Чтение онлайн

– Извини, – Карэле завинтил крышку тёмно-зелёной стеклянной банки и вернул её на место, в шкаф, стоящий между двух оконных проёмов. – Что ты хотел?

– Да там этот, пришлый…

– Ох, я и забыл про него, – покачал головой кондитер. – И что с ним?

– Просил узнать, нет ли для него какой работы. Но я так думаю, это он просто о себе напоминает. Хочет вызнать, не нашли ли вы ему уже местечко.

– С работой сам решай, без присмотра ему что-то поручать – себе дороже. А о том, куда его деть, я даже не думал. И не стану думать раньше полудня, так уж получается. Извини, что взвалил на тебя такую обузу.

Карэле подхватил котёл и одним движением переставил его со стола на плиту.

– Не волнуйтесь, хозяин, я-то справлюсь. Отправлю его малину собирать, пожалуй. Всё польза в хозяйстве.

Брауни исчез. Кондитер задумчиво помешал в котле длинной деревянной лопаточкой. Где же Ланс?

*

Призрак объявился примерно через час.

– Ну наконец-то! – обрадовался Карэле, прогревавший на плите пустую форму перед тем, как залить в неё шоколад. – Где ты был? Я уже всерьёз начал волноваться.

– Нужно было ещё за кое-кем присмотреть, – отмахнулся Ланс. – Неважно. У нас непредвиденные сложности: твой старик всё-таки напился.

– Я же велел ему никуда не уходить и ждать меня, – нахмурился Карэле. – Как он умудрился? И, главное, зачем?

– Понятия не имею.

– Пойдём-ка, посмотрим.

Кондитер, вытерев руки салфеткой, вышел за дверь.

– Юта, Роним куда-нибудь выходил? – спросил он у девушки, взвешивающей на песочных весах шоколадное печенье.

– Доброе утро, господин Карэле! – одарила его любезной улыбкой полная дама в сиреневом платье.

– Счастлив вас видеть, дорогая госпожа Пеммс, – машинально ответил тот, бросая на покупательницу рассеянный взгляд.

– Не выходил, и к нему никто не приходил, и вообще никто не выходил, кроме Моны, – отозвалась Юта. – Что-нибудь ещё, госпожа Пеммс?

Кондитер проскользнул под стойкой, оглянулся через плечо.

– Здесь я, здесь, – шепнул ему Ланс на ухо. – Просто решил не распугивать твоих клиентов и стал невидимым.

– Отличное решение, – кивнул Карэле, сбегая по ступеням. – И очень гуманное.

Роним лежал на своей кровати поверх покрывала, прямо в куртке, и спал. Картина настолько наминала увиденное вчера ночью, что Карэле передёрнуло. Он встряхнул старика за плечи. Тот всхрапнул и открыл глаза.

– Роним, почему ты пьян? – спросил кондитер, стараясь сохранять спокойствие, но это удавалось ему с трудом. Похоже, что старик почувствовал приближающуюся бурю – он приподнялся на кровати и даже слегка протрезвел.

– Простите, господин Карэле, это всё старый Шимми, – Роним изо всех сил старался выговаривать слова членораздельно. – У него сегодня правнучка родилась.

– И ты решил это отметить с утра? Не ожидал от тебя.

– Это всё он меня уговорил! Пришёл к окошку с бутылкой, – старик в подтверждение своих слов ткнул пальцем в сторону приоткрытого подвального окна. – Я ему говорю, нельзя мне уходить, работа есть. А он говорит, дескать, выпей тогда со мной стаканчик за здоровье правнучки. И внучки. И дочки…

– И бабушки, – Карэле устало вздохнул, выпуская старика. Тот немедленно рухнул на кровать. – Сейчас сварю тебе кофе, чтобы протрезвел. Тинки на месте?

– Так это, в большой печи, где и была. Вы же спрашивали уже про неё, господин Карэле!

Кондитер, ничего не ответив, вышел за дверь. Роним пару секунд с недоумением смотрел ему вслед, затем откинулся на подушку и снова захрапел.

*

– Неужели это тот самый подвал, в котором были зарыты мои кости? – спросил Ланс, устраиваясь на подоконнике раскрытого окна, выходящего во двор. – Если бы не знал заранее, ни за что не поверил.

Карэле мрачно наблюдал за джезвой, в которой варился крепкий кофе, и под его тяжёлым взглядом тот становился всё горче.

– Мы слегка переделали дом после свадьбы, – пояснил он. – Установили в подвале котлы – честно говоря, уже не представляю, как мы жили без горячей воды в ванных. Провели паровое отопление. Чуть ли не год ушёл на все эти переделки, но они того стоили. Потом, когда выяснилось, что в подвале стало достаточно сухо, я перенёс склад туда, и у нас появился садик, во дворе остался только сарай с дробилкой.

– Теперь в подвале на удивление уютно, – заметил Ланс. – И тепло. Даже окошки есть.

– Я много вложил в этот дом, – кивнул Карэле. – Души, а не просто денег. Видишь ли, это было первое место, где я почувствовал себя счастливым. В каком-то смысле этот дом для меня родной не меньше, чем для Алли.

– Понимаю, – отозвался призрак.

– Поэтому для меня настолько немыслимо потерять его. Дело не в вещах, не в работе,не в привычке. Просто для меня мир начинается с этого дома. Я имею в виду ваш мир, конечно. С этой самой комнаты – именно в неё я попал.

– Сколько тебе тогда было?

– Одиннадцать, я думаю. Что-то в этом роде. До сих пор помню, как головокружительно тут пахло шоколадом.

– В общем-то, как и сейчас, – рассмеялся Ланс.

Карэле улыбнулся, снимая джезву с огня, и снова помрачнел.

– Я ведь даже никому не сказал, что сегодня может произойти. Подумал, чем меньше людей знает о таком исходе дела, тем меньше у него шансов случиться.

– И правильно сделал, – одобрил призрак. – Страхи и дурные мысли – лучшая пища для всякого несчастья.

Кондитер бросил в кофе щепотку соли. Затем вышел через смежную комнату в пекарню и вернулся с ломтиком лимона, который опустил в джезву.

– Ты уверен, что это можно пить? – с сомнением спросил Ланс.

– Страшная гадость, – подтвердил Карэле. – Горькая, кислая и солёная одновременно. То, что надо, чтобы протрезветь или мгновенно проснуться.

Он перелил кофе в чашку и вышел в зал.

– Юта! Ты не могла бы отнести это Рониму? И заставь его выпить всё до конца.

– Конечно, господин Карэле. Приглядите пока за кондитерской?

Девушка, осторожно держа чашку, проскользнула под стойкой, но не успела она сделать и двух шагов, как покачнулась и полетела на пол. Вскрик Юты смешался со звоном разбитого фарфора.

– Ты цела? Что случилось? – Карэле, мгновенно оказавшийся рядом, помог ей подняться с пола. Встревоженно загомонили посетители.