Чтение онлайн

– Вы про помоложе да покрасивее? Я не обиделась, слышала уже об этом... Кто ее Иван?

– Шофер больничный. За него она и трясется. Соперница новая объявилась.

– Здесь познакомились?

– С собой привела. Темный мужик: что у него в прошлом было, никто не знает. Она, однако, за него держится... Та еще парочка. Ведут себя на людях как любовники.

– Ухаживают друг за другом?

– Скрывают свои отношения, будто о них не знает никто! Будто связи своей стесняются... "Ухаживают!.." Скажешь тоже. Доктор и шофер - это когда такие пары были? А сейчас все возможно.

– Любовь, значит. Чем шофер хуже доктора?

– Не говори глупостей. И не будь наивной... Не знаю, как насчет любви, а выгода от такого сожительства прямая. Он хоть и больничный шофер, а гоняет машину почем зря, и главный с ним справиться не может, потому что эта профоргша заодно с ним. Ладно, о них еще думать... Придешь, значит, на свиданку?

– Приду. На Вторую Советскую.

– Сама-то на какой живешь?

– На Третьей Интернациональной. Названия у вас звучные.

– Да тут, как ни назови, все едино. Сильный на слабом сидит и слабого погоняет... Все, кончен бал, пойду к Марье Федоровне: пусть тесто ставит, пироги раскатывает. С чем ты их любишь?

– Что будет, то и полюблю. Я, Иван Герасимыч, женщина простая, непривередливая.

– Да уж! "Я женщина простая, свое наверстаю!" Знаем мы таких! Тебе палец в рот не клади.

– Переоцениваете вы меня. Приписываете достоинства, которых нет у меня. Но все равно -приятно.

– Значит, умею еще. Я ведь тоже - кавалер был в свое время не из последних... Приходи, словом. Все веселей, чем торчать дома...

4

Рубленый дом-пятистенка благодаря террасе, выстроенной в пору расцвета врачебной деятельности Ивана Герасимыча, походил более на дачу городского жителя, чем на избу крестьянина. Сходство поддерживалось беседкой, стоявшей перед крыльцом и повторявшей его общие очертания, круглой клумбой, засаженной садовыми незабудками и анютиными глазками, с тремя почерневшими скамьями по периметру и скромной, но нездешней ухоженностью сада. Сам хозяин, долговязый и облаченный в самые что ни есть деревенские портки и рубаху, стоял широко расставив ноги, как на ходулях, между грядками и сосредоточенно их разглядывал.

– Ты?- удивился он, когда Ирина Сергеевна появилась в проеме калитки: будто не ждал ее.- А я ищу для тебя что-нибудь. Недавно еще всего завались было. А сейчас нет ничего.

– И не было, зачем врать?- высунулась из террасы его супруга Марья Федоровна, разглядывая оттуда новую гостью: она была, как водится, иного мнения, чем муж.- Кочанный салат, которым ты так гордишься? Так он не уродился в этом году, да и в прошлом был так себе. Но салат хороший,- выйдя из дома, заверила она гостью, продолжая украдкой ее рассматривать.- Если заинтересуетесь, дадим весной рассаду: она у меня к этому времени в ящиках подходит.

– Клубника, может, где затерялась,- стоял на своем Иван Герасимыч.- Не вижу сослепу... У нас сорт клубники есть - до октября родит. Ей-богу! Сам бы не поверил, если б сказали.

– Клубника найдется...- И Марья Федоровна тоже наклонилась над грядкой, уже взрыхленной и подверстанной к зиме.- Мы ее в покое оставили. Родит мало, а по пустякам наклоняться не хочется... Были бы дети с внуками, может, и нагибалась бы, а для себя...- и не договорив очевидного, подала Ирине Сергеевне с десяток зеленовато-белых ягод, которые успела накопить в горсти:- Попробуй - скажешь, на что похожа.

– На малину и клубнику разом.

– А еще на фейхоа,- подсказал всеведущий хирург.- Есть такой фрукт грузинский.

– Можно и с ним сравнить,- согласилась Марья Федоровна.- Или с ней. Не знаю, как этот фрукт неприличный склоняется... Погоди. Обмою сейчас. Врачи все-таки...- И, отобрав ягоды, помыла их под садовым умывальником и подала снова.- Так вот ты, значит, какая. Хорошо, что привел он тебя. По отзывам, ты не так выглядишь.

– Говорят уже?

– А о ком тут молчат? Погоди, что это я о тебе на рынке слышала?.. Не то тебя главный врач на машине катал, не то ты с парнем молодым с улицы в степь подалась. Шли, шли и вбок свернули,- и поглядела с женским любопытством.

Ирина Сергеевна не стала отпираться:

– Все верно говорят. До дома главный врач подвез, а в степи ваш учитель, Кузьма Андреич, каменную бабу показывал, главную вашу достопримечательность.

– И все в один день?

– В один.

– Поэтому и гудят. Если б в два хоть.

– Чепуха все,- неодобрительно вмешался хирург.- Учитель виноват. Нашел куда девушку пригласить, компрометировать ее. Нет чтоб на танцы какие-нибудь. Или у речки посидеть, под деревом. Все б чин чинарем было.

– Может, у него другие интересы, чем у тебя? Может, ему у речки сидеть не хочется?

– Да, не хочется! И хочется и колется! Не люблю я его.

– А чем он тебе не нравится? Курчавый юноша. Волосы в разные стороны растут?

– Волосы - бог с ними, а вот то, что ноги у него в разные стороны идут, это хуже. Ходит враскорячку, будто кур топчет. Плоскостопие у него, что ли?

– Тебя послушать, так только ты здесь один кавалер достойный, всех остальных в расход списать надо... И не за это ты его не любишь. А за то, что с начальницей своей спит.

– И это верно. Не люблю в России начальства.

– А где оно хорошее?

– Не знаю. Я в других странах не жил - что видел, за то и отвечаю. И что мне начальство любить? Ему от меня работа была нужна? Так я и работал как проклятый.

Марья Федоровна не раз уже все это слышала.

– Вот без квартиры и остался,- и объяснила Ирине Сергеевне:- Поленился, когда квартиры давали, похлопотать, пойти куда надо с заявлением, и остались с носом: квартира мимо нас проехала - живем, как встарь, без водопровода и центрального отопления. Про канализацию не говорю уже, привыкли: лучше даже, когда это все на расстоянии.

Иван Герасимыч насупился. Хотя история и ушла в прошлое, но злободневности своей не утратила и продолжала вызывать споры между супругами.

– Я ж заявление написал, передал - что суетиться? Сами должны были прийти.

– Ключи тебе на блюдечке поднести! Кто у нас кому что должен? Может, тебе нравится тут? А заявление ты так написал, для компании? Да из вредности?

– А мне здесь и нравится.

– А мне каково воду таскать и зимой печку топить? Могли б и квартиру взять и дом себе оставить.

– Это уж дудки! Я не секретарь райкома.

– Медведев же так сделал?

– Так он со своей супругой для этого развелся. А как жили вместе, так и живут... Давай соорудим развод фиктивный - может, дадут еще квартирку, холостяку? Я тут как раз заведующей загсом чирей вскрыл. Будешь разводиться?

– Чтоб мне потом каждый встречный глаза колол? Об этом Медведеве с тех пор только это и говорят. Пять лет прошло, а все удивляются.

– Зато у них квартира с дачей... Не хочешь, так помалкивай. И давай Ирину Сергевну пирогами кормить. А то ты, с байками своими, заморила ее совсем: с утра, небось, не емши. Да и я оголодал, живот к спине прилипает...