Чтение онлайн

Пока у меня есть возможность о чём-то расспросить Луиса я хочу воспользоваться ей.

– Луис? – нерешительно начала я и уже пожалела, но деваться некуда, он уже поднял на меня свои глаза. – Рамирес вообще говорил, что-либо обо мне там, в Лос-Анджелесе?

Да, вопрос глупый и возможно детский, но мне так хотелось узнать, что Рам мог рассказывать обо мне другу. Сердце забилось быстрее в ожидании ответа от Лу, и я почувствовала, как жар прилил к щекам.

– Тебе правду? – он хотел отпить кофе, но после моего вопроса улыбнулся сжатыми в тонкую линию губами и убрал от лица кружку.

– Да.

Лу оглянулся за мою спину, проверяя нет ли его друга где-то поблизости.

– Он полюбил тебя ещё с того момента, как ты пришла работать в корпорацию, но знаешь. – Луис запнулся и нервно провел пальцами по дну кружки. – Ты ведь знаешь, да? Что было тут в Испании?

Понятное дело, что Луис был осторожен в своих словах. Если бы Рамирес не рассказал мне правды про уличные гонки, подставу Криса, трагическую историю смерти Начо, то истерика, что была пару дней назад от этой информации, произошла бы сейчас. Поэтому я поспешила утешить его тем, что я в курсе событий, происходящих тут три года назад.

– Да. – подтверждая свой ответ я согласно кивнула.

– Замечательно. – лёгкая улыбка тронула его губы, и он поднял на меня свой взгляд. Было непривычно видеть Луиса таким озадаченным. – Это упрощает задачу в объяснении-почему Рам перестал доверять людям, ну а признаться в чувствах для него личная проблема. Особенно, когда он никогда ни в кого не влюблялся. По крайней мере пока этот ворчливый дед является моим другом я не припомню серьёзных чувств. – на лице Луиса снова светится широкая улыбка и он подносит к губам кружку.

Я не получила конкретного ответа, что Рамирес рассказывал обо мне своему лучшему другу, но слов Луиса вполне хватило для того, чтобы я поняла серьёзность наших с ним отношений. Пульс начал возвращаться к обычному ритму, и я расслаблено сделала шаг назад, чтобы опереться о кухонную тумбу, но уперлась в теплое и уже знакомое мускулистое тело.

– За ворчливого деда ты можешь остаться без своих белоснежных зубов, и твоя улыбка станет менее привлекательной, ты знаешь это? – голос Рама прозвучал над моим ухом, а его руки обвили мою талию.

Луис усмехнулся и убрал кружку от губ.

– Ну я же по факту сказал. Ты даже сейчас ворчишь, а дед, ну ты в этой комнате самый старый. – улыбка стала настолько широкой, что какой-нибудь стоматолог мог бы похвалить Луиса за его белоснежные и ровные зубы.

– Ты меня младше на год, и вообще для своих двадцати шести я неплохо сохранился. – язвительно сказал Рам и одним движением подкинул меня на руки, заставив меня инстинктивно обхватить его шею.

– Смотри, чтобы спину не прихватило. – пошутил Луис и прошёлся по кухне, чтобы отправить кружку в раковину.

Мы посмеялись от язвительной шутки Лу и вышли на улицу. Луис шагал впереди, а Рамирес всё ещё крепко удерживая меня в своих руках, медленно тянулся за ним и терпел мои подразнивающие поцелуи в колючую щёку.

Луис уже запрыгивал в свою жёлтую тайоту, когда Рамирес аккуратно поставил меня на ноги. Убирая руку с его шеи, я задержала взгляд на машине Рамиреса.

– Кстати, откуда эти тачки? – спросила я, возвращая взгляд к лицу Рама.

– Нравятся? – ухмыляясь спросил Рам окидывая взглядом свой красный митсубиси эклипс. – На этой малышке, я гонял по дорогам Барселоны с того момента, как прилетел в Испанию после Оксфорда.

Теперь по спорткару прошёлся и мой взгляд. Было видно, что машина носила в себе какую-то историю: правое крыло было чуть помято, краска в некоторых местах слазила, а по порогам уже пошла ржавчина.

– Стоп, ты же говорил, что у тебя не было денег? Как ты позволил себе такую машину?

– Денег не было, а любовь к гонкам была. Выиграл. Были бы у меня деньги я бы не изменял своей любви к хондам.

– Тебе бы стоило заняться своей любовницей, у неё ржавеют пороги, и она явно нуждается в перекраске. – я подняла голову, чтобы посмотреть на Рамиреса и встретилось с его серыми, прищуренными от солнца, глазами.

– Боги, Джоан, в который раз я убеждаюсь, что сорвал джекпот. Когда ты говоришь так про машины мой мозг отключается, а член болезненно дергается под джинсами. – его губы растягиваются в ухмылке, и он наклоняется, чтобы поцеловать меня.

Он осторожно открыл мои губы своим языком, его движения были медленными и до безумия сексуальными. Он проникал в мой рот глубоко и страстно, но в тоже время нежно и аккуратно. Когда он отстранился я даже не сразу смогла открыть глаза и сфокусировать взгляд на его лице. Словно он только что нежно взял меня прямо тут этим поцелуем.

– Не скучай, принцесса. – оставив еще один поцелуй, но уже быстрый на моих губах Рам оторвал руку от моей талии. Я любовалась его широкой спиной, когда он начал отдаляться и идти к машине, на ходу отправляя непослушные пряди волос назад.

Заметив, что Рам садится в машину Луис завёл свою тайоту и я поняла, что сейчас они снова будут устраивать гонки.

Так и случилось. Спорткары сорвались с места пронеся по округе оглушительный вой моторов. Я улыбалась смотря, как они растворяются вдали и исчезают за поворотом.

Но улыбка не задержалась на моём лице долго, ведь я понимала, что настало время для того, что я старательно оттягивала по прилёту сюда-поход домой. Когда мы с мамой улетали в Америку я в спешке собирала чемодан и не взяла многих значимых для себя вещей. Настало время их забрать и заодно встретиться с отцом.

Может он изменился? По крайней мере я очень хочу в это верить.

Когда машина несётся вперёд на бешенной скорости, адреналин кипит в венах, а уши болезненно обдувает ветер от холода многие концентрируются на дороге и отключают мозг.

У меня же в момент гонки он работает на турбо режиме. Бесконечный поток мыслей струится в моей голове, и я ничего не могу с этим сделать.

Мы с катастрофой провели замечательную ночь на пляже. Святой ад, да я мечтал об этом с тех пор, как впервые увидел её. Да, как и положено нормальному парню я должен каждую секунду думать о том, что наши отношения вышли на другой, более интимный уровень и всё такое, но чёрт, мои мысли сейчас слишком далеки от этого.

Катастрофа залезла мне в душу и безжалостно перевернула каждую её гребаную часть. Нет, я совершенно не против этого, но я не привык к тому, что теперь задумываюсь о вещах, которые ни разу в жизни не посещали мою голову.