поэтому всю жизнь тебя все и используют. Циничнее надо быть, умнее.
Он горестно вздохнул. А я смотрела на эту красивую стройную женщину с оленьими глазами и думала: ну как она может быть циничнее? Она не такая.
С мужем жила Люба плохо. Он хоть и был при должности, но начал пить, с каждым годом все больше. Последние полгода он стал совсем плох. И она за ним ухаживала, пыталась до последнего вытянуть из его зависимости… Но не смогла. В итоге он умер от инсульта.
Я считаю что люди, которые так губят свою жизнь, и не только свою, но и окружающих, достойны только презрения.
В тот день мы разговаривали часа два, а когда я вернулась с отцом домой, мы оба соврали матери, что я знакомила отца со своим новым другом. Мама сильно удивилась что ее не пригласили участвовать в этом, но подозрений у нее в тот день не возникло. А меня распирало от осознания, что у меня с отцом на двоих есть страшная, взрослая тайна.
С того дня, каждую неделю, по субботам, мы проводили с Любой время. Только уже не в кафе, а у нее дома. Первое время меня удивляло, что в ее достаточно неплохой трехкомнатной квартире ужасный ремонт. Точнее, и вовсе ремонта нет. Плюс везде какой-то хлам, да и мебель из прошлого века. Это очень контрастировало с образом самой Любы. Она-то рафинированная, стильная…
Я тихо спросила тогда отца, как так вышло, что у Любы такая красивая одежда, да и выглядит она модно и стильно, а ремонта нет?
Но он тут же объяснил, что пока она жила с мужем, он пропивал все деньги, а жили они оба на ее зарплату. А потом муж и вовсе не работал – его выгнали с позором с руководящей должности за пьянку.
Вот она и надрывалась! Она жила с человеком, у которого постоянные запои! А ведь у нее еще дети, пускай и постарше нас с Димой, но и им помогать надо! Вот и не до ремонтов было.
Уже после отец сам решил взяться за этот вопрос и за пару месяцев нанял на свои отложенные на отпуск деньги бригаду и сделал хотя бы кухню, ванную и туалет. А потом он сказал мне, что делает ремонт не только для Любы… Он делает его для нас всех. То есть для Любы, для него самого и для меня. Потому что в этой квартире всегда будет для меня приготовлена комната. И я в любой момент смогу приехать и пожить. А может быть, даже остаться.
Глава 3. Арсений. Прозрение
Интернет – великая вещь. Очень жалко, что в моей юности его не было, это лишило меня кучи возможностей. Зато позже интернет помог сделать то, о чем я даже и не мечтал.
Это произошло около года назад. В то утро, зайдя на аккаунт одной из социальных сетей, я увидел «конвертик». Думал ли я что этот день круто изменит всю мою жизнь?
В тот момент, совершенно без какого-либо интереса, я машинально ткнул на него, и… И увидел сообщение от Любы. Боже! На аватарке была она! Хоть и не настолько узнаваемая как двадцать лет назад, изменившаяся, немного похудевшая… Но… Еще более прекрасная чем в нашу последнюю встречу.
Мое сердце забилось так сильно, что готово было выскочить из груди! Ладони запотели. Я жадно пробежал глазами по строчкам. Да, ошибки не было. Мне писала Люба, писала впервые за столько лет!
«Здравствуйте, Арсений! Не знаю, помните ли вы меня. Я Люба, я у Вас преподавала много лет назад. На днях я увидела Ваши контакты в одном из договоров. Сначала даже не поверила в такое совпадение, но решилась Вам написать. Хотелось бы узнать как Ваши дела. Если Вы, конечно, не против. Если против – простите за то что побеспокоила».
Был ли я против? Разумеется нет! Я готов был прыгать на одной ножке! Это казалось чудом! И я ей ответил. Заверил что она ни капли меня не потревожила, что я счастлив получить от нее письмо и узнать, как ее дела.
Потихоньку завязалась переписка. Сначала мы обсуждали какие-то посторонние вопросы, культуру, события города, делились общими воспоминаниями. Но с каждым днем наше общение стало носить все более личный характер.
Я не мог надышаться на каждую строчку. Но все-таки нас что-то останавливало, не давало окунуться в самую бездну, вывернуть душу друг перед другом. По-настоящему, на живую. Я чувствовал, что набухает, просится… Но что-то мешало.
Однажды, в один из дней, Люба исчезла.
Я напрасно час за часом ее ждал в сети. Вопреки договоренности она так и не появилась. Затем прошел еще день, и еще. Меня накрыла паника! С ней что-то случилось? Или она на меня за что-то обиделась?
Но не было ни номера телефона, ни адреса. Как же я ругал себя, как рвал на себе волосы, что не побеспокоился о подобном заранее! Как я боялся что потеряю только что приобретенное сокровище!
Люба вернулась в сеть на четвертый день, и я упросил ее дать номер телефона.