Чтение онлайн

*

Далеко Семенек не ушёл. Его поймали через две улицы от кондитерской Карэле.

– Добрый день!

К нему, широко, но как-то хищно улыбаясь, спешил высокий полный мужчина средних лет. Незнакомец приподнял на ходу шляпу, сияя ничуть не хуже, чем летнее солнце над Патом.

– Ведь это вы, – он значительно поднял брови, – тот самый Марек Семенек?

– Вы абсолютно правы, – признался фабрикант. – Боюсь, мы не знакомы…

– Момс! Кондитер! – отрекомендовался полный мужчина, придерживая Семенека за локоть. «Чтобы не убежал», – мелькнула у того в голове паническая мысль. Невысокого фабриканта изрядно нервировали такие крупные настойчивые люди.

– Очень приятно, очень… – пробормотал он.

– Мы с сыном слышали про вашу шоколадную фабрику. Потрясающая идея! Как это прекрасно: не нужно возиться с шоколадом, машины всё сделают сами! Я вам просто завидую. Вы знаете, у меня возникла интересная мысль: не нужны ли вам компаньоны?

– Как вам сказать… – растерялся от его напора Семенек.

– Ведь мы люди опытные, – Момс интимно наклонился к уху фабриканта. – У нас знания, связи. Налаженные каналы поставок. А какие рецепты! Замечательный шоколад, и совсем недорогой. Подумайте только, как прекрасно смотрелась бы на продукции вашей фабрики надпись «Изготовлено по рецепту Момса и сына»!

Семенек вздрогнул от ужаса и, наконец, высвободил локоть.

– Нет, спасибо, – ответил он, постаравшись вложить в голос всю возможную твёрдость.

Момс насупился, глядя на него сверху вниз.

– А к этому Карэле вы ходили! – обвиняюще воскликнул он. – Считаете, что его шоколад лучше?

– Да, – честно признался Марек Семенек. – Боюсь, это факт.

– Ну и ладно, – буркнул обиженный Момс, развернулся и потопал прочь.

Семенек вытер вспотевший лоб платочком, глядя вслед неудавшемуся партнёру. «Надо что-то делать с рецептом, и поскорее», – подумал он.

*

Карэле наклонил котёл, выскребая ложкой остатки шоколада в форму. Наконец, та заполнилась до краёв. Кондитер облизал ложку, бросил её в пустой котёл и переставил его с мраморного стола на деревянный. Там за день скопилось немало грязной посуды.

Удовлетворённо оглядев формы с остывающими конфетами, Карэле вышел за дверь. Кондитерская была уже закрыта, даже Юты не оказалось за стойкой.

– Лина! Мадален! – позвал он, но ответа не дождался.

Пожав плечами, Карэле заглянул в пекарню.

– Что это за собрание? – изумлённо спросил он.

Пекарня была битком забита его домочадцами, даже Роним со своей саламандрой выбрался из подвала. В центре Карэле увидел свою жену и Венсана.

– Просто Венсан учит меня гипнозу, – скромно сказала Алли. – Теорию он мне уже объяснил, теперь осталась только практика.

– И ты решила практиковаться на наших девушках? – уточнил кондитер.

– Да мы ведь и сами с удовольствием, господин Карэле, – вступилась за хозяйку тётушка Нанне, польщённая тем, что её причислили к девушкам. – Интересно-то как! На ярмарке такое за деньги показывают, а тут прямо бесплатно.

– Всё ясно, – вздохнул Карэле. – А посуду кто будет мыть?

– Мы помоем, уберём, не беспокойтесь, – закивала Лина. – Вот буквально через полчасика! Госпожа Алли сейчас меня будет гипнотизировать. Пожалуйста, господин Карэле!

– А мне отказали, представляете? – наябедничал Ивер.

– Слишком опасно, – Венсан повернулся на голос. – Раз мы тебя не видим, то не сможем контролировать во время гипноза. Вдруг что-то пойдёт не так.

– Надеюсь, Мона и Сейли не рвутся быть загипнотизированными? – спросил Карэле у жены. – Сама понимаешь…

– Нет-нет, они пришли просто из любопытства, – успокоила его Алли. – Я бы не рискнула, что ты! А тебе разве не интересно? Садись, хотя бы посмотришь!

– Ну уж нет, – Карэле отпрянул назад. – Прости, дорогая. У меня полно дел.

Он бодро пересёк зал и зашагал вверх по лестнице – всего лишь чуть-чуть быстрее, чем обычно.

*

К тому времени, когда Юта вышла из кондитерской, было уже совсем темно. Дневная жара сменилась прохладой, и девушка с удовольствием подставила лицо ночному ветерку, предвкушая, как станет рассказывать дома о сеансе гипноза.

Деревья шелестели кронами, а в небе между ними, словно сорванные ветром листья, носились чёрные летучие мыши. Иногда они пересекали конусы света под редкими фонарями, вокруг которых роилась мелкая мошкара.

– Сударыня Юта? – от одного из домов отделилась тёмная тень.

Девушка испуганно отступила.

– Простите, не хотел вас напугать. Я был сегодня у вас в кондитерской, – негромко сказала тень, подходя ближе. Юта наконец опознала в ней невысокого пухлого господина, заходившего днём, и нервно пожелала ему доброго вечера.

– Я задержу вас буквально на пару минут, – проворковал господин, увлекая её к стене. – Вы ведь постоянно находитесь рядом с господином Карэле, не правда ли?

Юта подтвердила, что правда.

– И наверняка иногда помогаете с шоколадом, знаете рецепты?

– Вовсе нет, – ответила девушка, но опытный слух Семенека подсказал ему, что она произнесла это чересчур поспешно.

– Видите ли, так получилось, что у меня прямо здесь, при себе имеется солидная, кругленькая сумма в… – фабрикант задумался, но решил не мелочиться, – в пятьсот ренов. И я бы охотно отдал её тому, кто смог бы поделиться со мной рецептом шоколада господина Карэле. Например, вам.

– Да как вы смеете! – вспыхнула Юта. – Я ни за что…

– Шестьсот, – поспешно произнёс Семенек.

– Да хоть сколько! Оставьте меня в покое!

Фабрикант отступил на шаг и укоризненно покачал головой.

– Какая горячая, а! Огонь! Порох! Ну что же, милочка, возьмите вот эту записку – тут мой адрес в здешней гостинице. Я буду в Пате ещё два-три дня, так что вы в любой момент сможете передумать. В любой момент!

Невзирая на сопротивление Юты, он засунул бумажку в карман её платья и резво скрылся в темноте.

– Ах ты столичный паршивец! – девушка топнула ногой. Порылась в кармане, но записка Семенека уже безнадёжно затерялась среди других бумажек, фантиков и прочей ерунды, которую не положено таскать при себе приличной девушке. В этом хаосе даже платок не всегда можно было отыскать, не то что ещё один клочок бумаги.

«Ладно, выброшу дома», – решила Юта, продолжая путь. – «Надо же, такой вечер испортил!»

*

Карэле перечитал письмо, вложил его в конверт и запечатал. Аккуратно вывел адрес и отложил на угол стола, поверх небольшой стопки других писем, ожидающих отправки наутро. Машинально потянулся, чтобы закрыть чернильницу, и рассмеялся сам над собой – она и так была закрыта. Кондитер уже с неделю пользовался новеньким самопишущим пером, выписанным из Люндевика. А старые привычки остались…