Чтение онлайн

Европа: Шеллинг;

7. Индия: Индуизм:

7.1. Культивация любви и самопожертвования Богу.

Европа: христианство;

7.2. Не подчинение Богу, а растворение в нем, единение с ним.

Европа: Плотин, исихазм;

8. Индия: Бхагаватгита:

8.1. Человек сам не является деятелем (во всем действует Бог, который не есть бог добра и любви, а стоит выше добра и зла в обычном человеческом смысле).

Европа: христианство – Ветхий Завет;

9. Индия: Рамануджа, Рамаяна, Рамананда:

9.1. Бог есть Добро, все люди братья.

Европа: христианство – Новый Завет;

9.2. Индия: Кабир, Нанак – его ученики, но они же и организаторы братства сикхов для борьбы с мусульманскими завоевателями (их ученик Баба Вирса Сингх похоже руководствуется Законами Ману, где брахманизм трактуется в применении к жизни общества, где насилие с благой целью не осуждается). Противоречие.

Европа: христианство после И. Христа;

10. Индия: Акбар Великий (16,17 вв), Кешаб Чандра Сен (19в), Бабу Вирса (20в) – попытки создания универсальной религии.

Европа: Н. Кузанский;

11. Индия: Деятельная любовь к людям: Сарасвати (любовь и справедливость), Вивекананда (помощь бедным и отверженным), махатма Ганди (продолжатель Будды в деятельностном аспекте).

Европа: Толстой Л. Н.;

12. Индия: Рабиндранат Тагор: синтез многих направлений индийской мысли.

Европа: Лейбниц, Шеллинг (синтез многих направлений мировой мысли);

11. Следует, на мой взгляд, также выделить ряд идей сугубо индийских, считая, что более внимательное и подробное ознакомление с ними Запада несомненно обогатит его культуру:

1. Брахманизм, Упанишады:

1.1. Достижение сверхъестественной способности обладания сверхъестественной Силой (даже богов заставлять служить себе);

2. Cанкхья:

2.1. Онтологическая идея раздельного существования материи и духовной субстанции, их взаимосвязи на уровне индивидов и вещей с образованием Вселенной и последующий распад – гибель Вселенной, как победа добра и света над злом и мраком (борьба гун). Бог Демиург и мир, им созданный, после каждого цикла возвращается во Всемирную душу;

2.2. Брахман – Бог есть результат божественной игры, которую Вседуша разыгрывает для самой себя. В дальнейшем этот бог создает вселенную и мир;

2.3. Развернутые идеи реинкарнации (перерождается система: эфирное тело + нематериальная духовная сущность);

2.4. Реинкарнация, как механизм этической регуляции деятельности человека;

2.5. Идея кармы, – эфирное тело, как ее носитель;

3. Джайнизм: главная заповедь – регуляция реинкарнации через очищение души посредством незапятнанности миром (ахимса – не причинение вреда живым существам и т. п.);

4. Буддизм (хинаяна):

4.1. Вся жизнь есть страдание, – иллюзии радости (как результат наличия бессмысленной воли к жизни), – необходимость убить волю к жизни, прекратить саму жизнь, достигая состояния нирваны;

4.2. Этика пассивного сострадания через сопереживание, отрицание деятельной помощи (ибо таким образом возрождается причина всех страданий – воля к жизни);

5. Буддизм (махаяна): учение шуньята – все есть ничто;

Рационалист: Сделаем выводы:

1. И западная и индийская философская мысль пока малознакомы. Индийцы недостаточно знакомы с западной мыслью, где существуют мистические учения того же значения и рода, как и в Индии. Европейцы мало знакомы с современными исследованиями и разработками индийской философской мысли. Необходимо продолжать работу по их сближению и совершенствованию. Предполагается более глубокое изучение соответствующих учений Востока и Запада с очищением от наслоений времени и выделением ядра «живого знания», синтезом этого знания, формированием более адекватной картины мира и человека в нем, в которой на философской основе будут сплетены научные знания, религиозно-мифологические верования и мистический опыт человечества.

2. Мистика оказывается идеальным мировоззрением, провозглашая духовное единство человека с бесконечным бытием, реализуя главную идею: все бытие есть жизнь. При этом необходимо существует идея Бога-Демиурга, создающего сенсорный мир и этические основы жизни в этом мире. Но, возможно, следует смотреть еще шире: и смерть можно трактовать, как оборотную сторону жизни – некая антижизнь. Возможно и необходимо предположение существования миров за пределами наших пространственно-временных представлений (т. е. обычных представлений о жизни и смерти), – в Европе, например, «Ареопагитики, Псевдодионисий (божественная тьма)».

