Чтение онлайн

– Джоан? – спрашиваю я, слегка сведя брови к переносице. В моём тоне сквозит явное недоумение.

Заметив, как она начинает нервно прикусывать нижнюю губу в моей голове начинает закрадываться мысль, что мы не уйдём из этого дома прямо сейчас.

– Рам, я ведь пришла сюда не просто так. – взгляд Джоан медленно прошелся от пола к моим глазам. – Мне нужно забрать свои вещи.

Вещи?! Какие нахрен вещи стоят того, чтобы получить по лицу от пьяного отца?!

Вспомнив силу, которая была собрана в кулаке отца Джоан, когда он хотел ударить её я почувствовал, как начинаю раздражаться. Как же мне хотелось врезать по морде этой пьяной свинье, чтобы он прочувствовал ту боль, которую предназначал для своей дочери. От этих мыслей у меня невольно дернулись пальцы на руке.

– Ты пришла сюда, чтобы забрать. – я поджал губы в узкую линию и пальцами сжал переносицу, но всё же продолжил. – Вещи?

Поняв упрёк в моём тоне Джоан тут же выпрямила спину и недовольно скрестила руки на груди.

– Да, а что, прости, в этом плохого? – склонив голову в бок спросила катастрофа.

– Ты понимаешь, что рисковала, когда шла сюда? – я сделал шаг к Джоан. – Ты понимаешь, что бы было не появись я тут вовремя? – ещё один шаг и теперь нас разделяет несчастный десяток сантиметров. – Этот придурок врезал бы тебе так, что твоё сознание попрощалось с тобой на ближайший час, если не два. Ты это понимаешь?! – повышая тон на каждом слове выпалил я.

Чувство от того, что произошло в следующую секунду я хорошо помнил ещё с Лос-Анджелеса. Правая часть лица начала неприятно гореть, а пряди волос обрушились на моё лицо. Джоан влепила мне звонкую пощёчину. Снова.

– Этот придурок — это мой отец. И каким бы он ни был я его люблю, понимаешь? Хотя, нет, ты своего и вровень себе не ставишь. Как я уже говорила все ошибаются и мой отец тоже не святой. – с этими словами она начала уходить, и я мог слышать её отдаляющиеся шаги по скрипучему полу.

Стиснув крепче челюсти до неприятной боли в зубах, я хотел возразить катастрофе, сказать, что это слепая любовь и прочую херню, но быстро осознал, что почти ничего не знаю о её семье.

В последние дни мы так много обсуждали меня и мои проблемы, что я ни разу не поинтересовался у Джоан, что твориться у неё в семье? Что заставило её переехать к матери в Лос-Анджелес? Как она жила тут? Почему её отец начал так пить или это было с самого детства?

За одну минуту в моей голове сформировалось много вопросов на которые я хотел получить ответ, а потому двинулся вслед за Джоан, но проходя мимо дивана бросил мимолётный взгляд на её отца спящего у подножия дивана.

Хотя, ладно, ответ на вопрос, что заставило её переехать к матери я в принципе понимаю.

Поднявшись на второй этаж, я заметил несколько дверей, пара из них закрыты, а вот одна приоткрыта и оттуда отчётливо доносятся ворчания Джоан. Я двинулся к ней.

Стоило мне шире открыть дверь и заглянуть внутрь, как мои губы непроизвольно изогнулись в улыбке.

Комната типичной девочки-подростка: на стенах хаотично развешаны плакаты поп-групп, и они гармонично смешиваются с множеством ярких фотографий, сделанных на полароид. Под потолком волнами висит потушенная в данный момент неоновая гирлянда, а окна, в жесте протеста солнцу, закрыты роль-шторами.

Мои глаза переключаются на небольшой письменный стол, на котором воцарился полнейший хаос и скользя дальше по комнате находят выпяченную назад задницу Джоан, которая копается в нижней полке шкафа и что-то увлечённо ищет.

Прислонившись к дверному проёму и скрестив руки на груди, я чувствую, как внизу становиться больно от того, как аппетитно выглядит попка катастрофы в этой её юбке. Моя голова склоняется в бок, когда она начинает двигать бедрами и от возбуждения я прикусываю нижнюю губу.

Моя ухмылка быстро гаснет, когда меж её ног появляется перевернутый средний палец.

– В какой раз я наблюдаю за тем, как мне показывают фак и ничего с этим не делаю? – закатывая глаза я отлипаю от дверного косяка и медленно подхожу к Джоан сзади.

– Как минимум во второй. – голос Джоан звучит приглушённо, ведь её голова внутри шкафа.

Не одна Джоан умеет быть дерзкой и брать инициативу в свои маленькие ручки, и я решительно намерен ей показать, что у каждого действия есть последствия. Правда в её случае они приятные.

Разрезая воздух, моя ладонь опускается вниз и ложиться на прикрытую трусиками киску Джоан, и я чувствую, как резко она напряглась. Уголки моих губ приподнимаются в лёгкой ухмылке.

– Рамирес! – разгневанные нотки сочатся в тоне Джоан, когда она начинает выглядывать из шкафа.

Я хотел, чтобы она прокричала моё имя, но чуть иначе.

Не обращая внимания на гнев катастрофы я провожу средним пальцем по ощутимой, прямой линии на её белье. Её тело чертовски приятно отвечает мне, ведь ткань становится влажной.

– Рамирес. – уже тише, но всё ещё с недовольством проговаривает Джоан оглядываясь в этот момент на меня.

– Да-да? Что-то не так, принцесса? – не убирая руки я склоняю голову в бок, чтобы встретиться взглядом с Джоан.

Её рот начинает открываться, чтобы выпалить какую-нибудь фразу в стиле «Прекрати», но мой большой палец поддевает линию её трусиков и оттягивая в сторону дает возможность провести средним пальцем по влажной и теплой плоти. Её губы округляются от немого стона, когда я делаю небольшое круговое движение на её клиторе.

Пародируя движение её рта, я вскидываю вверх брови смотря на закатывающиеся к потолку глаза Джоан.

– Ты хочешь, чтобы я прекратил, да? – спрашиваю я и ускоряю движение пальца по её чувствительной точке.

– О, чёрт. – вдыхая выдавливает Джоан. – Нет, продолжай, пожалуйста.

Её слова, её тонкий от тихих стонов голос, её резкие вдохи воздуха — это грёбаный афродизиак для меня, от которого мой член стоит колом и упирается в жёсткую ткань джинсов. Когда её киска стала мокрой настолько, что мой палец легко скользил по её слизистой я начал вводить его внутрь.

– О, боги, принцесса, ты невероятно мокрая. – подметил я, когда почувствовал, как её смазка стекает на мою ладонь.

Движения из нежных и аккуратных переходят в более резкие и глубокие, когда я замечаю, как Джоан прогибает спину и движется бедрами на встречу моей руке, насаживаясь на пальцы, которых теперь в ней два.

– Рам…- стонет она. – Рамирес! Дьявол, да! – громким шёпотом кричит она и хватает первую попавшуюся под руку вещь из шкафа, чтобы закрыть себе рот.

Да, не этично и чертовски по-подростковому делать такие вещи, когда на первом этаже спит отец Джоан, но, честно говоря, в этот момент это последнее, о чем я сейчас думаю. Все мои мысли заняты тем, как удержать свой член в джинсах и не взять катастрофу прямо тут.