Чтение онлайн

— Нет! — кричу, чувствуя как в глазах закипают слезы.

Картинка размывается, а в груди разворачивается огромная черная дыра. Кажется, она сейчас поглотит меня без остатка.

Этого не может быть! Чтобы Алекс погиб. Пожалуйста, нет! Нет, нет, нет…

— …ара …отри-и-и! — сквозь нарастающий гул в ушах пробивается до меня голос Сафонова.

Что? Не понимаю…

— Ты чего замерла? — Он трясет мое плечо. — Смотри, говорю!

Тим указывает куда-то рукой, в сторону от искореженных мотоциклов.

Как в замедленной съемке поворачиваю голову и не сдерживаю облегченного вздоха.

По траве, сцепившись крепче бойцовых псов, катаются Алекс и какой-то бритый крепыш. Под одобрительный рев толпы они наносят друг другу удары.

— Бес, как всегда!

— Мочи его, Ржавый!

— Лекс, въеби ему!

Исступленно вопят парни, снимая драку на телефоны.

— Щас он его размажет!

— Ставлю на лысого сотню!

Кто-то особенно ушлый очень быстро организовывает тотализатор на бой.

У меня голова идет кругом. Никто не торопится их разнимать. Все ведут себя так, будто только этого и ждали.

Бритый подминает под себя Алекса и заносит кулак для удара, но Бес каким-то хитрым приемом выворачивается из хватки и усаживается сверху. От его удара голова Ржавого дергается, а к моему горлу подкатывает тошнота.

— Тим, сделай что-нибудь! — висну на руке парня. — Они же сейчас поубивают друг друга!

В ответ Сафонов только пожимает плечами, с азартом следя за боем.

— Не ссы ты! Пар щас спустят и разойдутся.

Какой пар?! Это больше похоже на приготовление фарша.

Закрыв лицо руками, я молюсь, чтобы это как можно быстрее прекратилось, беспрестанно вздрагивая от звуков ударов и рева толпы.

Мне кажется, что это месилово длится бесконечно долго. Но кто-то даже сделал ставку на время, и через две минуты победу присваивают Алексу.

Он стоит с поднятой вверх рукой. Кровь бежит из его носа, пачкая подбородок, на лице оскал победителя.

Меня одновременно затапливают облегчение и злость.

Как он мог?!

— Ну иди, обними хоть чемпиона-то! — Подталкивает меня к нему Тимофей.

Преодолевая внутреннее сопротивление, иду к нему через толпу. В фокусе только его окровавленное лицо.

Я еще не знаю, что я с ним сделаю. От переживаний меня ощутимо трясет.

В одно мгновение Алекса резко заслоняет широкая спина, а когда я огибаю ее, вижу, как нем виснет Вика Лапина.

Вот же с-с-стерва!

Меня будто в кипяток окунают. Волна жара прокатывается от затылка вниз по спине, а следом по нервам шарашит боль, мешая мыслить здраво.

Дальше все происходит так быстро, что я лишь фиксирую кадры.

Раз — и я уже рядом. Два — моя рука в густой шевелюре этой кобры. Три — резко тяну ее на себя, мало заботясь о сохранности чужих волосенок.

— А-а-а! — визжит эта драная кошка, и мир снова вокруг меня приходит в движение.

Не знаю, откуда во мне столько силы — наверное, от бешенства, — но ее хватает с лихвой, чтобы удерживать каланчу Лапину в унизительным положении «коленопреклоненной холопки» и не дать Лапиной до меня дотянуться

— О, девки сейчас покажут класс! — кто-то гогочет рядом.

Хотите шоу?! Я сейчас так зла, что реально могу ударить эту тупую курицу или выдрать ей скальп.

Но к счастью Лапиной нас разнимают.

Алекс крепко прижимает меня к себе, обнимая крест-накрест руками. Вику держит Тим.

— Сука бешеная! — визжит Вика, вытаращив на меня глаза и брызгая слюной. — Думаешь, я это просто так оставлю?!

— Рискни, — говорю ей и, кажется, улыбаюсь как сумасшедшая. — И паричок не забудь после купить.

— Алекс, и ты это просто так оставишь?! — не унимается эта селедка.

А меня аж потряхивает от злости.

«Он мой!» — беззвучно произношу губами. Четко, как обычно делаю для Веры. И Вика правильно меня понимает. Дергается в руках Сафонова как от пощечины.

— Угомонись уже, Вик! Пойдем-ка, пройдемся. Маткой там подышишь, все дела, — басит он ей и уводит за собой.

Я разворачиваюсь в руках Алекса и сердито смотрю ему в глаза.

Ну ты и гад!

Хочу испепелить его на месте.

Позволил этой выдре на себя запрыгнуть!

Ох, как я зла!

— Если она еще хоть раз до тебя дотронется, я… — начинаю, но он подается ко мне и затыкает мой рот поцелуем.

Алекс целует меня напористо. Несколько раз мы стукаемся зубами. Я мычу, отказываясь пускать его наглый язык в себя. И тогда он меняет тактику. Поцелуй из захватнического превращается в тягучий и сладкий.

Моя злость переплавляется в острое удовольствие. Оно накручивает мои истерзанные нервы на спираль. А потом тяжелым горячим комом оседает между бедер.

Я теряюсь в водовороте ощущений. Исступленно отвечаю, глажу широкие плечи. Вжимаюсь сильнее и упускаю момент, когда Алекс уже во всю ласкает мой язык своим. Делает это, как всегда, уверенно и властно.

Мир растворяется в ярких вспышках удовольствия. Толпа вокруг улюлюкает, а я лишь чувствую, как под ладонью колотится сердце и привкус металла на губах.

Не знаю, в какой момент мы оторвались друг от друга, но в себя я прихожу только тогда, когда за нами с лязгом закрывается ржавая дверь.

Какая-то каморка с бетонными стенами и единственной тусклой лампочкой, повисшей на проводе. В ее свете кровь под носом Алекса кажется черной.

— Больно? — шепчу, не рискуя касаться.

Алекс только дергает подбородком.

— Неа.

— Надо чем-то обработать.

— Да пох! — Улыбается, сжимая горячими ладонями мою талию.

— Что случилось? — Заглядываю ему в глаза.

— Этот хуй решил меня выбить из седла.

Ахнув, прикрываю рот ладошкой.

— Но, как видишь, у него ничего не вышло. Дьявола только жаль…