Чтение онлайн

Конфуций: Отдавать все силы служению людям, почитать духов и держаться от них в отдалении – вот это и есть истинная мудрость.

Мистик Мэри (сухонькая, с тонкими ножками в нитяных коричневых чулках, в вязаной серой кофте, синей полотняной юбке, – седые волосы космами спадают на изможденное лицо, высокий лоб, голубые глаза горят, говорит громко и совершенно безапелляционно'): Амбиции человечества, (или даже только его вождей) например, в науке, могут вести и к самоуничтожению нации, человечества в телесном смысле, физическом. Но если эту перспективу реальности соотнести с проблемой бытия в широком смысле, с тем, что в философско-религиозных представлениях обозначается, как «ТО – бытие», «не – ЭТО – бытие», как Небо у Конфуция, то для философа она уже не кажется такой пугающей. В целом, попытки осмысления такого рода и даже проникновения в замысел Творца и соотнесения с ним собственных действий возможны и существуют: Бхагаватгита, комментарий к ней Анны Безант, теософия Блаватской (ее концепция о множественности рас человечества и их происхождении), учение Платона (об этнической и культурной взаимосвязи древнего Египта и древних греков), учение о ритуале Конфуция, Рерихи, индийские учителя, йога, – хотя, конечно, и к ним можно и нужно относиться достаточно критично. (Кстати, этика японских самураев, почитающих особо ритуалы смерти, похоже, как раз и означает признание бренности земного бытия и веру в существование «не – ЭТО – го – бытия»). В целом, возвращаясь к образу Левиафана у Гоббса, можно представить, что земля и ее стихии (вода, воздух, огонь), – все это основа телесности человека и Левиафана – Земли, где действует апейрон, формируя подсознание и человека-индивида, и социальных групп, и Левиафана (преисподняя духа, коллективное бессознательное, по Юнгу). Живая материя (в нашем восприятии) оказывается всего лишь некой пленкой на этой телесности. На ней в эволюции макромира сформирована «пленка социума и разума» человека и Левиафана. Т. е. достаточно продуктивным выглядит образ Земли, как персоны. Небесные тела тоже можно было бы рассматривать как персоны, существующие в социуме Вселенной по своим законам, также как и сами Вселенные в социуме мегагалактик (представление о них может быть близко к химическим структурным формулам). Об этом писали, как мы отмечали, Платон и Р. Штайнер.

С точки зрения гипотезы «иерархии миров и богов» сознательного замысла Демиурга по уничтожению Вселенной Земли в окончательном виде может и не быть (Бог играет), – Творец также не может не предвидеть периодическое циклическое неизбежное самоуничтожение и возрождение космоса. При этом, даже в этом последнем случае следует ли быть законченным циником и нигилистом? Похоже, надо предполагать все же какой-то возможный (хотя и в ограниченном смысле) позитивный образ действий человека и в этом случае, полагаясь на интуицию, религиозно – мистические представления, – «надеясь и веря» (Ясперс). Даже в скептицизме (как и в оптимизме) нельзя быть слишком самонадеянным. Следует помнить Сократа: «я знаю, что ничего не знаю».

Виктор: Таким образом, именно на этой основе представленного понимания целостного бытийного существования целесообразно и строить общество сравнительно самодостаточное, уравновешенное (гомеостаз), склонное к позитивному саморазвитию, – не к деградации.

Хотя бы не на бесконечном, но все же на довольно протяженном промежутке времени. Не следует, видимо, подталкивать мир своими руками к самоуничтожению. Что это значит? Как это возможно? Возможно ли? Прежде всего, надо вновь подчеркнуть, что главные разъединяющие и разрушающие моменты связаны, похоже, главным образом, с самой сущностью человека, с актуальной, постоянно меняющейся, подвижной структурой социальных форм, с относительно устойчивыми в течение определенного периода времени общественными образованиями типа классовой, этнической структуры, в соотнесении с вековечной кастовостью в некоторых случаях, различиями религии, – соответственно, с организацией власти в государстве, обществе. Можно ли снять эти разрушительные моменты практически? Для ответа на этот вопрос и необходим их дальнейший подробный анализ.

Рационалист: В целом, действительно, признание существования Бога, сотворившего наш земной мир, представляется неопровержимым. Тогда можно считать, что и нравственные принципы в нас (по крайней мере, некоторые из них) заложены Творцом. Но жизнь показывает, что эти принципы у каждого человека – разные. В чем тут дело? Помимо вышеперечисленных воздействий (либо даже в их рамках), возможно предположить творение людей на нашей Земле разными богами (объясняя, к примеру, происхождение различных рас и наличие различных религиозных конфессий). На каком-то этапе (зачатие, рождение, развитие человека и т. п.), возможно, происходит вновь Божественное вмешательство (в том числе иных богов, помимо основного Бога-творца), меняющее изначальную программу. И на основании данного анализа складывается впечатление, что каждый человек в нашем мире должен действовать, исходя из собственных этических установок. Строить в этом случае некую общую этику хотя и сложно, однако можно и нужно, но лишь, исходя из принципов осуществления человеческого общежития, на основе познанных законов, стремясь к расширению и углублению познания сферы их действия, что во многих случаях и делается сегодня, реализуясь, на основе естественно-научных взглядов, как то, что мы называем «этикой здравого смысла». Но научное знание должно быть безусловно дополнено знанием из иных разделов человеческого познания, в частности, включением, конечно, исходя из какого-то консенсуса, религиозных установок (что также реализуется сегодня, хотя и в рамках отдельных религиозных конфессий). Конечно, этот вывод можно считать достаточно тривиальным, но иного, пожалуй, и невозможно сделать пока на основании имеющегося знания (а, возможно, и вообще никогда). Будем идти этим путем, не исключая, и ожидая, в то же время, подсказки и коррекции из мира трансцендентного, надеясь и веря, как уже неоднократно было сказано.

