Измена. Тайная дочь мужа
Шрифт:
– А вы к Карине, да?
Киваю.
Девочка делает шаг вперед и протягивает мне картонную коробку с конфетами, какие дарят детям на Новый год.
– Я хотела поздравить Карину с днем рождения, но ее маме мне не открыла. Можете ей передать мой подарок?
– Конечно, - беру подарок из рук девочки, и в этот же момент Лиза отмыкает дверь.
– Скажите, что это от Саши. Спасибо, - тараторит девчушка и быстро скрывается в своей квартире.
– Какой еще разговор у тебя?
– заплетающимся языком спрашивает Лиза и смотрит на меня исподлобья косыми опухшими глазами.
– Не в подъезде, - небрежно бросаю я и захожу в квартиру, захлопывая за собой дверь.
– Это для Карины? Давай сюда, - бесцеремонно выхватывает у меня коробку и уносит куда-то.
– Вот именно, это для Карины. Так что верни, я отвезу ей.
– Да фиг! Нехрен ей сладости жрать. Зубы целее будут, - зло усмехается она из комнаты.
– Ой, прости, ты ж теперь ее папашка. Вот и купишь ей конфеты, не обеднеешь. А эти мои.
Блевать от нее хочется. От той женщины, какой она была раньше, не осталось и следа. Мерзкая хабалка, которая выглядит не лучше бомжихи с вокзала.
Стиснув зубы, я снимаю ботинки и иду вглубь квартиры в поисках кухни. Носки мерзко прилипают к грязному полу. Лучше бы не разувался.
– А ты куда идешь? Я тебя в дом не приглашала, - летит мне в спину.
– Мне твое приглашение не нужно, - сухо бросаю в ответ и захожу в кухню.
Сажусь на табуретку и опираюсь руками на стол.
Твою ж мать, скатерть тоже липкая!
– Вали давай, - тянет меня за рукав.
– По твоей морде вижу, что ты мне хрень какую-то загонять собрался.
– Сядь немедленно за стол, - угрожающе и по слогам произношу я.
– Мы должны обсудить судьбу твоей дочери.
– И твоей тоже, - зло усмехается и пренебрежительно смотрит на меня.
– Ладно, поговорим. Если выпьешь со мной.
Разговор и так не обещал быть конструктивным. А будет совсем невменяемым.
– Я не пью. Тем более, я за рулем.
– Да мне насрать, - выплевывает.
– Если тебе так важно поговорить, то пей. А нет - проваливай. Мне лично с тобой говорить не о чем.
– Ладно, - соглашаюсь только для вида.
Она открывает шкафчик под раковиной, из которого тут же вываливается гора пустых бутылок. Ковыряется там минуту и достает бутылку какого-то дешманского алкоголя.
Из горы грязной посуды достает два стакана, просто ополаскивает их водой, ставит на стол и наполняет.
– О, конфетки ж теперь есть. Я щас, - с довольной ухмылкой произносит она и вываливается из кухни, врезаясь в дверь.
Подмечаю на столе заварочный чайник и бросаюсь к раковине. Выплескиваю в раковину ту дрянь, что она мне налила, наливаю немного заварки и разбавляю до прежнего объема водой. А затем возвращаюсь на свое место ровно к тому моменту, когда Лиза возвращается с подарком Карины.
Достает несколько конфет и кладет на стол, а коробку прячет в шкафчик.
– Ну что, папашка, - усмехается и поднимает подрагивающей рукой стакан.
– За днюху дочурки!
Глава 9
Алексей
Делаю глоток из кружки и едва сдерживаюсь, чтобы не выплюнуть обратно. Заварка оказалась прокисшей. Наверное, уже не первую неделю так стоит.
Скривившись, проглатываю эту забродившую мерзость и быстро заедаю конфетой.
– Слабачок!
– самодовольно произносит Лиза и демонстрирует свой опустошенный стакан, будто это реально предмет для гордости.
– Выпили. А теперь слушай меня, - сурово произношу я.
– Ну? Слушаю внимательно вас, Алексей Анатольевич, - протягивает она и складывает руки на груди в замок.
– Тебе нужна помощь, Лиза. И я хочу тебе предложить лечь в клинику для зависимых. Лечение я оплачу.
– С чего вдруг такая забота?
– хмыкает она.
– Только помощь мне не нужна!
Нервно отвинчивает крышку бутылки, наливает в стакан и снова залпом выпивает.
– Тебе лечиться надо!
– твердо отвечаю ей.
– Посмотри, во что ты превратилась за шесть лет. Была же абсолютно нормальной, а теперь… Ничтожество. Даже смотреть мерзко.
Стискивает челюсти и сглатывает, озлобленно глядя на меня.
– Твоя зависимость убьет тебя. Да у тебя уже проблемы с головой! Ты превратила жизнь собственной дочери в ад! Не кормишь ее, одеваешь черт пойми во что, хотя денег я выделяю достаточно. Но это даже не самое худшее. Ты морально и физически измываешься над девочкой! Ты для этого ее рожала? Чтобы было над кем издеваться?!
– А чего тебя вдруг стала волновать ее жизнь, а?
– шмыгает носом, а глаза уже на мокром месте.
– Шесть лет подачками обходится, а тут внезапно совесть заиграла?
– Это не совесть, Лиза. Это обычное сочувствие к ребенку, неспособному защитить себя самостоятельно.
– Ну и прекрасно! Сочувствуй дальше и занимайся ею сам!
– Дура ты, - зло выплевываю в ответ.
– Ей мать нужна! Нормальная мать, а не отец, которого она даже не знает. Поэтому я и хочу отправить тебя на лечение. Чтобы ты снова превратилась в человека и не портила жизнь ни себе, ни своей дочери.
– Я так устала. Так устала от всего этого, - прижимает ладони к вискам и заходится хриплым ревом.
– Не о такой я жизни мечтала, понимаешь? Не о такой!
– Так ты же сама ее себе и портишь! Зачем пьешь, если…
– Да при чем тут это?!
– перебивает меня криком.
– Я и пью, потому что жизнь - дерьмо! Чтоб хоть ненадолго забыться!
– захлебывается в слезах и соплях.
– Но даже это больше не помогает. Пью, и пью, и пью… Жду, когда полегчает, а она не легчает! Но не могу остановиться. Слишком сложно.
– В чем у тебя жизнь дерьмовая?!
– взрываюсь злостью.
– У тебя жилье есть, деньги есть, ребенок есть. Если чего-то не хватает, так своими силами надо этого добиваться! А не заливать глаза.
– Да ты хоть знаешь, как тяжело быть матерью-одиночкой?
– вскрикивает с отчаянием, всплескивает руками и едва не падает с табуретки.
– А вот нифига ты, Раменский, не знаешь! Такие, как я, ни одному нормальному мужику не нужны! Мой лучший вариант, это перепихон на пару раз! А как только про дочь узнают, так сразу сливаются!