Чтение онлайн

— Не существующие, потерянные, отметённые в сторону как разрушенные. Осязаемые фантомы, способные убивать гостей на балу? Почерк сил, коим давно не место в великой паутине. Но при этом нападение бессистемно, в лучшем случае диверсия, пусть и отчаянно не вписывающаяся в рамки известных стратегий. Если хотите мою версию, это древняя заготовка из арсенала Рассвета, невесть как вытащенная из-под тысячелетних обломков. Исполнение очень грубое, но умеренно эффективное. И что самое важное — играющее нам на руку.

Значит, всё-таки Илюха что-то нашёл, а затем применил. Зачем — совершенно другой вопрос. А система бала, давно не учитывающая атак со стороны замков-близнецов, благополучно это прошляпила… Так, стоп. «Нам»?

— «Нам»?

— Нам, лорд Виктор, мне и вам, вместе взятым. Заметьте, за весь наш диалог я ни разу не упрекнул вас в трусости и нерешительности. Хотя с момента нашей предыдущей встречи у вас было время разобраться с Закатом, и вы им не воспользовались.

Он что, всерьёз считает, что может этим меня устыдить? Заставить оправдываться?

— Ты с кем-то меня перепутал, уважаемый. С кем-то, кто заключал с тобой контракт на уничтожение Заката и кому не всё равно на упрёки.

— Ваш «контракт», заключён с известным вам мирозданием. С теми, кого вы любите — а я знаю, насколько вы любвеобильны. Без вмешательства извне Закат поглотит Полдень и Полночь, закусив Сумраком. Это произойдёт так скоро, что вы не успеете перед смертью прокатиться на своих проклятых драконах.

Последнюю фразу он скорее прошипел, чем произнёс, но его выражение лица не изменилось. Сейчас он в самом деле напоминал жутко ухмыляющийся манекен, едва успевающий открывать рот, чтобы попасть в ритм ускоряющимся словам.

— Полночь немного вернулась в форму, вы — окунулись в неожиданный источник силы, но это не спасёт от нового удара. В иных обстоятельствах я бы не вмешивался. Я бы остался смотреть, как вечные замки гниют заживо, что должно было произойти тысячелетия назад. Но сегодня… сегодня я хочу увидеть, как Конрад захлебнётся кровью. В ночь его триумфа, когда этот зазнавшийся крысёныш считает, что взял всё. И мироздание преподнесло мне все необходимые инструменты.

— А если один из «инструментов» откажется? — мрачно спросил я.

— Не откажется. Вы невообразимо наивны, лорд Виктор, но я бы не назвал вас тупицей. Раскройте глаза и уши, дабы впитать… возможность.

Всё-таки, «пустая оболочка» Альхирета умела куда больше, чем только ходить и говорить. Парад образов закружился вокруг моей головы, задерживаясь ровно настолько, чтобы я успел внять происходящему. Власть Конрада фон Неймена, его невообразимое могущество, держалась на непрерывных жертвоприношениях Пожирателю. Даже сегодня, когда он забросил идолы во все узлы, куда только смог дотянуться, продолжались регулярные жертвы.

И идолы для этих жертв возникали вовсе не из разреженного воздуха.

Их создавало чудовище, вручённое Шар’Готом в качестве самого первого дара. Двухметровый истукан с ликом настолько ужасным, что от одного взгляда на него прошибал холодный пот. Живой идол, питающийся живым мясом и каждую ночь вырезающий образы своего владыки. Резчик.

Любой из идолов Пожирателя можно было уничтожить, но пока Резчик оставался невредим, он заново создавал проклятые артефакты. Только вот его самого вырезал «султан султанов» лично, в качестве разовой акции. Слабое место лорда Конрада, актив, который невозможно восстановить. Слабое место, которое хозяин Заката даже не мог доверить собственному замку, отправляясь на бал солнцестояния.

В комнате вместе с Резчиком запирают двух детей. Огромный истукан медленно поворачивает голову, старое дерево едва слышно скрипит. Он поднимается на ноги — неторопливо, даже неуклюже. Но им некуда бежать.

Резчик прирастает после трапезы. Он отрезает лишнее длинным ножом, избавляясь от тяжкого груза. Скоро из пустой колоды возникнет новый идол с пастями на месте глаз. Великий дар тем, кто никогда не поймёт его ценности.

Истукан принимается за работу.

— Высокомерие, — хрипел Альхирет, пока перед моими глазами проносились картины ужаса и безумия. — Гордыня. Прекрасные качества, двигающие прогресс, но лишь до тех пор, покуда они не застилают разум.

Я понимал, о чём он говорит. В недрах Заката дар Пожирателя был практически неуязвим, скрытый за сотнями ловушек и заклятий. Конраду не следовало брать его с собой сюда, а если точнее — ему не следовало даже принимать приглашение. Но он мечтал о торжестве, о признании, о почестях сверх тех, что были положены даже хозяину вечного замка. Закат никогда не выступал на первых ролях и редко менял ход истории. Конрад фон Неймен видел себя лидером новой эры, вставшим наравне со Знающими и даже выше их — а его новый статус на балу служил наглядным подтверждением.

Картины сменились — теперь Альхирет показывал мне настоящее. Перекошенное от бешенства лицо Конрада, когда тот обнаружил фантомов Илюхи, убивающих его гостей. В ночь, когда всё должно было воспевать его величие, из ниоткуда всплыли досадные затруднения. И он, как почётный спонсор, обязан был разобраться с этим лично.

Конрад даже не представлял, насколько досадными станут затруднения в ближайшем будущем.

— Мой дар — пропуск за кулисы. Сожмите в кулаке, пока рука не превратится в лёд. На минуту, не больше. Берите с собой тех, кем готовы пожертвовать — шансы будут выше. Через десять минут даже такой глупец как Конрад поймёт, что пора возвращаться.

Блутнахт вырастает — из огрызка рукояти до полноценной боевой косы, сплетённой из кровавых струй. Конрад хочет закончить всё быстро, даже моментально, пытается держать эмоции под контролем. И всё же, его чуть не разрывает от бешенства, когда он вглядывается в лицо осязаемого фантома.

— ОПЯТЬ ТЫ?!!

Я бы хотел предупредить Анну и Асфара, дополнительно обсудить план, взвесить «за» и «против». Но время было не на нашей стороне, сейчас оно вообще работало исключительно на себя. Каждая секунда обсуждения отнималась от вылазки, а ведь за ним наверняка последует дискуссия, кто отправится вместе со мной.

Берите тех, кем готовы пожертвовать.

Мне с запасом хватит себя самого.

Левая рука почти потеряла чувствительность, налилась холодом, исходящим из зажатого в кулаке золотого шарика. «Кольцо» бала выбросило меня ко входу в технические тоннели, как это уже было когда-то давно. Сырая, недобрая темнота, бетонные стены и обшарпанные прямоугольные столбы, подпирающие низкий потолок. Вода, грязь и выродки, чудовищные и несчастные создания, некогда населявшие этот навеки проклятый мир. Магические мутанты с чертами людей и насекомых, терзаемые вечным голодом. Конрад однажды даже ставил их себе на службу, вероятнее всего подавив невеликий разум с помощью могущества идолов.