Чтение онлайн

Еще в декабре 1917 г. В. И. Ленин отмечал, что «образованные люди уже теперь выделяются, переходя на сторону народа, на сторону трудящихся, помогая ломать сопротивление слуг капитала» 36 . А в октябре 1918 г. «Правда» в статье «Интеллигенция и Советская власть» подчеркивала: «Год, прошедший со дня Октябрьской революции, научил интеллигенцию многому… Она видела, как мы справляемся с одним противником за другим, она увидела нашу громадную творческую работу, жажду знания в той самой массе, которую она считала только разрушительной силой, она увидела, как эта масса относится доброжелательно, честно ко всякому, который приходит к ней с помощью». «Правда» призывала «подать руку» таким лояльным представителям интеллигенции и «поставить их на работу как равных граждан Советской России» 37 .

Не делая ни малейшей уступки буржуазным специалистам в области политической, идя им навстречу в улучшении материального положения, пробуждая в них патриотические чувства, Коммунистическая партия добивалась отпадения от контрреволюции тысяч представителей буржуазной интеллигенции 38 .

В этой связи нельзя не упомянуть имя профессора истории Новороссийского университета в Одессе Е. Н. Щепкина. В феврале 1919 г. в оккупированной белогвардейцами и интервентами Одессе меньшевики и правые эсеры решили устроить в городском театре инсценировку «суда» над В. И. Лениным. Подпольный одесский обком РКП(б) оказался в затруднительном положении. Выступить открыто против этого провокационного фарса нельзя — подпольщики не имели права нарушить правила конспирации, но и не дать достойного отпора тоже невозможно. Обком обратился за помощью к Е. Н. Щепкину — уважаемому в городе ученому и смелому человеку. Бывший кадет, он, как было известно, отошел от партии «народной свободы». Щепкин согласился выступить на «суде» в качестве защитника В. И. Ленина и блестяще выполнил эту миссию, хотя прекрасно понимал, что рискует свободой, а может быть, и жизнью 39 . Как рассказывала впоследствии одна из руководителей большевистского подполья в Одессе, Е. Соколовская, «рабочие встретили Щепкина шумными аплодисментами, потому что он выступил в защиту Ленина, то есть в защиту Советской России» 40 . После этого Щепкин был вынужден уйти в подполье. Вскоре он стал членом Коммунистической партии. Когда в Одессе восстановили Советскую власть, Е. Н. Щепкин был назначен комиссаром по народному образованию 41 .

В то же время родной брат Е. Н. Щепкина, член кадетского ЦК Н. Н. Щепкин был одним из руководителей белогвардейского подполья в Москве, главой шпионского центра, готовившего контрреволюционный мятеж (об этом будет рассказано ниже). Судьбы братьев Щепкиных, избравших полярно противоположные пути, отражают сложность и глубокую драматичность описываемой нами исторической эпохи, когда родные по крови люди оказывались по разные стороны баррикад…

В большинстве случаев переход бывших кадетов на платформу Советской власти был далеко не случаен. Начало эволюции их мировоззрения положила корниловская авантюра, отношение к которой провело, по словам Милюкова, «заметную грань между право- и левонастроенными членами партии» 42 . У преобладающей части кадетов провал корниловского мятежа вызвал озлобление, жажду реванша, ожесточенную классовую ненависть. Как писал Милюков, исход корниловщины предопределил и подготовил «особенно активное участие правонастроенных (кадетов. — Н. Д.) в будущем белом движении» 43 .

Немногочисленная «левая» часть кадетской партии (прежде всего из среды интеллигенции) с недоумением и горечью восприняла тайную подстрекательскую деятельность кадетского руководства в августовские дни. Горький урок корниловщины, с единодушным гневом и возмущением встреченной народными массами, дал первый толчок к осознанию некоторыми членами кадетской партии пагубности того пути, по которому вела ее руководящая верхушка. Последующие события закрепили этот психологический перелом.

Большое значение имело то, что большевистская партия с первых же дней прихода к власти, как мы уже отмечали, поставила перед собой задачу привлечения старой интеллигенции к сотрудничеству с победившим пролетариатом. «Мы не можем строить власть, — подчеркивал В. И. Ленин, — если такое наследие капиталистической культуры, как интеллигенция, не будет использовано» 44 . Советская власть звала интеллигенцию принять участие в строительстве новой жизни, помочь своими знаниями широким массам рабочих и крестьян. Уже 29 октября 1917 г., обращаясь к гражданам России, нарком просвещения А. В. Луначарский выражал уверенность в том, что «дружные усилия трудового народа и честной просвещенной интеллигенции выведут страну из мучительного кризиса и поведут ее через законченное народовластие к царству социализма и братства народов» 45 .

