Чтение онлайн

Серьезный такой, важный, настойчивый и горячий. Я откашливаюсь и тихо усмехаюсь. Хочется его развеселить. Добрый прокурор мне нравится больше, чем недовольный.

Ставлю указательный палец у основания шеи и веду вдоль позвоночника.

— Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы… — провожу с легким нажимом линии поперек. — Ехал поезд запоздалый…

— Саш….

Поджимаю губы, смеясь про себя, но это сложно. Тело дергается от разрядов, зарождающихся в районе диафрагмы.

— Саш!

Вздыхаю и немного успокаиваюсь.

— А что ты хотел бесплатно?

Юра приподнимается на локте и оборачивается.

— Вообще-то это в счет долга, если ты забыла.

Точно. Да. Я уже и забыла.

— Я тогда продолжу?

— Продолжай.

Юра ложится снова на живот, обнимая мою подушку.

Кладу пальцы на шею и начинаю водить по массажным линиям. На курсы массажа пошла, когда только начинала работать. Устроилась санитаркой, денег не хватало. Массаж здорово тогда выручил. Сейчас делаю это редко, только своим. Но навык, как говорится, не пропьешь.

— Ты напряжен, расслабься. — Усиливаю нажатие, но идет тяжело.

— Я расслаблен.

— Нет, у тебя все тут зажато. Конечно, оно будет болеть.

— Тебе кажется.

— Толку не будет от такого массажа. Подожди. — Включаю на плейере медитативную, спокойную музыку. — Ты же ходишь на тренировки, чувствуешь мышцы?

— Да.

— И тут чувствуй, только не напрягай, а расслабляй.

Когда прохожусь по линии лопаток, неприятно стонет. Возвращаюсь и проделываю тоже самое. Он сжимает это место, хотя я давлю совсем слабо.

— Тут болит?

— Да. И отдает в шею.

— У тебя тут какая-то травма.

— Трещина.

— Давно?

— Лет пять назад

— Постоянно болит?

— Когда долго в одном положении сижу, ноет.

— У тебя кожа, как спаяна с тканями. Ригидная, неотзывчивая. За один раз тут точно не поможешь. Тебе надо походить на курс массажа.

— Найдешь окошко для меня?

— Нет, во-первых я не делаю такое бесплатно на постоянной основе, во вторых, у меня нет соответствующей лицензии на такие услуги. Поэтому это не законно, а ты прокурор, который может завести на меня дело за это.

— А если мы никому не скажем?

— Кто-то хочет нарушить закон?

— Хм, — откашливается, — я проверял тебя. А если через клинику?

— Пожалуйста, там много отличных специалистов,

— Может, я хочу к одному определенному специалисту.

— Ничем не могу помочь. Я там медсестра, а не массажист. Никто не будет мне за это платить.

— Я понял.

Коротко, резко, недовольно. Может, я погорячилась. Ручка та стоит, как сто массажей. А я выменяла на один.

Повисает тишина. Понимаю, что неправа, но это мне нужно, чтобы он от меня зависел и смягчился.

Когда замолкает прокурор, расслабляется и Ахиллес. Ложится рядом и смотрит на нас. Следит, за каждым моим шагом. Или караулит, чтобы мы снова не поцеловались.

Продолжаю массировать шейную зону.

Вроде “пациент” начал расслабляться.

Молча все делаю, чтобы Юра не отвлекался на меня. Потом поговорим о курсе массажа. Мне надо подумать.

Прохожусь у основания волос. Кот прикрывает глаза и равномерно дышит. У нас прям семейная идиллия.

— Я все, — произношу спокойным голосом, но Юра не реагирует. Наклоняюсь и смотрю на расслабленное лицо. Глаза прикрыты, дышит равномерно, как будто спит.

— Юра? — шепотом зову, — Юр, ты что, спишь?

Молчит.

И что с ним теперь делать? Что с ними теперь делать? Заняли мою постель и дрыхнут.

Команд и указаний, что делать, если он уснет, у меня нет. Он такой расслабленный сейчас, спокойный. Как будто давно уже не отдыхал так. Вроде должен быть начеку всегда, а тут просто доверился и уснул. Даже жалко нарушать сон. Работа адская, должность не подарок, атмосфера напряженная.

Разбужу, так ехать придется в ночь домой. Сон перебьет. Завтра злой и невыспавшийся будет. Пусть отдыхает уже. Может, сговорчивей и добрее станет.

Не буду нарушать их мужскую идиллию и постелю себе на диване. Невольно любуюсь, глядя на них. Юра как раз мечтал с котом провести ночь.

Достаю из комода свой телефон. Прокурорский рядом лежит. Включить, залезть в него — пустяковое дело. Даже махинаций с отпечатками пальцев не надо проводить. Они все у меня в наличии.

Но не мой вариант.

Еще раз заглядываю в комнату. Ахилл, свернувшись, спит рядом с Юрой. Они, конечно, не равнодушны друг к другу, но надеюсь эта ночь многое изменит в их отношениях.

Усмехаюсь и делаю снимок на память. Накрываю Юру пледом и выключаю свет. Бесшумно иду в душ, потом ложусь спать.

Ахилл. Кошачья философия

Я не понял. Этот кожаный, что ли, на вязку с моей Санечкой приехал? Она, конечно, хороша, но для тебя слишком, прокурорская ты тушка.

Она же тебя сухарем считает. Жестким и эгоистичным. Наследственность у потомства будет такая себе.

Че? Может, душит ее? Навалился-то как. Заглядываю с другой стороны. Сани и не слышно. Ойййй! Она шутила, конечно, что сдаст меня. Но если останусь один, никто так, как она, любить не будет.

Рассматриваю их в темноте. Cаня стонет. Никак точно решил придушить и занять площадь. Отталкиваюсь от матраса и запрыгиваю на спину прокурору. Хочу глянуть, как там Санюшка.

Прокурор замирает и просит меня снять.

Свет. Занавес поднят. Я снова все контролирую. Хозяйку от удушения спас.

Лежу рядом. Наблюдаю за ним. Чтобы не смел больше девочку мою обижать. Вот, когда Санюшка мне скажет наедине, что любит его, тогда и перестану преследовать.

А то ишь, развалился, как барин. Тут у меня только такие привилегии есть. Он никто так-то.

Массаж он ждет от нее. Тайский моя Богиня будет делать только за большую денежку или мужу. Поэтому тебе, Кожаный Прокурор, светят только: «Рельсы — рельсы, шпалы — шпалы…»

— Привет, — слышу за спиной хрипловатый, заспанный голос и оборачиваюсь.

— Доброе утро. — Разворачиваюсь и продолжаю взбить яйца для омлета. — Выспался?

— Извини. Я уснул, да?

— Да, с моим котом, на моей кровати. Мне пришлось искать себе другое место.