Чтение онлайн

Пока мои пальцы продолжают вдалбливаться в киску Джоан, вторую руку я ложу на её попку и мягко сжимаю. Её ноги начинают заметно дрожать, и я понимаю, что финишная черта её удовольствия уже совсем близко. Звонкий, но нежный удар моей ладони по её ягодице разноситься по комнате, и я ускоряю темп пальцев. Джоан крепче прижимает какую-то тряпку ко рту и несмотря на дрожь в ногах продолжает насаживаться на мои пальцы.

Минута и приглушённый стон наполняет комнату.

Уперев ладони в полки шкафа, Джоан опустилась на колени всё ещё приводя в норму своё сбившиеся от стонов дыхание.

– Это было нечестно. – с усталым весельем в голосе сказала она. – И ты сумасшедший, внизу вообще-то мой отец.

– Ой, прости, а показывать мне фак и соблазнять своей сексуальной задницей честно по-твоему? – саркастически спросил я и поцеловав Джоан в волосы начал идти в середину комнаты.

Мои глаза быстро забегали по десяткам фото на стене. Я задерживал взгляд на некоторых из них. Например, на той, где лицо Джоан полностью испачкано в крем от торта, который она держит в руках, а рядом с ней смеётся Ан и показывает пальцем в сторону катастрофы. Или на той, где Джоан стоит, широко расставив ноги, взгляд исподлобья устремлён в камеру, руки скрещены на груди, а на шее висит красный ремень, который удерживает чёрно-белую электрогитару. Внизу фото была приписка белым маркером.

Мне 10 лет, первая тусовка в доме Андреа.

Мои губы дернулись в полуулыбке, когда я подумал, что эта десятилетняя малышка тогда даже не подозревала, что в тот момент её будущий парень уже совершеннолетний и пересекает океан, чтобы учиться в одном из престижных университетов мира.

Провожая мысли о нашей разнице в возрасте с Джоан, я поворачиваю голову в бок, чтобы посмотреть остальные фотографии.

Чёрт.

Я сразу же закрываю глаза и опускаю голову вниз. Мои губы плотно сжались, и я ощущаю, как в задней части горла начинает неприятно болеть от давящего чувства вины. Нерешительно открывая глаза, я снова смотрю на фотографию, которую увидел пару секунд назад.

С неё на меня смотрит своими жизнерадостными и слегка прищуренными глазами Начо. Он такой же каким я помнил его все эти годы. Широкая улыбка обнажает зубы, а его кудрявые волосы хаотично спадают на лицо и достают до кончика носа. Крепкая рука обнимает Джоан за плечо и прижимает к себе.

Я не хотел, я правда не хотел, чтобы все так случилось. Я пытался помочь тебе. Вытащить из той грёбаной машины. И у меня получилось это, я держал в руках твоё бездыханное тело даже не осознавая этого. Твою мать. Если существует эта дебильная загробная жизнь и прочая херня, если ты можешь меня сейчас услышать, то прости меня. Я знаю, что это глупо, но просто прости.

Сердце в груди болезненно защемило, когда я мысленно обратился к Начо. Кончики моих пальцев слегка дёрнулись, встретившись с шершавой поверхностью фото.

– Ты же знаешь, что это не твоя вина. – тёплая ладонь Джоан легла на мою спину и начала утешительно водить по ней.

Ещё на несколько секунд я задержался взглядом на фотографии, а после, слегка дернув головой, посмотрел на катастрофу. Уголки моих губ лениво поползли вверх, когда я смотрел в её глаза. Моя рука обвила её талию, и я прижал Джоан к себе, словно ища какое-то дополнительное утешение в её объятиях.

– Знаю, но это всё равно тяжело, принцесса. – я заправил за ухо прядь её волос, которые зацепились за её ресницы и поцеловал в лоб.

Проведя рукой от тонкой талии к плечам, я заключаю её голову в плен своей груди и подбородка.

– Как думаешь, он был бы рад, что ты нашла себе такого парня, как я? – спрашиваю я Джоан и снова смотрю на фото Начо.

– Ты имеешь ввиду был бы он рад тому, что я отдала своё сердце ворчливому, серьёзному, платиновому шкафу? – с насмешкой спрашивает Джоан.

– Шкафу? – я отстраняюсь, но ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Ну… - она раскидывает руки в стороны, её глаза расширяются, а потом она пытается обхватить пальцами мой бицепс, привстав на носочки. – Да, шкафу. – подытоживает она и вновь разводит ладони в стороны, поджимая плечи и усмехаясь.

Я улыбаюсь от того, что она сравнивает комплекцию моего тела с шкафом, но ещё один вопрос невольно возникает в моей голове.

– А платиновый-то почему? – мои брови сводятся в непонимании. – Ну, точнее причем тут платья?

Губы Джоан сужаются в одну линию и мигом расплываются в улыбке. Она начинает краснеть от того, как пытается сдержать смех.

– Рам. – выдавливает она и краснеет, ещё сильнее прижимая ко рту ладонь.

Я вскидываю брови вверх в немом вопросе.

– Какие платья? Я имела ввиду волосы. Платиновые волосы, Рам. – договаривает Джоан и её смех вырывается наружу.

Твою мать. Как я не понял сразу? Выставил себя тупым дураком.

Я сдержал смешок и попытался посмотреть на Джоан серьёзным взглядом, но это получилось не очень правдоподобно, что она сразу же и заметила. Катастрофа наигранно свела брови к переносице и надула губы, после чего снова рассмеялась.

– Да ладно тебе. – игриво стукнув меня в грудь она вновь вернулась к хаосу, который устроила ранее в поисках необходимых её вещей.

Я прикусил губу, когда снова посмотрел на её отведённую назад задницу и прогнувшуюся спину.

О боги, нет. Надо срочно на что-то отвлечься иначе я трахну её прямо тут и мне будет глубоко плевать кто ещё есть в этом доме.

Я прохожу к письменному столу и мой взгляд сразу же привлекает рисунок, который небрежно лежит на его поверхности, прижатый остро заточенным карандашом и потрёпанным ластиком. Аккуратно я освобождаю его из плена письменных принадлежностей и беру в руки.

На рисунке простым карандашом изображена сидящая за столом девушка. Глядя на неё, я начал находить сходства с внешностью Джоан: той же длины волосы, тот же стиль одежды, черты лица. Над ней возвышался крупный силуэт, судя по рельефности мышц на руках, которыми он обнимал её плечи — это был мужчина. Его руки сложились одна на другую под её подбородком, и он положил свою голову на её макушку. Вокруг пары была белая и тонкая обводка, а дальше серая дымка на весь лист.

Мне сразу же стало интересно, угадал ли я, что на рисунке Джоан? И если да, то кто её целует? Ах, да, ещё вопрос-почему у мужчины не прорисовано лицо?

– Джоан. – позвал я её, не отрывая глаз от бумаги. – А кто это? – взяв рисунок в одну руку я показал его Джоан.

– Это. – она выпрямилась, отрываясь от складывания вещей в рюкзак. – я.

Ухмылка заиграла на моём лице, но быстро ушла. Если это Джоан, то какой идиот так спокойно кладёт свой подбородок на её голову? Мои пальцы сильнее стиснули край рисунка.

– А это Габриель? – клянусь, я думал, что забыл имя этого её ублюдка-бывшего, но слова сами вылетели из моего рта.

Джоан склонила голову вбок и вскинула брови, как будто спрашивая дурак ли я?