Этой же теме была посвящена знаменитая статья Александра Блока «Интеллигенция и революция». Революционный поток, писал в ней автор, стремится сделать лживую, грязную, скучную, безобразную российскую действительность справедливой, чистой, веселой и прекрасной. Блок призывал интеллигенцию воспринимать неизбежные сложности, трудности, издержки революционной эпохи как частности, не могущие изменить общего направления потока — к миру и братству народов. Кадеты злятся на меня страшно, писал поэт в записных книжках в связи с опубликованием статьи, кричат, что ее «нельзя простить». «Господа, — с презрением и горечью отвечал им Блок, — вы никогда не знали России и никогда ее не любили! Правда глаза колет» 46 .

Советская власть приветствовала каждый факт перехода буржуазных интеллигентов на сторону рабочего класса. «Всякий, кто хочет работать, нам ценен…» — подчеркивал В. И. Ленин 47 . Член кадетского ЦК, крупный уральский инженер и предприниматель Л. А. Кроль сообщает в мемуарах факт, наглядно свидетельствующий о желании Советской власти использовать знания и опыт кадетской интеллигенции для восстановления народного хозяйства.

Кроль был лично знаком с Я. М. Свердловым — в 1905 г. они выступали от имени своих партий на городских митингах Екатеринбурга 48 («за все время своей политической работы, — пишет мемуарист, — я не встречал противника, с которым труднее было бы бороться»). В начале 1918 г. Кроль обратился к Свердлову как к председателю ВЦИК с просьбой помочь организованному им в Москве частному экономическому учреждению. Свердлов принял Кроля в Кремле и предложил ему сотрудничать с Советской властью. «Выбирайте любую техническую должность по вашему усмотрению, — говорил председатель ВЦИК. — Я всецело полагаюсь на вас» 49 . Кроль отказался от этого предложения.

Однако в целом политика Коммунистической партии привлекала на сторону революции все более широкие слои интеллигенции. В их числе оказалось немало бывших кадетов. Как правило, это были рядовые члены партии «народной свободы», не занимавшиеся ранее активной работой в ее организациях. Но можно назвать и несколько имен видных деятелей из состава кадетского ЦК, перешедших на сторону Советской власти. Эти люди включились в атмосферу трудового энтузиазма, охватившего страну в первые послеоктябрьские годы, стали полезными и полноправными членами социалистического общества.

Некоторые из них внесли впоследствии существенный вклад в развитие советской науки, и их деятельность получила заслуженное признание в нашей стране.

Так, в историю отечественного литературоведения и театроведения вошло имя Алексея Карповича Дживелегова 50 . В 1917 г. он был членом кадетского ЦК, но, осознав антинародность проводившегося кадетами курса, сразу после Октября полностью порвал с ними связь. Дживелегов стал одним из виднейших в СССР ученых-искусствоведов, был избран членом-корреспондентом Академии наук Армянской ССР. Большой популярностью пользовались его труды о культуре эпохи Возрождения, книги о Данте, Леонардо да Винчи, Микеланджело. Свыше 20 лет профессор Дживелегов возглавлял кафедру истории зарубежного театра в Государственном институте театрального искусства им. А. В. Луначарского, воспитал несколько поколений советских театроведов. Как выдающийся ученый и педагог, он был награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени 51 .

Были и такие (правда, единичные) случаи, когда кадетские деятели, пережив годы гражданской войны в белогвардейском лагере и даже эмигрировав за границу, вскоре нашли в себе силы отказаться от духа враждебности к утвердившемуся в России советскому строю и вернуться на Родину. Подобный путь прошел член кадетского ЦК, профессор А. А. Мануйлов, бывший министр народного просвещения в первом составе Временного правительства. В. И. Ленин еще в 1906 г. писал о Мануйлове как об одном из лучших людей либерализма и конституционно-демократической партии, наиболее идейных, наиболее образованных, наиболее бескорыстных, наиболее свободных «от непосредственного давления интересов и влияний денежного мешка» 52 . После возвращения в 1921 г. в Советскую Россию Мануйлов вел большую работу в Государственном банке и Наркомате земледелия.

Показателен процесс сближения с Советской властью двух членов кадетского ЦК, ставших крупнейшими советскими учеными, — академиков С. Ф. Ольденбурга и В. И. Вернадского.

С. Ф. Ольденбургу было непросто разобраться в разворачивающихся вокруг событиях, понять и принять революционные преобразования в стране, стать их активным и полезным участником. Ведь многие его близкие друзья и даже родной сын оказались в белогвардейском лагере… Да и рядом было столько сомневавшихся, не веривших в социалистическое будущее России, в успешное развитие науки при новом строе.

Позицию Ольденбурга определили признание Советской властью важнейшей роли науки в развитии общества, бережное, уважительное отношение Советского правительства к Российской Академии наук, с которой теснейшим образом была связана вся его жизнь.

В начале 1918 г. нарком просвещения А. В. Луначарский запросил Академию наук, какое участие она собирается принять в культурно-просветительной работе, развертывавшейся в стране. Советское правительство считает необходимым произвести «мобилизацию науки для нужд государственного строительства», писал нарком и просил ответить, «что может дать» в связи с этим академия.