Чтение онлайн

— Если это секрет, то я никому-никому не скажу! — тут же тараторит она.

Пожимаю плечами.

— Да не-е-е, не секрет. Просто не треплюсь об этом на каждом углу. — Кривая ухмылка сама лезет на лицо. — У меня, скажем так, особые отношения с буквами. Дислексия.

— Это как? — Малявка хмурится, явно не понимая термин.

— Я вижу буквы не в том порядке, что ты, — пытаюсь максимально просто рассказать о своем диагнозе, из-за которого в детстве меня считали умственно отсталым. — В словах они перепутаны. Эм… как в зеркальном отражении.

— А как ты заразился этой штукой? — Мелкая задумчиво склоняет голову к плечу. На ее мордашке искреннее детское сочувствие.

— Просто родился таким.

Яра недоверчиво смотрит на меня, затем вскакивает к холодильнику и возвращается с какой-то банкой.

— Вот, — тычет пальчиком в яркую этикетку. — Что тут написано?

Мажу взглядом.

— Молоко сгущеное цельное… Яр, ну это слишком просто.

— Но ты прочитал! — Она округляет глаза. — Ты же только что сказал, что буквы перепутаны!

Меня разбирает смех. У малявки прикольная реакция.

— Я научился читать.

— Но как?! — В ее голосе столько изумления, будто я ей сказал, что все фокусники — шарлатаны.

— Моя мама… — горло резко сжимает спазмом, и я на мгновение замолкаю, сглатывая ком. — …мама очень много занималась со мной. Музыка, репетиторы, задачки на логику, игры. И очень много чтения. Каждый день.

— И ты вылечился? — спрашивает она с надеждой во взгляде.

— Нет, конечно, — отвечаю я ровно, вспоминая отцовское разочарование. — Это не лечится. Но я нашел способ быть крутым. Я запоминаю все на слух. И не забываю. В любой момент могу потом это повторить слово в слово. Как диктофон.

— Прям все-все? Даже длиннющее? — переспрашивает мелкая, ее глаза загораются.

Кивком головы я подтверждаю ее слова.

— Офиге-е-еть! — восторженно тянет она. — Вот это суперспособность! Ой, а можно я расскажу об этом сестре? Ну пожа-а-алуйста! Она точно никому не проболтается!

— У тебя есть сестра? — Не скрываю удивления. Мелкая про нее не упоминала.

— Ага. — Яра болтает весело ногами. — Старшая. А у тебя есть братья или сестры?

— Есть. Сестра младшая. Леся.

— И вы с ней никогда-никогда не ругаетесь?

— Да всяко бывало. — Усмехаюсь, вспоминая время, когда мы с Леськой задирали друг друга. — Сейчас уже не так люто.

— Ой, а меня Рина иногда ругает, — Яра тяжко вздыхает, подпирая щеку кулачком. — Особенно, если я беру ее вещи без спроса… или прихожу к ней ночью спать. Я темноты боюсь, а она — нет. А еще она ворчит, что я пинаюсь во сне…

Рина? Имя царапает. Слишком знакомое сокращение.

Карина. Рина. Рин.

Да ладно?!

Че, Вселенная, второй, блять, раунд?!

— Яра, — говорю медленно, жопой чуя масштаб пиздеца. — А твою сестру случайно не Кариной зовут?

— Ага! Рина — это дома я ее так зову. Она у меня, кстати, тоже чемпионка! — продолжает весело щебетать малявка. — У нее этих медалей и кубков!.. Я щас!..

Она стрелой вылетает из кухни и возвращается с фоторамкой в руках.

— Вот! Смотри! — Яра протягивает ее мне. — Это я, это мама с папой. А это Рина.

Кудряха.

Мой ахуеметр зашкаливает просто.

Охота дико ржать. Внутри все бомбит.

Как такое может быть?

— Яр, а кого мы ждем? — спрашиваю, пытаясь сдержать внутреннюю истеричку.

— Так это… — начинает она, но ее слова перекрывает громкий хлопок входной двери.

Малявка поворачивает голову и радостно пищит:

— А вот и папа!

Наступает такая киношная пауза. В духе тарантиновских фильмов. Когда, еще секунда — и кишки полетят в зрителя.

— ЯРА! Немедленно в свою комнату! — рычит бритоголовый.

Зверская рожа перекошена, жилы вот-вот порвутся на шее.

— А ты, гов… — Зажевав последнее слово, он делает шаг вперед. Воздух трещит от его ярости. — Убрал руки от моей дочери!

— Папа, я… — виновато начинает Яра, явно не понимая, чего ее батя так взъелся на меня.

— Мы с тобой позже поговорим! — гремит он на всю кухню. — Марш к себе!

— Но, папа!..

— Яра! Я что тебе сказал?!

Выпятив упрямо губу, Яра бросает на отца обиженный взгляд и семенит в коридор.

Когда где-то в глубине квартиры хлопает дверь, бритоголовый с удивительной проворностью подскакивает ко мне и вцепляется в ворот футболки.

— Сучонок! Какого хера ты здесь делаешь?! — шипит, усиливая хватку.

Кровь бросается в лицо, адреналин подгоняет пульс, смешивая страх с привычной бравадой.

Растягиваю губы в глупой, самоубийственной ухмылке.

— Пришел познакомиться с будущим тестем! — хрипло выпаливаю я. — Думал, пора уж…

Бля, ну оно само вырвалось!

Взревев медведем, бритоголовый пытается заломать меня мордой в стол, хватая второй рукой за плечо.

Но тело срабатывает на автомате. Блок. Резкий уход корпусом. На выдохе выворачиваюсь из его хвата. Шаг в сторону — теперь между нами стол.

— Гаденыш! — тихо с угрозой рычит он, явно опасаясь, что Яра услышит и сунет свой любопытный нос на кухню. — У тебя пять секунд, чтобы убраться нахуй из моего дома! Иначе я с тебя шкуру живьем сдеру и на ремни пущу!

Поднимаю вверх ладони:

— Воу-воу! Вы не кипятитесь так, Владимир Викторович, а то до свадьбы не доживете!

Его лицо багровеет, делая шрам на виске особо заметным. Глаза наливаются кровью, а башня упрямо клюет вниз, как у разъяренного быка.

— Только посмей к моей дочери еще раз сунуться!

— К какой из них? Надеюсь, вы о старшей?.. А то вопросики к вам будут… — откровенно стебусь и пятясь в коридор.

— Ах ты паскудник! — Папаша Кары прет за мной следом, раздувая от гнева ноздри. — Я ж тебя, молокососа, сгною…

— Скучать будете. — Хватаю бомбер и распахиваю дверь.

— Вон! — срывается на крик полковник.

— Не прощаюсь, теще от меня привет! — бросаю через плечо и от души ебашу дверью у него перед носом.