Чтение онлайн

Попутно она перестала воспринимать дракончика словно нежить из мрачного болота. Даже собиралась обругать его, но вовремя вспомнила: во-первых, он аристократического происхождения, и за оскорбление её, простолюдинку, может испепелить. Во-вторых, Гюнтер — лучший друг принцессы Беатрис, и как тогда Амелия узнает, куда подевалась её госпожа? Потому, сдержав порыв, принесла веник с совок, всё тщательно убрала. Затем вернулась и, почтительно склонив голову, сказала:

— Простите, граф. И здравствуйте. Скажите, где моя госпожа? С ней всё хорошо?

— Проснулась, солнышко! — ухмыльнулся Гюнтер. — Наконец-то! Я уж думал, придётся тебя к Дубогриву тащить, чтобы расколдовал. Жива наша принцесса. Правда… — он понизил голов до интимного шёпота. — Она в плену!

Амелия тихо вскрикнула, сделав огромные глаза и зажала рот руками.

— Тс-с-с! — прошипел Гюнтер, фыркнув предостерегающе, и из его ноздрей вырвались две тонкие струйки дыма. — Мы можем тут говорить? Никто не подслушивает?

Служанка помотала отрицательно головой.

— Хорошо. В общем, дело было так, — и дракончик кратко рассказал, чем закончился для принцессы Беатрис приятный вечер на балу в честь дня Летнего Солнцестояния. Амелия слушала, и на её лице менялись чувства: страх, волнение, тревога, радость. Когда узнала, что её госпожа собирается замуж, испытала нечто среднее между ужасом и счастьем. Вроде бы замужество — чудесная вещь, и она, Амелия, давно сама бы хотела ощутить себя в таком статусе. Но ведь жених принцессы — один из самых могущественных воинов вражеского королевства!

— Да-да, вот так, — философски заметил Гюнтер. Рассказ о том, как они втроем участвовали в устранении короля Гальфрида Первого, он предусмотрительно опустил. Не потому, что не доверял Амелии. Решил, что это не его тайна, а госпожи Беатрис и её избранника. Или похитителя? Дракончик до сих пор не мог окончательно разобраться в этом вопросе. Но решил оставить это занятие на потом. Может, Беатрис захочет с ним как-нибудь посекретничать? Тогда всё и прояснится.

— Ты лучше мне вот что расскажи, Амелия, — сказал Гюнтер. — Как вышло, что наше королевство, стоя на грани уничтожения, вдруг восстановило и приумножило свои силы?

Глаза служанки снова стали огромными, и она вдруг расплакалась, закрыв лицо ладонями. Дракончик был в полной растерянности. Как всякий представитель сильного пола, женских слёз он не переносил и, видя их, чувствовал себя не в своей тарелке, желания прекратить поскорее солёный водопад. Но как это сделать? Снова какую-нибудь вазу уронить? Мысль такая промелькнула в его голове. Только вряд ли сработает снова, да и зачем же портить имущество принцессы? За такое может от неё крепко прилететь. «Если она сюда вернётся когда-нибудь», — подумал Гюнтер.

— Амелия… — вкрадчиво сказал он.

Девушка продолжала плакать.

— Амелия, — чуть громче произнёс Гюнтер.

С тем же результатом.

— Амелия! — заорал дракончик, расправив крылья и рыкнув. Из его пасти вырвалось пламя, хрустальные подвески на люстре мелко задрожали, зазвенев. Служанка от неожиданности громко икнула и прекратила рыдать. Поспешно утёрла лицо:

— Простите, сэр Гюнтер…

— Говори уже, чесать тебя за ногу! — вырвалось у него.

Амелия дрожащим голосом поведала такое, отчего у дракончик чешуйки встали дыбом. Дело было так. Когда закончился бал, король Элиас Третий решил перед сном прогуляться. Несмотря на юные годы, он давно вкусил прелести хмельных напитков. Хотя большим поклонником, к счастью для подданных, не стал, но по праздникам позволял себе чрезмерно порадоваться жизни. На балу ему поднесли несколько раз по большому золотому кубку вина, и теперь король желал освежиться.

Когда он в сопровождении охраны шёл по саду, на них напали. Нет, сопровождающих короля никто не убил. Черные фигуры, бросившиеся на них, действовали не мечом и кинжалом. Они распахнули свои одеяния, и неожиданно всё вокруг них утонуло в густом тёмно-фиолетовом, казавшемся при свете факелов почти чёрном, дыму. Король со свитой, угодив в это облако, которое их окутало в мгновение ока, тут же попадали на землю. Когда же пришли в себя, оказалось страшное: Элиас Третий был похищен.

