Чтение онлайн

— Ты выглядишь нормально, — говорит Николай, появляясь позади моего отражения, как чертов призрак. — Тебе идет.

— Тебе идет быть задницей, — рычу я.

— В этом даже нет смысла, — говорит Козима с легким смешком, от которого мне сразу становится легче. По крайней мере, она находит все это забавным. Я сделаю все, что угодно, чтобы вызвать улыбку на ее лице.

Словно по команде, в дверях появляется служащий в безупречно белых одеждах, низко кланяясь.

— Королева примет вас, когда вы будете готовы.

У меня все падает внутри. Королева. Мы собираемся встретиться с гребаной Королевой Сурхиира, а я выгляжу так, словно меня били палкой-уродкой. Многократно.

— Идеальное время, — ворчу я в свой пакет со льдом.

Козима соскальзывает со смотрового стола. Несмотря на общий хаос последних нескольких часов и растрепанные волосы, она умудряется выглядеть совершенно по-королевски. Ее подбородок поднимается, плечи расправляются, и внезапно она уже не травмированная омега, которую мы спасли из пустоши. Она в каждом дюйме дочь Артура Мейбрехта, воспитанная командовать залами и подчинять других своей воле.

— Ну что ж, — говорит она, и в ее голосе звучит та особая нотка аристократического презрения, от которой мой член дергается, несмотря на то, что сейчас не время и не место. — Не будем заставлять Ее Величество ждать.

Мы следуем за ней из медицинского отсека, как планеты, вращающиеся вокруг особенно нестабильного солнца. Рыцарь держится достаточно близко, чтобы его массивная тень поглощала ее миниатюрную фигуру, в то время как Николай и Гео идут по бокам. Я чувствую энергию, исходящую от них всех. То состояние сверхбдительности, которое возникает, когда входишь на неизвестную территорию с чем-то драгоценным, что нужно защитить.

Тронный зал еще более роскошный, чем остальная часть дворца, если это вообще возможно. Потолок взмывает так высоко, что кажется, исчезает в тени, поддерживаемый колоннами, которые выглядят так, словно вырезаны из цельных блоков белого мрамора. Сусальное золото покрывает каждую поверхность, которая не является сверкающим камнем, а массивные гобелены, изображающие историю Сурхииры, висят между высокими окнами, пропускающими лучи позднего послеполуденного солнца.

Чума стоит возле трона, умудрившись привести себя в порядок и переодеться в свежие одежды, несмотря на то абсолютное избиение, которое он перенес ранее. Его лицо бесстрастно, эти холодные голубые глаза ничего не выдают, когда мы приближаемся. Рядом с ним стоит другой альфа, который может быть только принцем Реви.

Семейное сходство безошибочно, хотя там, где у Чумы орлиные черты и сухие мышцы, этот шире, с мускулистыми руками и более мягким торсом. Он красив так же поразительно, как и Чума, но в его чертах есть теплота и мягкость, которых нет у Чумы.

Королевские регалии идут им обоим; они сделаны из белого шелка и золотой вышивки, которая, вероятно, была создана лучшими швеями в стране. Глаза Реви — того же бледно-голубого цвета, что и у его брата, но как-то теплее — следят за нашим приближением с очевидным любопытством.

Заставляет задуматься, как выглядит Азраэль.

Судя по всему, что я слышал о нем, если мой нос не заживет правильно, я действительно могу потерять свое место «самого красивого самца в стае».

— Новые кандидаты, — говорит Чума; его голос звучит тем формальным тоном, который вызывает у меня желание сделать что-то неуместное, просто чтобы посмотреть, смогу ли я заставить его выйти из роли. — Как мы и обсуждали.

Брови Реви слегка приподнимаются, и я практически вижу, как он каталогизирует наши раны, наш разношерстный вид, то, как мы неосознанно расположились вокруг Козимы, словно живой щит.

— Это те, кто похитил тебя?

— Якобы, — говорю я, потому что не могу удержаться. — Доказательств нет.

Николай издает звук, который может быть фырканьем, а может быть, он подавился собственным языком. С ним трудно сказать наверняка.

— Вообще-то доказательств довольно много, — сухо говорит Чума. — Но сейчас это не имеет значения.

Прежде чем кто-либо успевает ответить, массивные двери в дальнем конце тронного зала открываются с резонансом, который, кажется, вибрирует в моих костях. Входит Королева, и даже моя непочтительная задница вынуждена признать, что она владеет пространством так, что все остальные отходят на задний план.

Королева Амайя — само воплощение элегантности, высокая и грациозная, с острыми скулами и полными губами, говорящими о красоте, которая созрела, как хорошее вино. Ее глаза, так похожие на глаза ее сыновей, сканируют комнату с интеллектом, который дает мне понять, как именно Сурхиира сохранила свою власть во время апокалипсиса. С этой женщиной шутки плохи, несмотря на безмятежную улыбку, играющую на ее губах.

Чума низко кланяется, и Реви следует его примеру. Остальные из нас предпринимают неловкие попытки проявить уважение — кроме Рыцаря, который просто стоит там, как гора, решившая, что ей насрать на королевский протокол. Козима — единственная, кто явно знает, что делает, когда элегантно делает реверанс, словно она бывала в присутствии множества королевских особ и сановников раньше.

И полагаю, так оно и есть.

Мой пульс учащается, когда Королева идет прямо к нам; ее одежды шуршат по мраморному полу. Каждый инстинкт альфы в моем теле кричит об опасности, когда она полностью игнорирует своих сыновей и направляется прямо к Козиме, со своими стражниками с каменными лицами на буксире. Николай на самом деле делает полшага вперед, прежде чем поймать себя, а рука Гео дрейфует туда, где обычно находится его пистолет.

Рычание Рыцаря настолько низкое, что это скорее вибрация, чем звук, но оно есть — предупреждение, что если эта женщина хоть пальцем…

— Вот ты где!

Голос Королевы теплый, даже восхищенный, когда она останавливается прямо перед Козимой. Прежде чем кто-либо из нас успевает осознать происходящее, она тянется и берет руки Козимы в свои; ее улыбка искренняя и почти материнская.

— Мое дорогое дитя, — продолжает королева Амайя, ее глаза сияют тем, что подозрительно похоже на слезы радости. — Я просто умирала от желания встретиться со своей будущей невесткой.

Наступившая тишина настолько абсолютна, что я слышу, как мое собственное сердце грохочет в ушах.

Будущая невестка?

М-да. Этого я не ожидал.

Глава 33

КОЗИМА

Я открываю и закрываю рот, как выброшенная на берег рыба, хватающая воздух, и почти уверена, что выгляжу как полная, блядь, идиотка. Но что, черт возьми, я должна отвечать на «будущую невестку»?

Глаза королевы Амайи сужаются от смеха при виде моего явного замешательства.

— О, дорогая, ты выглядишь совершенно ошеломленной. Присаживайся. Нам столько всего нужно обсудить.