Виктор: Итак, что же, в конечном счете, мы можем сказать относительно поиска оптимальных конкретных форм общественного и государственного устройства?

Глобалист: Сегодня некоторые авторы в современной России, и я, кстати, также, считают таковым демократическое устройство общества. Высказывается даже мнение: «Гражданское общество (или, другими словами, справедливо устроенное общество) и демократия – две стороны одной медали». Это – одна позиция. Но, с другой стороны, надо также честно признать, что существуют статистические данные, согласно которым более 40 % респондентов современной России считают демократию «вредной для государства». Возникает вопрос, почему? Проблема!

Феохарий: На мой взгляд, ответ, в какой-то степени, можно дать, анализируя роль Перикла в истории Греции: демократический строй (также, как и любой общественный строй, даже диктатура,) есть организация государства (кстати, согласно Гоббсу, государство и есть гражданское общество). Конституция при этом определяет пределы власти и демоса, и родовой аристократии, и вождя, – что обеспечивает терпимость во взаимоотношениях в общественной жизни людей различного социального положения. Причем, народовластие сочетается с повиновением лицам, облеченным властью в данное время. И демократия, когда проводится политика приоритета общественных интересов над личными, – это всего лишь возможность, которая может быть и не реализована полностью. Многое зависит от личности, стоящей во главе государства, – Периклу это удавалось, его преемникам – нет. Поэтому, добавлю, не следует допускать упрощенную трактовку демократии, желательно видеть ее различные возможные формы, взаимосвязь с иными формами государственного устройства, национальную специфику. Об этом толкует и Аристотель, к примеру, в своей «Политике». Таким образом, гражданское общество и демократия, – это не одно и то же и даже не две стороны одной медали. Данные ВЦИОМ именно это и подтверждают: кроме законов писанных, существуют законы неписанные, нарушение которых традиционно считается постыдным. Вот об этом некоторые наши руководители, видимо, и забывают часто, что рождает негативное отношение к демократии вообще, когда на заборах пишут созвучное «дерьмократия».

Глобалист: Да, согласен. Видимо, правы те, кто заявляет, что «не бывает чистой демократии». Похоже, главное в том, кто конкретно реализует тот или иной принцип государственного устройства. Если лидер интуитивно чувствует правильные ходы в политике (логически их невозможно просчитать, исходя из рассматриваемой модели социума), значит, его надо ценить и дорожить им (Перикл неоднократно переизбирался на высший пост). Хотя, конечно, существует и реальная опасность тирании.

Как ее избежать – это вопрос вопросов и связан он с той или иной трактовкой сущности человека, из которой всегда стремятся исходить при разработке любой, в том числе, идеальной модели социума. Вот и в России народ часто верит популярному лидеру. И примазавшиеся к власти подхалимы и карьеристы начинают сразу же ставить вопрос: нужно ли его переизбирать (выбирать нового лидера) в угоду формальным правилам (Конституции)? Пожалуй, все-таки, нужно выполнять основной закон, так как реально существует опасность свалиться в противном случае, как всегда это бывало, в тиранию. Свобода в общественных отношениях и диктат, – неизбежно возникающее диалектическое противоречие.

Рационалист: Да, действительно, справедливые вначале цари постепенно превращаются в тиранов.

Виктор: Можно ли (и как) избежать этого? Пожалуй, должен быть какой-то периодически применяемый тест на профпригодность, – ни от кого не зависящий, никому не подконтрольный и узаконенная процедура автоматического, может быть даже и силового, отстранения от власти при «отрицательном» результате. Только так и можно отстранить от власти человека, контролирующего эту власть и ее рычаги в данный момент и не желающего с ней расставаться. К этому вопросу мы еще неоднократно будем возвращаться позднее. И все-таки, какое государство все же строить, какую форму государственного устройства, политического режима предпочесть, – иерархия власти или безвластие, демократический выбор либо принцип «все люди братья»?

Феохарий: Иерархии силы и власти я отдаю предпочтение. Примеры подобного устроения мы усматриваем, прежде всего, в природе. В так называемой неживой природе сила, очевидно, побеждает силу: сила ветра, сила морских течений и приливов, землетрясения, цунами, температура, влажность, давление и т. п. В животном мире, в растительном царстве также побеждает сильнейший.

Глобалист: Но что означает этот термин – «сильнейший»?

Феохарий: Иной раз в живой природе действительно побеждает грубая физическая сила. Но существуют микробы и бактерии, побеждающие иных, мускульно более сильных. В природе действуют законы единства и борьбы противоположностей, закон меры (переход количества в качество и наоборот). Гармония реализуется, как единство противоречивого, борьба противоречий, как основа жизненности. В социуме все происходит так же, но все эти законы действуют и проявляются гораздо более сложным, гибким и уже более неявным образом. В человеке многое, если не все, решает уже сила ума, сила знания. Физиология важна, но и психология еще более значима (побеждает, в зависимости от обстоятельств, и добро, щедрость, правдивость, любовь, но, иной раз, и хитрость, вероломство, жестокость, жадность, лицемерие, ложь). Разгул демократии порождает диктатуру, деспотию. Гнет деспотии ведет к демократическим преобразованиям. И так происходит без конца. Сталкиваются различные потребности и чувства, инстинкты и общественные санкции. В религии, кстати, мы, в большой степени, находим иерархию власти (хотя, возможно, по убеждениям атеистов, что это всего лишь экстраполяция земного мироустройства). Хотя и здесь существуют различия: у католиков – больше деспотии, у православных, у протестантов – больше демократизма, хотя также в разной степени.