Камбоджа
Шрифт:
Всему своё время.
Да, именно так я и закончу свою речь: "Всему своё время". Это мудро звучит. А ОНИ ВСЕ - живые и вечно живые - захлопают и улыбнутся до ушей, и мы будем счастливы, мы будем вечны. Только я никогда не скажу эту речь. И мы, молодые, никогда не потопаем продавать себя - чтобы купить других!
– потому что сегодня всё закончится.
Дальше - ВЕЧНОСТЬ. Или пустота. Или Бог. А впрочем, какая разница?
– Молодой человек, вы не подскажите который час?
– рядом со мной тётенька бомжеватого телосложения. Пиво пьёт. Трофейное.
– А то все суетятся, спешат куда-то. Вы случаем не в курсе? Революция, да? Ленин и броневик?
– Шо-то вроде того.
– Дядя, бутылочку оставите?
– маленький мальчик сквозь бельмо враждебно поглядывает на тётеньку.
И правильно делает, ибо она принимает стойку "Бобик, куси дядю за попу!"
– Мальчик, ты здесь пролетаешь, как белый лебедь!
– произнесено с гайморитным прононсом и настолько высокопарно, что меня сгибает от хохота.
Я иду от магазина к магазину, от ларька к ларьку.
Я чувствую приближение асфальтной болезни...
Интересно вот так лежать на льду и смотреть в небо, и думать о том, что скоро Новый Год. Я удачно упал: ни руки, ни ноги теперь не шевелятся - значит, спешить не надо. Круто: ёбнуться на спину и при этом расшибить себе лоб - до крови.
Не видно ни одной звезды.
Мистер Воннегут в этом месте написал бы "Такие дела". А я что лучше? Поэтому: такие дела.
Становится как-то не по себе, когда не тают снежинки на лице.
От автора
В тексте без злого умысла использованы цитаты из творчества Иоана Богослова, Николая Гумилёва, папы Урбана Второго, товарищей Ильфа и Петрова, коллективов "Чайф", "Nautilus Pompilius", "Гражданская оборона", "Алиса", "Ленинград", "Кино", "Разные Люди" и многих других.