Чтение онлайн

— А как вы определяете сколько ее там у вас?

— Для этого есть маги, когда ребенок рождается, святая обязанность родителей принести младенца в специальный Дворец магии, где маг проверяет его кровь и провозглашается имя ребенка,

— Имя? Зачем?

— Эссейл! Даже в далекой Дракатии это все знают! Имя человека дается в зависимости от количества Древней крови в нем и это независимо от его социального статуса. Магия в нашем мире священна и будь ты нищий бродяга или император, имя тебе будет присвоено и ты поступишь в академию магии! Первая буква имени указывает на потенциальную силу магии. Ну и соответственно указывает на высокий статус.

— То есть ты Айрин — «А»…

Айрин грустно кивнула,

— Да, я родилась рабой. С таким именем не рождались уже больше двадцати пяти лет. Тебя тоже проверял маг. Я там была. К сожалению, Эссейл, ты полный, абсолютный ноль. Помнится, маг даже удивился. Такого он еще не встречал — у всех есть хоть что-то от Древней крови, ну хоть капелька. А от тебя у него все зазвенело в ушах от пустоты…

…Но вот тьма сна подкрадывается к полусонному дракатону, и с ней — рокот отдаленного камнепада или это гроза гремит, свист хлыстов, крики, крики… А откуда-то издалека, как будто их разделяют леса и горы, доносятся каплями падающие слова Айрин, которые мало-помалу приобретают смысл и проникают в сознание…

— И имя у меня соответственное.

— Да, поэтому здесь, в Суларии, с таким именем, ты нижайший из самых низких. Я в жизни ниже «Т» имен не встречала, даже среди прислуги.

— А у дракатонов та же система?

— Я не очень знаю. Но у них странно все очень, например, все наместники Дракатии носят одно и то же имя — Кати Гаскелл… — слышит Эссейл ускользающий голос Айрин среди отдаленных воплей людей.

Слова эти настигают его на самом краю воронки, куда он соскальзывает.

Всплывает сытое, самодовольное лицо:

— Ах, этот, — говорит кто-то, — урод, где вы берете драконов! Где…где…где-е-е-е… — А потом он слышит свой голос, он кричит сначала громко, потом сипло — голос сорван навсегда и голос его звучит глухо, словно рот заложен ватой. — Этот… Дерьмо паршивое…Сейчас мы его…

И опять он падает, падает, и опять вторгаются тени, и бесконечные волны их заливают беспомощного мужчину, они все темнее и темнее… «Помогите! Айрин! Спаси! Тону! Помо…»

…Ужасный вопль, леденящий кровь в жилах у каждого, кому приходилось его слышать. Что могло сниться этому человеку, доводя его до жуткого, душераздирающего воя, от которого он сам просыпался в холодном поту? Какие страхи овладевали им в ночных грезах?

— Эссейл, любимый, проснись, возвращайся!

Девушка обхватывает любимое лицо,

— Ты со мной, не бойся, я с тобой, любимый, держись за меня. Мы вместе, навеки…

8 августа 2405 года

Погода прояснилась и обещала тихое, ясное утро; хороводы звезд чудными узорами сплетались на далеком небосклоне и одна за другою гасли по мере того, как бледноватый отблеск востока разливался по темно-лиловому своду, озаряя постепенно крутые отлогости дракатских гор на юге, покрытые девственными снегами. Направо чернела мрачная, таинственная пропасть-овраг, и туман, клубясь и извиваясь, как клубок змей, сползал туда по морщинам огромной скалы, будто чувствуя и торжествуя приближение солнечного дня.

— Спаси и сохрани нас, Боги!..

В голосе Лиззи зазвучали похоронные нотки.

Как только она произнесла эту фразу, первые лучи солнца пробились сквозь утренний туман, разгоняя серую мглу на склонах гор. С веток деревьев, с кустов, растущих в разросшемся саду, падали крупные капли, а высокая трава пригнулась к земле после недавнего дождя или росы. Воздух был на удивление чист и прозрачен. Студенты вышли на крыльцо и напряженно замерли, вглядываясь в небо. Несмотря на всю прелесть окружающей природы — великолепные цветы, росшие среди нежной травы, миролюбивое воркование горлиц и других птиц — все были подавлены.

Мирная утренняя трапеза, сопровождаемая чтением отрывков из дракатонской книги, не смогла рассеять чувства тревоги, навеянного прекрасной погодой. На данный момент было очевидно, что студенты не будут спускаться в долину.

— Мы теперь все умрем? — Дрожащим голосом спросила Мелинда,

— Ничего подобного, — пробурчал Заррот, — посмотрим еще кто кого,

— Пока еще ничего не ясно, — ответил Николя, — но я уверен, в ближайшее время они еще дадут нам о себе знать. Хотя теперь угроза не столь велика — ведь мы представляем себе, какого рода опасность нам грозит, и постоянно готовы ко всяким неожиданностям и стараемся обеспечить минимум риска всем нам. С нами метналист, Драйт, контролируй атаки, с нами огневики. Эти твари боятся огня. Мы в безопасности во дворце. Мелинда, мы справимся. Вереса…

Николя обернулся в поисках девушки.

— Где Вереса?

— Еще не приходила, спит наверное.

Николя кивнул. Все еще раннее утро, скорее всего девушка еще отдыхает. Айрин и Эссейл тоже еще не пришли.

— Да и Глена нет.

— Ай этот Глен, — фыркнула раздраженно Лиззи, — У него каждый день новые капризы: три или четыре часа ему теперь надо посидеть одному, видите ли, погрустить, повспоминать, да притом еще тщательно запирается в своей комнате, то ему холодно, то слишком много огня в камине, еда ему не нравится. Надоел!

— А эта его новая страсть к парфюму и сигаретам! — Вздохнул Кейст, — весь провонял.

Несмотря на эти ненормальности, Николя радовался, что Глен заметно поправился: слабость и вялость худенького студента исчезли, он был свеж и полон сил как никогда.

А вот и Глен вошел в столовую, посмотрел в окно, глаза его еще больше оживляются, на красных губах веселая улыбка.

Джеймс принес пачку бумаг: тут были большие листы в виде разорванных книг, были небрежно оторванные полулистики и клочки

— Это я нашел в деревне, — сказал студент, — как по разным почеркам, так и по подписям это что-то вроде летописи жизни дракатонской деревни и одновременно приходно-расходные книги. Тут много пустой информации, вроде характеристики урожая и рождаемость скота, но, как кажется, есть и интересные с точки зрения истории сведения или же совсем непонятная белеберда — вот, например, «празднование 85-го скилла — всеобщее гуляние, выходной — три избранных от деревни». Вот это, посмотрите, да…, а, здесь — для деревни наступила тяжелая пора, смертность как в ней, так и в окрестности сильно увеличилась, на каждой странице есть расходы на похороны… А вот тут посмотрите…

Это был большой, кругом исписанный лист, даты на нем не было. — «Увеличение количества смертей, призыв помощи из столицы»

— Вот это, я думаю, про то же время, описанное в письмах. Дальше про смерти, еще и еще, было очень много смертей. А тут датировано — 9 июля 2136 года, это 269 лет назад, страшная гроза разразилась над долиной, внезапное нападение армии суларцев, заметьте, до деревни они не дошли почему-то. Нет записей о массовых смертях или боях. Дальше, 25 июля — приезд императора! Представляете! — Джеймс победно сверкнул глазами, с темно-фиолетовым фингалом слева.