Чтение онлайн

Но в любом случае, все слушатели были в восторге от идиоматических высказываний, афоризмов и неологизмов Генерала, а некоторые даже тщательно конспектировали его речь.

Мой лучший друг и эдакая сволочь капитан Т.Т. Трезоров расположился прямо напротив трибуны, с которой выступал Генерал, и глазами поедал нашего командира, естественно, делая вид, что напрочь увлечен его мыслями и высказываниями. Генералу же нравилось внимание подчиненных ему офицеров, а от собачьего капитана он не отводил глаз. В заключение речи Генерал разрешил всем членам делегации быть в парадной форме на фуршете. Все слушатели, которые одновременно являлись членами делегации, встали и бурными аплодисментами приветствовали окончание выступления командира. Хлопали и радовались мы с Белояром в основном потому, что выступление командира наконец-то завершилось и что нам разрешили надеть парадную форму, которая отлично шла нам и сидела и была, словно влитая на нас.

Прием проводился в помещении офицерского собрания базы.

Натянув черную парадную форму с серебряными позументами и майорскими звездами на левом плече, мы с Белояром более часа провертелись перед зеркалом, внимательно разглядывая себя и внося отдельные коррективы в свой мундир. После этого нам было абсолютно нечем заняться, до приема оставалось еще три часа и было бы глупостью, чтобы провести время, валяться на кровати в только что отглаженной форме. Также было бы глупостью сидеть в четырех стенах особняка, когда такая красивая форма отлично сидит на тебе?! Поэтому мы решили прогуляться по базе и познакомиться с местом проведения мероприятия, да и самим показать себя.

Я всегда чувствовал себя более раскрепощенным в больших помещениях, ну, знаете, такие помещения, которые без конца и края в ширину, длину и высоту. Поэтому офицерское собрание базы мне очень понравилось. Одна из стен офицерского собрания использовалась в качестве многоярусной полки бара, заставленной бутылками с напитками всех стран и народов. А другая половина этого же помещения использовалась в качестве казино — настоящее царство "одноруких бандитов" и азартных игр, с рулеткой, карточными столиками и прочими приспособлениями по изыманию солдатских и офицерских денег.

Когда мы объявились в офицерском собрании, в помещении было еще мало народу и никого, кроме нас с Белояром, не было в форме военнослужащих. На эти мелочи мы не обращали внимания и вначале с интересом наблюдали за подготовкой к приему, которая шла полным ходом — по залу расстанавливались столики, которые тут же накрывались белыми скатертями и сервировались посудой и столовыми приборами. Это было ново, но не особенно интересно. Поэтому, когда дух противоречия и любопытства потянул нас в сторону казино, то мы особенно не противились желаниям этого духа. Едва перешагнув порог, как мы тут же столкнулись с красивой и полуодетой девушкой, которая предложила попробовать красного вина, причем совершенно бесплатно. Всего пару часов назад Генерал простым и полуматерным языком разъяснял об опасностях, подстерегающих нас за каждым углом, тупо вбивая в головы, что бесплатной выпивки не бывает, правда, как говорил он, бесплатным бывает сыр, но это уже отдельный разговор. Уставившись на прелести девчонки, так и рвущиеся на свободу, мы вежливо, но решительно, как полагается офицерам, отказались от бесплатного соблазна и вихрем понеслись дальше по помещению. Девчонка успела только презрительно фыркнуть нам вслед.

До восьми вечера время пролетело незаметно, впервые мы были предоставлены самим себе и нас никто не опекал, не подгонял и не советовал, что нужно делать.

Наступило время, когда помещение стало заполняться людьми. Я уже говорил, что эти люди, которые в рабочее время носили форму военнослужащих, на фуршет приходили в цивильной одежде — в костюмах, но в зале мелькало немало людей и в джинсе. Наших членов делегации пока еще не было в зале, правда, пару раз вдали мелькал подозрительно знакомый собачий хвост.

ххх

В восемь вечера заполнился людьми, но нашей делегации все еще пока не было.

