Чтение онлайн

Но и у этой этимологии имеются слабые стороны, В частности, при таком объяснении не совсем понятным является корень вљд– в слове невеста, где мы встречаем гласный љ(«ять») — при наличии простого еу глагола веду, вести. Не совсем ясным представляется также изменение начального нево– (сравните греч . ne(v)os[н'eвос] ‘новый, молодой’) в не– (гаплология?).

Таким образом, фонетический анализ слова невестаговорит скорее в пользу первой из двух изложенных этимологии. В то же время анализ семантический не менее убедительно подтверждает правдоподобность второй этимологии. В зависимости от того, какие из этих аргументов представляются более основательными, учёные и придерживаются одной из рассмотренных этимологии.

Конечно, далеко не всегда вопрос о предпочтении при выборе одной из двух этимологии решается столь же трудно, как в случае со словом невеста. Нередко внимательный анализ всех основных аргументов «за» и «против» позволяет довольно решительно принять одно из имеющихся объяснений, отвергнув при этом все остальные.

Загляните, например, в словарь А. Г. Преображенского и в «Краткий этимологический словарь русского языка» Н. М. Шанского, В. В. Иванова и Т. В. Шанской. В первом из них (а также в словаре М. Фасмера) приведена наиболее распространённая этимология слова площадь, согласно которой это слово связано по своему происхождению с прилагательным плоский. В «Кратком этимологическом словаре» наиболее вероятной признаётся новая этимология слова площадь, предложенная итальянским языковедом В. Пизани.

Согласно этой этимологии, русское слово площадьбыло заимствовано через старославянский язык из греческого, где слово * plateiades[плати'aдес] представляет собой форму именительного падежа множественного числа от существительного plateia[плат'uа] ‘улица, площадь’.

В чём заключается слабость этой этимологии? Прежде всего, ни в древнегреческом языке, ни в греческих церковных текстах (откуда анализируемое слово скорее всего могло бы проникнуть в старославянский язык) нет никаких следов предполагаемой формы *plateiades(именно поэтому она приведена здесь под звёздочкой) [124] . Кроме того, формы множественного числа на — adesдля существительных на — араспространились в греческом языке уже после того, как в славянских языках закончился процесс изменения *- tj– -> — щ-, -ч- (svetja -> свеща, свеча). Поэтому передача греческого — teia– в слове *plateiadesпосредством русского — ща– выглядит неправдоподобной.

Но самое главное возражение против новой этимологии состоит в том, что площадьбез особого труда этимологизируется на славянской (русской) почве.

В древнерусском языке засвидетельствовано существительное площь‘плоскость, ширина’. Сочетание — cк– в слове плоскийотносится к — щ– в словах плащи площадьтак же, как и в случаях: воск — навощить, писк — пищать, искать — ищуи т. д. Таким образом, с фонетической стороны, сопоставление слов плоскийи площадьне вызывает никаких возражений.

В словообразовательном плане это сопоставление не является каким-то исключительным в русском языке. Сравните между собой в этом отношении, например, такие случаи из древнерусского и из диалектов современного русского языка: плоский– > площь [125]– > площадь; чёрный -> чернь -> чернядь; синий -> синь -> синядъ; гнилой -> гниль -> гниледьи др.

Слова с суффиксами — адь, — ядь, — едь. часто встречающиеся в древнерусском языке и в диалектах, обычно имеют собирательное значение. Площьи площадьотносятся к прилагательному плоскийтак же, как ширьи (диалектное) ширедьотносятся к широкий. Иначе говоря, площьи площадь — это ‘плоскость’ и ‘плоское широкое место’.

Связь с прилагательным плоскийотчётливо проявляется и при сравнении таких древнерусских слов, как площадъка‘небольшая площадь, небольшой участок’ и площадъка‘плошка [126] 2, плоский сосуд’. Совершенно ясно, что последнее слово не может быть объяснено как заимствование из греческого (*plateiades — от plateia‘улица, площадь’). В то же время оба древнерусских слова вполне убедительно объясняются как производные (в конечном счёте) от прилагательного плоск(ий).

Ещё в XIX веке мнения учёных по поводу происхождения слова мочалоразделились. Одни считали, что мочалосвязано по своему происхождению с основой прилагательного мокрыйи глаголов мокнуть, мочить, ибо луб, из которого изготовляется мочало, вымачивают и лишь после этого разбирают на волокна. Другие высказывали сомнения в правильности этой этимологии, ссылаясь на то, что от глагола мочитьестественным образованием было бы мочило, а не мочало.

Кстати, в русском языке слово мочилодействительно существует и означает оно ‘место, где что-нибудь мочат’ (например, лён или коноплю). Поэтому было высказано предположение о том, что мочалоэтимологически связано не с мочить, а с мыкать(лыко), то есть ‘раздирать, разделять на волокна’. Исходная форма (с кратким ъвместо долгого ы) *мъчалоизменилось позднее в мочало.

Обе эти этимологии продолжают существовать в качестве равноправных и в наши дни. М. Фасмер придерживается первой этимологии (связь с мочить), авторы «Краткого этимологического словаря русского языка», вслед за Ф. Миклошичем и А. Г. Преображенским, — второй (к мыкать). Попробуем разобраться во всех основных «за» и «против» каждой из этих двух этимологии слова мочало.

Прежде всего, изменение *мъчалов мочалоневозможно по фонетическим причинам: в безударной позиции «ер» (ъ)не переходил в о, а исчезал. Следовательно, мы должны были бы ожидать формы *мчало, а не мочало. Защитники разбираемой гипотезы понимают фонетическую уязвимость своей позиции. Поэтому они высказывают предположение, что *мъчалоизменилось в мочалопод влиянием глагола мочить. Подобное переосмысление слова, в принципе, возможно, но это уже — известное отступление, уступка этимологии мочало — мочить.

Разумеется, слово мочалоне могло быть образовано от глагола мочитьили от прилагательного мокрый. Это возражение против этимологии, изложенной в словаре М. Фасмера, основано на недоразумении. Немецкое словечко zu[цу] в соответствующей статье словаря М. Фасмера означает, что слово мочало«относится к», «принадлежит к» той же группе слов, что и мочить, мокрый, а вовсе не значит: «происходит от» этих слов (как, кстати, можно понять немецкое zuво многих местах русского перевода М. Фасмера).