Во дворце поднялась тревога. Полк королевской стражи был поднят и окружил дворец, ворота Теобальда закрыты, и никого ни впускали, ни выпускали. Все бросились искать монарха, но сколько ни рыскали, заглядывая в каждый дом, подвал или сарай, обнаружить его не могли. Рассказывая это, Амелия была бледна, и кожа её лица напоминала цветом простыню. Она, обессилев, села на стул, нервно теребя подол платья дрожащими пальцами.

Гюнтер решил, если так дальше дело поедет, Амелию, несмотря на молодость, чего доброго, удар хватит. Потому он сказал, чтобы служанка налила ему воды. Девушка выполнила просьбу, и хотя дракончик не испытывал особой жажды, но зато Амелия отвлеклась. Заодно выпила воды сама и немного успокоилась. После дракончик попросил продолжать.

Короля нашли на следующий день. Да не где-нибудь в парке: он проснулся в собственной постели, но выглядел так, словно его всю ночь колотила лихоманка. Бледный, с темными кругами под глазами, обветренными губами и, самое главное, — его глаза. В них застыл ужас, который немного растворился при свете дня, но продолжал крепко держать душу и разум монарха. Когда его спросили, что случилось, куда он пропал, Элиас Третий отказался отвечать. Причем сделал это очень грубо, чего прежде себе никогда не позволял.

— А что случилось со свитой? — спросил Гюнтер.

— Они тоже утром пришли в себя, только не помнили ничего с момента, как их накрыл фиолетовый туман.

— Так-так, — задумчиво сказал дракончик. — И что, всё на этом? Погоди. Но все-таки королевство воспряло духом. Как?

Амелия продолжила рассказ. В тот же день, когда король пришёл в себя после странного исчезновения, прибыл гонец из Макидарского королевства.

— Что за место такое? — удивился Гюнтер. — Не слышали о таком.

— Никто не слышал, — проговорила в страхе Амелия. Снова отпила воды. — То был человек худой и высокий, облачённый во всё черное. Он прошёл к королю, а потом тот созвал своих советников и объявил: Макидарский монарх в знак дружбы отправляет нам на помощью большую армию. Вчера она прибыла в окрестности Теобальда и встала в лесу, но к ней никого не подпускают. Только сам Элиас Третий съездил, чтобы посмотреть. Совершенно один: свита осталась на опушке.

Дракончик покачал удивлённо головой. Прозвучало всё это чрезвычайно странно.

— Постой. А откуда ты это всё знаешь? Описываешь, словно сама побывала в покоях короля и вообще…

— У меня есть близкие подруги при дворе, — растянула Амелия рот в улыбке. — Вы, господа, нас, слуг, не замечаете. А мы всегда рядом.

— Это да, — ответил дракончик. — Сама-то что думаешь? Кто такой этот Макидарский король? Имя у него есть?

— Я слышала слово Онокрим, но имя ли это их короля или чье-то ещё, не знаю.

Гюнтер крепко задумался. Новости его нисколько не обрадовали. Он понял, что без помощи Кольриджа Дубогрива здесь никак не обойтись, поскольку, — было у дракончика такое очень сильное ощущение, — здесь не обошлось без чёрной магии. Как бы ни удивительно это звучало. Уже несколько веков никто не слышал о тёмных волшебниках. Давным-давно их всех истребили, когда люди из нескольких королевств объединились и нанесли их ордену сокрушительный удар. Замок, оплот тёмных, сровняли с землёй, их книги и всё, что было внутри, сожгли, а пепел отвезли в глубокую пещеру и обрушили туда вход.

«Неужели теперь кто-то из них вернулся?» — подумал дракончик. От ощущения опасности у него чешуйки на спине поднялись дыбом. Он огляделся. Так, словно здесь, в покоях Беатрис, что-то таилось по тёмным углам. Сказав Амелии, что ему нужно отлучиться по делам, и чтобы она оставалась здесь, Гюнтер покинул королевский дворец и направился к горе, внутри которой обитает волшебник Дубогрив.

Волшебника Дубогрива в пещере не оказалось. Гюнтер даже проникнуть в неё не смог: оказалось, что маг, покидая своё секретное жилище, закрывает вход в него с помощью заклинания. В результате проход «обрастает» огромными камнями, которые никому не под силу сдвинуть, как ни старайся, поскольку они под властью волшебства. Покружив над ними, дракончик собирался было вернуться в столицу, но неожиданно услышал тяжелые шаги.