3. Опыт Индии особо значим для России (на этом настаивает Н. Рерих). Соответственно, именно русская культура, похоже, может выступить в качестве третьей, решающей стороны необходимого и реально идущего синтеза культур Востока и Запада.

4. Восток для России слишком общее понятие. Помимо культуры Индии целесообразно изучение и синтез культур Китая, Японии, древнего Египта, Персии, Ближнего Востока и Междуречья.

Синтетист: Выскажу свое мнение еще по одному важному, на мой взгляд, вопросу. Сегодня вся этика строится на основе признания наличия в человеке неискоренимого страха перед физическими страданиями и, в особенности, перед физической смертью. На этом страхе зиждется и светская мораль, и религиозные моральные установки (даже при описании загробного существования используются те же самые «страшилки», – к примеру, описание ада у Данте). Но важно подчеркнуть, что вся эта этика земной жизни радикально преобразуется, когда в качестве главной принимается установка веры в бессмертие души, в продолжение ее существования после физической смерти тела, когда уже оказывается невозможным убедительно воздействовать на людей, применяя пытки, запугивая физическими страданиями. Если уж и говорить о возможности использовании чувства страха в воздействии на человека, то следует это делать в какой то иной форме, – связывая это со страданиями души, – может быть через новый образ ее жизни в ее реинкарнации. Именно такие установки веры всегда оказывались чрезвычайно действенными у приверженцев любых религий, отдававших и отдающих жизнь за веру (к примеру, мученики и святые в христианстве). Возможно они же движут сегодня шахидами – смертниками у мусульман.

Кстати, отсутствие страха физической смерти только и может позволить принять в качестве основополагающей для нашей земной жизни этику Нагорной проповеди Иисуса Христа. Это радикально иная (нежели все иные существующие) этика, предполагающая, как известно, жизнь в соответствии с идеалами всепрощения и всеохватывающего добра. Однако, сегодня, как кажется, даже христиане различных направлений не исповедуют эту этику. Возникает вопрос, – почему этика Нагорной проповеди не находит всеобщего применения в нашей жизни? Ответ может быть таким, по моему мнению: заповеди Нагорной проповеди противоречат самой земной жизни человека, – они как бы обесценивают ее. Но нельзя забывать, что сама эта жизнь создана Богом и есть некая тайна, не позволяющая ее обесценивать. Именно поэтому большинство религий отвергает самоубийство человека. В то же время убийство человека человеком при определенных обстоятельствах допускается, в рамках законов, установленных обществом. В частности, с позиций «противления злу», – часто действует закон «жизнь за жизнь, око за око» (декалог Моисея), что в большей степени, как кажется, соответствует устроению земной жизни. Итак, вновь проблема! При этом все же хочется надеяться и на расширение сферы действия этики Нагорной проповеди, как, возможно, наиболее гуманистичной, когда ширится аура добра, захватывая в свою орбиту, без ущерба для существования самой жизни (будем верить), все большее число людей. Конечно, такой вывод можно принять, лишь исходя из признания идеалов Добра, как безусловно необходимых для нашей сотворенной и устроенной нашим Богом – творцом Вселенной. Но как это не вяжется с утверждениями Гераклита, Канта, Гегеля, Ницше, трактующих противоречивость и борьбу, как необходимое условие развития самой жизни, как это не вяжется с самой жизнью. И в качестве логического выхода, можно предположить, что и этика Нагорной проповеди, а главное, жизнь построенная на ее принципах (даже если и предположить возможность ее практической реализации), – тоже всего лишь отдельный этап (является ли он обязательным?) в бесконечном развитии «апейрона».

Виктор: Итак, мы видим, что в течение сотен и тысяч лет человек в лице его лучших интеллектуальных представителей ищет ответы на вопрос о смысле человеческой жизни. Как видим, в этих исследованиях, в частности, в этике (также как в любой отрасли философии), круг постоянно замыкается, – «змея познания кусает свой хвост». За науку «зацепиться» серьезно не удается, – этическая мысль человека «сваливается» постоянно либо к Богу, либо фиксируется ситуация абсурда. А. Камю – представитель французского экзистенциализма, воспринимаемый массовым сознанием в качестве носителя трагической идеи именно об абсурдности человеческого существования: «Жить – значит пробуждать абсурд». И тем самым утверждается бессмысленность каких-либо этических исследований. В качестве возможного выхода из этой ситуации абсурда анализируются, но и отбрасываются, как основные акции, самоубийство и бунт.