Чтение онлайн

– И что делать.

– Скажу, чего не делать. Слышишь? А?

Дэна стало развозить, он поплыл в алкогольную нирвану.

– Да. Да...

– Никогда не сомневайся и прислушивайся к голосу своего сердца.

– Но как его услышать?

– Просто выключи голову...

Дальше - провал. То есть, переключение организма на автопилот. Коварно воздействие жидкости, именуемой в старые добрые времена: "аква вита". Очарование ситуации для Дэна в том, что он окунулся в мир пустоты, когда голова реально выключена, зато руки, ноги и язык что-то творят. Народ в "Шамбале" уже потешался вовсю и хохотал не стесняясь. Никакого цирка не надо.

За время нирваны Денис лишился своего новехонького Росинанта типа "ямаха", а в придаток и шлема. Вернулось в реальность сознание нашего героя, когда он подымался из придорожной канавы, тщась понять, где стороны света и где свет вообще. А в голове только и крутилось сквозь шум: "Забудь сомнение, слушай свой-ё-о-о с-е-е-ердце!.." И почему-то возбужденный человеческий гогот.

– Как это правильно, о, учитель!
– Воодушевленно гаркнул Дэн.

На душе было совсем-совсем благостно.

Саня Панцев

Итак, Дэн Кехано шагал по дороге во тьму и ощущал себя самым счастливым человеком на этой безумной планете. Хотя на самом деле бедолага, ярко выраженный продукт жизнедеятельности медиасферы очутился на самом дне жизни. Дно - прекрасная позиция для старта, правда Денис об этом не думал. Да, у героя нашего времени отжали его прекрасного Росинанта типа "ямаха", но ведь взамен гражданин получил просветление, а так же руководящую и направляющую линию (проще говоря: волшебный пинок) от гуру - и не где-нибудь, в самой Шамбале.

В Индию стремились Александр Великий, Наполеон Бонапарт и Адольф Гитлер. На этом вопросе вышеозначенные деятели и обломались, получив вместо Индии кой-что без масла, которое, впрочем, при наличии фантазии тоже можно обозвать пинком. А Дэн ехал туда всего-то полдня и провел в Стране Муд... ну, этих... рецов чудную ночь. Он общался с просветленными людьми, познавшими подлинную суть вещей, а так же имел рандеву с Учителем. Хотя бы ради этого можно отдать полцарства, а то и все без остатка. В конце концов, "ямаха" - всего лишь сборная железок. В отличие от человеческой жизни.

Дэн размышлял о своем светлом ангеле Оксане Федоровой и думал: что бы сия благородная дама сказала бы сейчас? Впрочем, для такой женщины даже великие подвиги какого-то там Кехано - сущие мелочи. Она ведь со звездами говорит, слышит божественною музыку небесных сфер. Что мы, господа, в сравненьи с той прекрасной дамой... А подвигов, к слову, еще не было.

Оно конечно, трещала башка. Зато разворачивал полотно радости рассвет, и новый день обязательно должен принести нечто такое... ну, от чего приходит удовлетворение. И случай вскоре подвернулся.

В лучах восходящего Светила двое усердно избивали третьего. Экзекуция творилась на невинной траве, блескучей от бусинок росы. Избиваемый был долговязым детиною с завидными усищами. Он не сопротивлялся. Парни горской наружности монотонно, будто они давят виноград, работали ногами, жертва покорно извивалась.

Ден, подобрав булыжник, резко его метнул. Герои не задумываются о последствиях, а творят. Камень угодил в бошку длинного. По счастью, он был недостаточно велик (в смысле, не усатый, а камень). Долговязый, схватившись за чайник, удивленно посмотрел на Дэна, после чего сник.

– Ты што, дядя? Испросил один из избивающих.

– А то.
– Решительно ответил Дэн.

– Шол бы своей дорогою што ль.

– Ах, ты, бусурманище недоразвитое.
– Укоряюще и как-то спокойно произнес Дэн. Он, сначала нелепо-медленно, но все ускоряясь, вонзился своим мыслящим местом в живот одного из экзекуторов, после чего тот осел и завопил благим матом. Дэн смело направился ко второму, так же размеренно возгласив: - Что, нерусь, и тебе хочется попробовать комиссарского тела?

Второму не хотелось. Он, ухватив напарника, пустился прочь. Дэн Кехано потерпел сокрушительную победу. Наш герой деловито приподнял спасенного и фигурально выразился:

– Бояться не надо. Они трогают только тех, кто боится.

Усатый, весь мокрый и абсолютно жалкий, сплюнул кровавую слюною и ответствовал:

– Вот, блин, ур-роды.

Наверное дальнобойщики в "Шамбале" верно поступили, свалив, едва мужики почуяли темную, непонятную силу в этом неуклюжем толстяке. Даму сердца всякого героя оскорблять не стоит, те более - публично. Так же выбрали правильную тактику те двое, что дубасили усатого. То есть, с такими лучше не связываться - это спиной чуют все, кто знает, почем фунт лиха.

Итак, первый подвиг совершен.

– Слушай...
– Сказал длинный, приглаживая усы.
– Ты зачем... дурак, что ль.

– Естественный поступок человека.
– Дэн снисходительно пропустил оскорбление мимо ушей.
– Надо же помочь униженному и оскорбленному.

– Ну, подлечили бы они меня. И все. Ты уйдешь - мы останемся. И тогда они меня уже побьют неподецки. Спаситель, блин.

– Я не блин, и вообще... любое резкое слово - выстрел в броню, которая отрекошетит в тебя же. И какой-то у тебя печальный образ, приятель.

– Станешь тут. Меня вообще Саня зовут. Панцев.
– Вместе с тем усатый рассудил: "На себя-то посмотри, породия на... ч-чорт, и кого же он так напоминает… Если я печален, твой образ навевает мысль о том, что русская нация перешла в стадию деградации..."

Саня Панцев поведал свою историю. Он задолжал нормальным пацанам (товарищам с Кавказа) энную сумму. Хотел заладить свое дело, не хватало разве что первоначального капиталу. Не заладилось. А пацаны поставили на счетчик. Одно дело - банк. Там хотя бы все по закону. А здесь - по божески, точнее - по-свойски. Саня думал, и так прокатит. То есть, выпишут звездюлей и отпустят с богом. Но здесь вмешался его величество случай. То есть, толстый обтянутый кожей дядька раскидал кредиторов и установил свои порядки.

Но что вышло - то вышло. У Сани семья и все такое. То есть, дети, жена, умеющая знатно пилить, и обязанности. Да еще и с бизнесом пролет. На одолжение приобрел партию яиц с целью выгодной перепродажи, а они оказались тухлые. В смысле, куриные яйца. Кинули партнеры, а одному, без крыши, супротив них не пойти. А может оно и к лучшему: подговорю этого громилу - он и организует наезд на кидал. Надо бы только втереться в доверие... Если честно, семья и надежда на благополучие обрыдли. Не все ведь созданы для простых земных радостей.