Капкан на прокурора
Шрифт:
Провожу пальцем по царапине и отметине, оставленной зубами кота-оборотня. Как будто специально поцарапал блокнот и скинул его именно тогда, когда я целовал Сашу. Но должен признать, что он поступил грамотно. Все могло зайти дальше, чем следовало бы.
С царапиной, при желании, можно было бы что-то сделать, но уже все равно конец года. Через пару дней, надо будет заказать новый ежедневник, если никто не подарит на Новый год. Пусть теперь этот останется, как напоминание о коте с именем древнегреческого полубога.
На дне рабочего портфеля нащупываю пакет, который Саша поспешно впихнула, перед тем, как сбежать. Достаю его и следом запускаю туда руку, нащупывая ручку.
Я держал этот предмет целый год, знаю, как он ощущается. Поэтому, еще не достав, понимаю, либо это не та ручка, либо с ней что-то произошло. Она не гладкая, не идеальная, но при этом как будто моя.
Выдыхаю, успокаиваясь, перед тем как взглянуть на нее.
Волна неконтролируемых эмоций зарождается под ребрами. Давит на сердце и легкие. Стягивает живот и передергивает плечи.
Бросаю ручку на стол. Моя. Только уже не идеальная.
Не гладкая, неровная, испорченная, как будто специально, небрежными царапинами. Знакомый почерк.
Это такой ответ на мое предложение “дружить”? На то, что прикрыл ее перед начальником? На то, что помог разобраться со стиралкой? Блядь.
Я беру телефон и набираю Александру. Не люблю откладывать на потом решение важных дел. Звоню дважды, ни на один она не отвечает. Естественно. Делай людям добро, получишь его в таком же объеме, только с минусом.
Убираю ручку в стол. Мне надо успокоиться, придумать, как можно все исправить. Все эти мелочи, царапины очень раздражают и отвлекают. Не дают сосредоточиться и постоянно напоминают о своем несовершенстве. Ежедневник убираю туда же, к ручке.
Погружаюсь в работу на целый день, выныриваю только вечером. Елисеева так и не объявилась. И, наверное, для нее это лучше. Весь гнев спустил на суде, выигрывая у защиты три сложных дела. Убийство, две кражи. Один вор со стажем, второй — молодой парень. Воровал, чтобы прокормить себя и младшего брата. Жалко ли ребят? Нет. В городе есть куча мест, где можно найти подработку. Есть социальные приюты, если ты хочешь, тебе помогут. Но будь добр, в ответ тоже приложи усилия. Воровство — это никогда не выход. Он растил такого же халявщика, который вместо того, чтобы учиться и найти достойную работу, будет искать легкий заработок в виде воровства. Хочется верить, что там, куда попадет младший брат, его направят на истинный путь.
Хорошо, что Саша не ответила, я бы наговорил, она бы записала. Потом это можно использовать грамотно в суде. С ней только неожиданно и по моим правилам, чтобы не успела ничего предпринять.
Я переодеваюсь в джинсы и толстовку, в которой сегодня приехал. В тренажерный зал как-то неуместно в костюме.
— Юра, пока, — снова пересекаемся с Леной на выходе.
— Хорошего вечера, — придерживаю ей дверь.
— Ты такой необычный не в костюме.
— Это хорошо или плохо? — Выхожу следом на улицу и накидываю капюшон, чтобы прикрыться от метели.
— Просто необычный. Разный. Непредсказуемый, — заглядывает в глаза и стягивает на шее шарф, прячась ветра.
— Я понял, скорее это плюс.
Мы направляемся в одну сторону. Парковка за зданием, остановка, чуть дальше, на дороге. Может, она бы и хотела напроситься со мной, но я отвлекаюсь на звонок мобильного.
Уж подумал, что у кого-то совесть проснулась, но нет. Это Егор.
— Да, — тут же отвечаю.
— Привет, тебя ждать сегодня, погода капец?
— Да, я выезжаю с работы. Учитывая пробки, думаю, через полчаса буду.
— Отлично, я уже тут. Тогда жду тебя, как раз все соберутся.
— Кто еще будет?
— Вал, Ромыч и Варька.
— Ты решил провести мальчишник в тренажерке?
— Необычно же.
— Необычно, — усмехаюсь в ответ.
— Ты в прокуратуре проведешь, — шутит Егор в ответ. Это вряд ли. Я и свадьба, как обвинение и защита. Никогда не найдут компромисса.
— Скоро буду. — Отключаюсь.
— А в какой ты ходишь тренажерный зал? — Лена успевает поддержать разговор, пока мы не разошлись каждый своей дорогой.
— Атлетикс Джим.
— М-м-м… Я слышала, он недавно открылся, да?
— Да, это моего друга зал.
— У-у, надо будет тоже тогда записаться. Я недалеко от него живу, кстати, может, подвезешь до зала? Мне там будет ближе до дома, чем отсюда с двумя пересадками? — Подловила-таки меня. — Но если другие планы и надо еще кого-то забрать, то я тогда лучше сама. Не хочу отвлекать. Ой, — девушка поскальзывается на бордюре, но я успеваю подхватить.
— Поехали, если устроит до зала. Не будем создавать дополнительную работу врачам.
— Спасибо большое, — искренне улыбается.
Она берет меня под локоть, чтобы снова не упасть. Направляемся к моей машине.
Придерживаю ей дверь, помогаю сесть. Сам обхожу машину и занимаю водительское сидение.
Девушка пристегивается, смотрит на меня. Под ее взглядом завожу автомобиль, жду, чтобы немного прогрелся и оттаяли стекла.
— У тебя такая крутая машина?
— Спасибо.
— Мне нравится. А подогрев сидений есть?
— Холодно?
— Да.
Включаю подогрев, добавляю температуру в салоне. Лена расстегивает пальто, не заметить то, что она хочет показать сложно.
Хотя лучше мне не думать об этом. Вообще о женщинах лучше не думать.
Отъезжаю от здания прокуратуры, выезжая на дорогу.
— Я вчера к маме ездила, она рассказывала, что авария была на кольцевой…
— Ты не могла бы помолчать? — Одергиваю ее. Не люблю разговоры за рулем, тем более в такую погоду и об авариях.
— Да, конечно, извини, — осекается и замолкает.
Вряд ли меня можно этим отвлечь, но ей знать не обязательно. Поток машин хоть и большой, но мы движемся, не стоим, это радует. Только, когда выезжаем на кольцевую, я включаю радио.
— Юра, — обращается Лена тише и осторожно.
— Что?
— Я тебя не видела в списках на корпоратив на день прокуратуры.
— Я пока не определился.
— Может, записать тебя? А то поздно будет.
— Кто еще идет? — Лена перечисляет мне список коллег. — Запиши. — В принципе состав нормальный, есть с кем пообщаться.
— Отлично. Я тоже иду.
Кто бы сомневался.
— А тебе точно на тренировку надо? Мы могли бы ко мне заехать, я бы тебя ужином накормила. Ты ведь голодный?