Когда куранты начали отпевать восемь часов, в зале послышалась ровная и четкая поступь шагов, которая, приближаясь, стала заглушать все посторонние звуки в зале. Люди стали расходиться по сторонам, образуя в центре свободный коридор для прохода. Мы с Белояром приняли вправо, когда увидели черную стройную колонну по два человека в ряд, четко марширующую по этому свободному коридору. Колонна состояла из офицеров, одетых в изумительное по красоте и фасону черное обмундирование. Черные полусапоги блестели от лака, которые идеально ровными рядами поднимались вверх и, синхронно падая вниз, всей подошвой и каблуком звонко впечатывались в паркет зала. Колонна была маленькой — всего десять офицеров, не больше, но они так слаженно и вдохновенно маршировании, что производили ошеломляющий впечатление на зрителей, которые громким свистом и улюлюканьем горячо и восторженно приветствовали их. Колонна во главе с генералом целеустремленно продвигалась к трибуне, установленной в правой половине зала.

Колонну возглавлял наш Генерал, который, где надо, срезал острый угол и обходил препятствие на ее пути. Достигнув трибуны, колонна, на счет два-раз, четко развернулась и, через левое плечо, перестроилась в одну шеренгу. Прозвучала команда "вольно", наши офицеры, глубоко вдохнув, слегка расслабились и поставили ноги точно на ширину плеч, сняли фуражки с голов и, взяв их левой рукой за околыши, чтобы держать на полусогнутом локте. Все перестроения и воинские артикулы нашими офицерами совершались четко и отработанно, словно работал отлично отлаженный механизм швейцарских часов.

Я и Белояр вместе со зрителями просто упивалась этой постановкой воинского театра, нам нравилась картина действий отлично вымуштрованных военных и в глубине души нам захотелось превратиться в винтики этого слаженного механизма. Незаметно для окружающих мы присоединились к своим.

Первым на трибуну поднялся их генерал, который единственный из всех в зале был в зеленом мундире с одной большой звездой на погонах и который в нескольких рубленых словах поприветствовал нашего Генерала и делегацию. В заключение спича он выразил глубокое сожаление, что такие отличные парни покидают его базу.

Самым удивительным в его появлении было то, что лицо этого однозвездного генерала чем-то мне напомнило лицо папы девушки в зеленом мундире — однажды вечером Белояр, в полном секрете от капитана Т.Т. Трезорова, продемонстрировал мне фотографии родителей своей возлюбленной. На фотографии папы мне хорошо запомнился шрам на правой стороне лица, — так вот, аналогичный шрам проглядывался на лице и этого генерала.

Вслед за ним, разумеется, трибуну занял наш Генерал, но уже с двумя звездами на погонах. Наш оратор тоже был очень лаконичным, — всего за пятнадцать минут он сумел рассказать слушателям о концепции мирного сосуществования, но пока еще не успел затронуть вопрос, а кому нужна эта концепция, какие именно государства должны мирно сосуществовать. На двадцатой минуте люди в цивильном, немного устав от долгого стояния, начали невежливо расползаться по залу в поисках выпивки и приключений. Через пять минут перед трибуной нашего Генерала оставались только люди в черных мундирах с одним погоном на левом плече, которые стоически продолжали слушать и даже конспектировать выступление.

Но и до нашего Генерала, в конце концов, дошло, что пора закругляться, так как в этот момент с высоты трибуны он заметил, что, к заранее облюбованному им столику со слоновыми креветками, начала подкрадываться большая группа неприятеля с очень нездоровыми намерениями. Не видя иного пути предотвратить катастрофу, Генерал тут поставил точку в своем выступлении и прямо с трибуны вместе с группой все еще верных офицеров ринулся к облюбованному столику с креветками. По дороге он успел бросить нам пару обидных слов о том, что свои не должны бросать своих, а сам уже пытался запихнуть в рот одновременно две большие слоновые креветки.

Исчезновение Генерала с трибуны публикой в зале был расценен, как приказ вышестоящего начальства о раскрутке полного веселья. Все кругом закружилось и завертелось в звуках музыки. Зал в момент до краев наполнился шумом и гамом голосов, звона бокалов и стука посуды. Пиво и вино полились рекой, коктейли смешивались в секунду, а выпивались еще быстрей. Люди перемешались расами и мундиры сильно разбавились цивильным платьем. Они небольшими, но хорошо организованными и сплоченными партиями и группами совершали наскоки на закуски и сэндвичи, обильно орошая их горячительными напитками.