Чтение онлайн

Ее родители считались очень приличными и обеспеченными. Еще та, старая, советская интеллигенция. Отец – какой-то военный, чуть ли не генерал. Мать – учительница химии, уважаемый человек. И Любонька вела себя соответственно. Ну и любила сладко поесть и вкусно попить, так что браку с каким-то директором я не удивилась.

Да, в тот момент, я не то что про нее спрашивала, но Арсений так беззастенчиво за Любой ухаживал, что и все остальные заинтересовались. И сплетни про нее циркулировали где-то год. Ну а потом все забылось, как это обычно и бывает.

Достаю телефон, захожу в социальные сети и начинаю искать Любу среди «френдов» мужа. Бог мой! Да он уже и статус переставил! Что влюблен в Любовь Румянцеву. Вот так. Еще со мной не развелся, а уже весь мир должен знать что у него новая личная жизнь.

Перехожу дальше. Вот и фото Любоньки. По большому счету самая обычная женщина. Не страшная и не сказать что красивая. Отложив телефон в сторону, иду к зеркалу. Может, он ее выбрал потому что я сильно уступаю?

Разглядываю себя.

Я тоже обычная. Но ведь и не уродина. И снова мысли путаются. Я не могу понять, что не так со мной. Или со всеми нами?

Выпив валерьянки, снова ложусь в постель. Завтра слава богу у меня выходной, поэтому есть шанс что к следующему рабочему дню мне удастся прийти в себя.

Будит меня под вечер хлопок двери. В какое-то мгновенье мое сердце начинается биться чаще, но я тут же вспоминаю, что ждать мне некого. Муж теперь в счастливом настоящим с любовью всей жизни, так что в лучшем случае это Дима. Поднимаюсь и иду навстречу. А нет. Ариша.

Буркнув «привет», идет в свою комнату. А я снова возвращаюсь в спальню. Вроде надо бы спросить как у нее дела, как оценки… Но не сегодня. Однако Ариша является ко мне в комнату сама.

– Мам, а что, обеда нет что ли?

– Нет, – глухо отвечаю. А я и забыла про обед. Вот такая я мать… Хотя, мне еще раньше дали оценку. Так что переживать уже и не стоит.

– И ты грудку не купила? Вообще-то у меня диета!

И говорит таким тоном, недовольным. Даже ведь и не интересуется как я, что со мной. Ах да, я же плохая мать, плохая жена и никудышная женщина.

– Я могу тебе выделить триста рублей. Сходи, купи грудку и приготовь себе сама. Ты уже большая девочка, справишься.

Молчит, поджав губы. Обиделась. Хотя в четырнадцать лет приготовить себе ужин – это не преступление. Другой вопрос что в ее обязанности это не входило. Максимум со стороны Ариши – это навести порядок у себя в комнате. Только и с этой задачей она не справлялась.

Дочь решает что готовить – это не ее. Поэтому ни в какой магазин даже не собирается. Просто идет на кухню и ест все, что находит. Вот тебе и диета.

В этот момент меня охватывает чувство вины, все-таки я как мать должна была приготовить ей все как надо, должна была купить заранее продукты, должна… И снова по щекам текут слезы. Сколько же я должна? Почему мне никто ничего не должен? Почему меня никто не любит?

– Мам, – Ариша заходит в мою комнату, такая же недовольная, – Я понимаю, что папа ушел, но… Мы же можем нормально жить как и прежде? Или ты себя похоронить решила?

– Как прежде уже не будет, Арина.

– А ты не боишься что я уйду жить к папе?

– Иди. Он же папа тебе.

Арина молча удаляется, а я остаюсь лежать. На следующее утро все вещи дочери из детской исчезают.

Люба – женщина особенная. Если бы я мог сравнить ее с каким-либо предметом, то это была бы фарфоровая ваза времен древней китайской династии. До нее иногда даже страшно коснуться, чтобы не сломать. При этом она изящна и удивительно красива. Но красива своей особенной, необычной красотой. Который может оценить далеко не каждый.

Но я-то в этом разбираюсь!

Переехав к Любе, я прежде всего решаю что надо бы в нашей спальне обновить ремонт. Не привык я находиться в комнате с криво, внахлест наклеенными дешевыми обоями, на которых виднеются темные пятна. Поэтому вечером мы отправляемся в строительный магазин, где выбираем новые. Мне хочется побаловать свою женщину. А заодно показать, как с моим появлением изменится ее жизнь. Я гораздо лучше чем ее покойный муж.

Правда Люба почему-то не считает что новые обои ей нужны. Хотя и не возражает против них, лишь бы ей самой не участвовать в поклейке.

На следующий день, когда после работы я планирую начать ремонт, на пороге появляется… Арина! Вот этого я никак не ожидал. И ладно бы в гости пришла, но она является со всеми своими чемоданами! И с довольным видом, под наши с Любой вытянутые лица, затаскивает их в прихожую.

– Привет, пап! Привет, теть Люб! – радостно здоровается с нами. И не чувствует ведь ситуацию!

Первой приходит в себя Люба:

– Здравствуй, моя девочка. А я смотрю ты с чемоданами? – улыбается. По глазам вижу, что она в шоке, но как хорошо себя в руках держит!

– С чемоданами, – кивает, – Мы с мамой поссорились. Я защищала вас, а она за это меня теперь ненавидит!

– Это ужасно. Она плохая мать, – кивает Люба, – Ребенок – это святое.

– Так ты надолго? – меня эта бабская патетика не особенно впечатляет. Я как-то не планировал чтобы Арина жила с нами. Дело в том, что у Любы все дети уже разлетелись кто куда, и вряд ли ее обрадует наличие посторонней девочки.

– Навсегда, – как ни в чем не бывало отвечает Арина, – Ну, я в свою комнату!

– Подожди! Тебе разрешили?! – рявкаю, но договорить не выходит. Нежная рука ложится мне на плечо. Любонька.

– Пусть. Ты что, собираешься выгнать своего ребенка? Все-таки мы не должны уподобляться ее матери.

Арина воспринимает слова Любы как зеленый свет и, радостно взвизгнув: «Спасибо», с чемоданами несется в свою комнату. А я перевожу вопросительный взгляд на свою любимую женщину:

– И как это понимать?

– Что понимать? – пожимает плечами, – Ты что, выгонишь Аришу?

– Люба, ты же не любишь посторонних людей в доме. Я же знаю что ты женщина, которой важно чтобы была комфортная обстановка…

– Ты прав, – кивает, – Но, во-первых, это твоя дочь. И она не может мне быть посторонней. Я люблю тебя, а значит, я люблю и ее. А, во-вторых, мое сердце разорвется, если она будет страдать за нас с тобой. Твоя бывшая жена Арише жизни не даст. Что, я не понимаю что ли?

И я очередной убеждаюсь, что выбрал самую лучшую женщину в мире.

Ужинаем мы втроем. Обсуждаем ремонт, расспрашиваем Арину что происходило в мое отсутствие.