Кара для мажора. Поспорить на любовь
Шрифт:
Бес оторопело смотрит на меня:
— Что, так сразу?
— А ты как хотел? — запальчиво восклицаю. — С оркестром и миллионом алых роз?!
— Ну не миллионом… — хмыкает он, но я уже закусила удила.
Злость во мне клокочет жидким азотом.
— А давай я все за тебя сделаю?! — наступаю на него. — Прости, Карина, что я такой мудак!
Тычу его пальцем в грудь.
— Прости, что я вел себя как дерьмо! Прости, что полез к тебе со своим слюнявым ртом!..
— Эй, чего?
— Прости, что лапал тебя своими потными ручищами! Прости…
Бес даже не сопротивляется, пока я кричу на него и ногтем делаю дырку в его груди.
Когда выдыхаюсь, уже спокойно заканчиваю:
— Ты же не думал, что я тебе поверю?
Глаза Беса опасно сужаются. Ну прям оскорбленная невинность.
— Я действительно хотел извиниться, Кара, — чеканит он каждое слово. — Что бы ты обо мне не думала… я не трогаю девчонок.
Упрямо складываю руки на груди:
— Ну да, ну да, а меня ты так… в порядке исключения потискал!
— Да!.. То есть нет… Блять, че так сложно-то! — Бес с психу лупит ладонью по крыше машины, и я подпрыгиваю на добрый метр.
— Ты совсем спятил? — прошипев, уничтожаю его взглядом. — Свою тачку лупи…
Замечаю помятый капот и ядовито заканчиваю:
— Хотя, кто-то уже явно успел до меня. Там твои извинения не приняли, да?
— Там? Неа. — Бес как-то странно улыбается. С его синяками на лице выглядит крипово.
А мне вдруг хочется его треснуть. Потому что у него где-то «там» кто-то есть. И эта «кто-то» вызывает во мне прилив некотролируемой злости.
Аж руки чешутся — тоже задамажить ему тачку. И чтобы вмятина была повнушительнее, чем у «какой-то»!
Боже, Рин, ты его ревнуешь, что ли?!
От этой мысли я теряю дар речи.
Нет. Нет! Я не ревную! Не рев-ну-ю, ясно?!
— Что ж ты какая сложная-то? — Бес хватается обеими руками за голову.
— Я? Я простая, Алекс! — злюсь. — Просто не для тебя! Если ты закончил, то отвали уже от меня!
Сажусь в машину. Руки дрожат. Не с первого раза попадаю по кнопке запуска.
Бес продолжает стоять рядом.
Да чтоб тебя!
Опускаю стекло и устало выдыхаю:
— Алекс, я прощаю тебя.
Но не от всего сердца.
— Отгони машину, я хочу домой, — обращаюсь к нему, не поворачивая головы.
— У меня твои книги. Забери, — бросает он мне в приказном тоне и валит в свою тачку.
Нет, ну что за говнюк!
Зло пыхчу и продолжаю сидеть на месте. Бес тоже никуда не торопится.
Сердито постукиваю носком кроссовка, про себя считая до ста.
На десяти Бес болезненно морщится и трет виски, а я мстительно подмечаю: «Что, головушка болит? Так тебе и надо!»
Бес продолжает держаться за свой чайник, даже когда счет доходит до восьмидесяти.
На «девяносто» со вздохом лезу в бардачок за пачкой обезболивающего.
Хлопок двери совпадает с цифрой сто, а я иду к Бесу.
Он опускает водительское стекло, и я вижу неподдельную боль в его глазах.
— Держи, — тихо говорю и протягиваю блистер. — Одной достаточно…
Он нехотя берет его в руки, отщелкивает одну таблетку… и та падает куда-то ему под ноги.
— Бля-я-я, — тянет убито и возвращает мне блистер. — Спасибо. Найду, сожру.
Бес прикрывает глаза. А мне… мне впервые его жалко. Такого побитого и измученного.
— Фу! С пола, что ли? — восклицаю и тут же деловито уточняю: — Вода у тебя есть?
Бес просто качает головой, так и не открывая глаз.
— Ладно.
Я решительно иду к своей машине, забираю из сумки кошелек и двигаю к громаде Кристалла.
Спасение утопающих — дело рук самих утопающих! Но круг-то спасательный я могу протянуть.
Разжившись бутылкой воды из автомата, возвращаюсь к Бесу. Ламба уже заведена и радует включенными габаритами.
Вот и славно!
— Вода. — Протягиваю в окно бутылку. Отщелкиваю таблетку. — Эту не урони. Они по рецепту.
— Спасибо, — благодарит Бес, запивая лекарство. Осторожно кивает: — Книги на пассажирском. Забери, пожалуйста.
— О! Ты, оказывается, и это слово знаешь? — язвлю, но послушно огибаю машину и открываю пассажирскую дверь.
Мои томики действительно лежат там. Все пять…
— Так, стоп. Я брала пять книг, здесь четыре. — Вопросительно поднимаю брови.
— Че, правда? — Бес выглядит удивленным.
Ерошит волосы на затылке.
— Она скорее всего выпала… там, за моим креслом. Бля, башка гудит. Достанешь?
Попыхтев секунду, усаживаюсь на обитое кожей сиденье и тянусь назад.
Огромный букет бордовых роз закрывает весь обзор, и я слеп шарю рукой внизу. В нос ударяет сладковатый запах.
Успеваю подумать, что от такой концентрации розового аромата можно задохнуться, как хлопает дверь и раздается щелчок.
Что? Что такое?
Выпрямляюсь и неверяще смотрю на Беса.
— Заче… — мой вопрос тонет в реве двигателя, меня качает вперед.
Упираюсь руками в приборку.
Бес одним резким движением выкручивает руль и срывается с места, унося меня прочь от моей машины.
— Ты с ума сошел?!
44. Кара. Подлунники
— Остановись немедленно!
На мой возмущенный вопль Бес только прибавляет газу.
— Боже, что ты творишь?! — Закрываю лицо ладонью.
Сбоку раздается смешок:
— Да можешь меня просто Алексом звать, зачем так официально.
— Ты издеваешься? — взвиваюсь. — Ты только что человека похитил!
— А мне кажется, человек добровольно сел ко мне в тачку, — с издевкой парирует он, продолжая опасно перестраиваться из ряда в ряд. — Пристегнись, кстати, человек.
Фыркнув, щелкаю ремнем безопасности и складываю руки на груди.
— Мой отец тебя убьет, — ворчу, не поворачивая головы.
— Двум смертям не бывать. — В голосе Беса неприкрытое веселье.