Кара для мажора. Поспорить на любовь
Шрифт:
— Это вышло случайно.
— А из школы кто ушел без разрешения классного руководителя? — продолжает мама.
— Ну она сама нас отпустила! — Яра кромсает ложкой пирог.
— А позвонить?
— Ну здесь же рядышком! А ты бы мне сказала, сидеть в классе, — ворчит сестра.
— Вот именно! Маленькие девочки не должны бегать по улице без взрослых!
— А бабушка говорила, что ты даже одна в поле сбегала!
— Это другое…
Я наблюдаю за их перепалкой с улыбкой.
В комнате ставлю марсиан на подоконник и вспоминаю про обезболивающее.
Упаковки в рюкзаке нет.
Черт. Оставила в машине… вот только в чьей?
Яра заходит в комнату со стаканом воды:
— Рин, можно я буду за ними ухаживать? — Жалобно смотрит то на меня, то на литопсы.
— Можно, — выдыхаю. — Только воды поменьше. Они привыкли к ее дефициту.
— Это тебе жених подарил? — Мелкая залезает с ногами в кресло.
— Нет, просто знакомый.
У меня бы язык не повернулся так назвать Беса. Тоже мне — жених.
Яра кивает головой.
— Тебе нравится Алекс?
— Что? — Удивленно смотрю на нее.
— Ну имя такое, — Яра закатывает глаза. — Это от Александр. Саша. Тебе нравится это имя?
Пожимаю плечами:
— Не знаю. А при чем тут Саша?
Яра мечтательно тянет:
— Да вот думаю… Нафиг мне этот Романенко? Женюсь на Саше!
А потом Яра под большим секретом делится со мной настоящей причиной, по которой разбилась мамина любимая форма для запекания.
И с каждым словом сестры у меня глаза лезут на лоб.
— Не может быть! — шепчу шокированно.
— Папа сказал, что раз ничего страшного не произошло, то маме не будем говорить. Зачем ей лишние нервы? — Яра деловито кивает своим мыслям.
Да уж! Тут никаких нервов не хватит!
После ухода Яры я еще долго не могу поверить, что это не плод фантазии мелкой шкодины.
Закусив губу, лезу в телефон и, на секунду замерев, вытаскиваю телефон Беса из ЧС.
Пальцы дрожат, когда я пишу ему:
«Это правда, что ты сегодня помог Яре?»
Он читает почти сразу же.
«Да», — приходит короткий ответ.
Просто «да», и все? И почему он мне сразу не сказал?! Еще тогда, на парковке…
Может, потому что не хотел, чтобы ты чувствовала себя обязанной?
Эта мысль неприятно скребет под кожей. Потому что именно так я теперь себя и чувствую.
И мне даже стыдно за те слова, что я сказала Бесу.
Фоткаю литопсы и отправляю ему с припиской и смайликами:
«Марсиане под неусыпным контролем. Земляне могут спать спокойно».
Я жду от него какой-то реакции. Хотя бы смайлика. Но Бес ничего не пишет.
Такое ощущение, что ему не до меня… или что я ему навязываюсь.
Когда я раздумываю, что бы еще такого нейтрального написать, Бес присылает мне сообщение.
Мне становится резко холодно, будто вышла на лед в одном нижнем белье. В груди как-то подозрительно тянет и жжет, а пальцы слишком сильно сжимают телефон.
«Ты права Кудряха. нам стоит сделать вид будто мы друг друга не знаем», — как идиотка перечитываю эти слова снова и снова.
А следом: «Контакт ограничил круг лиц, которые могут присылать ему сообщения».
В горле клокочет истерический смех, а на глазах почему-то выступают едкие слезы.
— Какой же ты… бесячий Бес!
Со злости пуляю телефон на подушку и сама ничком валюсь на кровать.
Невозможный. Невозможно противный мажор!
А я-то думала, что ты другой! Зачем тогда эти твои странные жесты? Извинения?
А как же это «ты мне нравишься»?
Я веду с ним диалог, как будто мы с Бесом реально встречаемся.
Эта мысль меня отрезвляет.
— Ну и ладно! — шиплю в тишине комнаты. — Не больно-то мне и надо с тобой общаться!
От вибрации под затылком едва не подпрыгиваю до потолка.
Глупая надежда против воли сжимает сердце, но она тут же гаснет, когда я вижу имя отправителя.
Поля: «Ну что, Кара, гоним на базу в эти выходные? Парни из хоккейной команды уже выкладывают в нельзяграме фотки с прошлого года!»
Непонимающе перечитываю ее сообщение.
«Какие еще парни?»
Мне воочию видится, как Поля в этот момент закатывает глаза.
«Я же говорила. База спортивная. Там у наших хоккеистов летние сборы проходят. Открытие сезона. Степа в этом году тоже едет. А я в качестве сопровождающего +1».
Плюс один — это я, получается.
«Соглашайся!» — прилетает следом от Поли. — «А то я одна не выдержу эту нагрузку тестостероном!»
«Что, твой Западающий тоже едет?» — не могу удержаться.
«В первых рядах. Мы с ним тут… короче он меня поцеловал!»
«И ты молчишь?!» — веселюсь я. — «Ты должна мне все рассказать!»
Поля: «Как только ты согласишься поехать!»
С улыбкой пишу: «Я в деле!»
45. Кара. Помяни черта
Папа говорит, что самоуверенность родилась раньше меня.
Мне сложно с ним не согласиться. Особенно сейчас, когда я застряла без связи и с проколотыми колесами на полпути к базе отдыха.
Поля звала с собой. Но я самонадеянно решила, что прекрасно доберусь сама.
«Здесь всего-то час езды от города по прямой. Что может случиться?» — так я себя убеждала.
Кто же знал, моя Конфетка так удачно попадет в наполненную водой яму, а связь не менее удачно заблочит аэродром неподалеку.
Это мне любезно сообщил проезжающий мимо водитель тойоты. Предлагал дойти до ближайшей заправки и вызвать оттуда эвакуатор.
И я уже десять минут отрешенно смотрю на суетливую работу дворников, смахивающих капли с лобового.
Дождь разошелся не на шутку.
Я слежу за дорожками воды на стекле и настраиваюсь на то, чтобы прошагать «…каких-то двенадцать километров» в сторону города.
А все почему? А потому, что я вдруг возомнила себя прирожденной гонщицей и ни в какую не хотела расставаться с моей машинкой.