Чтение онлайн

Он был для нее как старший брат, в сейчас Амелия хочет Османа так же, как меня. Или больше? Стараюсь не варить это у себя в башке.

Не верю, — отвечает, затянувшись дымом. — Готов к последствиям. Теперь нам придется рамсить не только с Русланом, но и с Маликой. Еще есть ее папаша, — напоминает Осман. Ситуация патовая. И как быть с Амелией? — спрашиваю. — Мы должны ее обезопасить. Да, — кивает Осман. — Предлагаю отвезти Амелию к дяде, а сами займемся Русланом.

М-м, мне нравится, как мыслит мой брат. Ублюдок не ожидает, что мы вломимся к нему вот так, когда уже нет эффекта неожиданности.

— Нам нужны люди, — смотрю, как сгорает сигарета в пальцах. — Чтоб ее защитить, и чтоб этого гада грохнуть.

Мы не будем его убивать, — качает головой Осман. Ты решил понять и простить? — усмехаюсь, чувствуя, как загораюсь изнутри. Я решил вернуть себе свое доброе имя. Быть отцеубийцей — это самый страшный харам. И если кто и знает, что с нами произошло в ту ночь, то это наш "дорогой" брат. Мы прижмем его и будем добиваться правды.

Звучит как план. Других вариантов у нас все равно нет. Можно, конечно, перерезать ублюдку горло как барану, но тогда нам придется бегать всю свою жизнь, всю жизнь иметь на руках кровь родного отца.

— Я с тобой, брат, — подаю ему руку.

Мы с ним связаны навсегда. Судьба нам обоим быть с ней. Мактуб.

Тогда я начну решать дела, а ты останься с ней до вечера. Ты уверен, что сейчас стоит разделяться? — сомневаюсь. Время работает против нас. Так будет быстрее, — резонно возражает.

Вдруг дверь домика приоткрывается, и на пороге появляется испуганная Амелия, завернутая в одеяло.

Холодно, — улыбается Осман, вмиг поменявшись. — Ты чего встала? Я вас не нашла, — проговаривает тихо. — Думала, что что-то случилось.

Мы оба готовы броситься к ней, зацеловать, обнимать нежно, ласкать до громких стонов, но тем не менее первым возвращаюсь в домик.

Обнимаю, беру на руки, чтоб не стояла босая на холодном полу.

Первый раз за последние шесть лет я чувствую себя счастливым. Держу свое счастье на руках.

Я не знаю, как мы будем дальше — просто хочу быть с ней, хочу, чтоб ей было хорошо.

Мы останемся вдвоем. Вот только никакой договоренности у нас с Османом нет. Мы можем быть с ней только вдвоем? Я не уверен, что сдержусь. Меня плавит от нее. У меня кровь кипит. Я бухой от этой возродившейся первой любви.

Осман проходит мимо нас. Его взгляд говорит о многом, но брат ничего не говорит.

Подходит к печке, добавляет дров, чтоб стало теплее, ставит чайник.

Сажусь вместе с ней на кровать, которая еще даже толком не остыла от нашей страсти.

Как ты? — спрашиваю тихо, любуясь ее прекрасными глазами. — Выспалась? Температуры нет?

— Все хорошо, — выдыхает едва слышно и прижимается своим лбом к моему. — Осман, ты можешь подойти?

Осман подходит, опускается на колени рядом с кроватью, берет ее за руку. Смотрит влюбленно, и я понимаю, что для него Амелия — тоже все.

— Осман, как твоя рука? — спрашивает с беспокойством, глядя на его повязку.

Все хорошо, принцесса, — царапина, улыбается ей. — Мне нужно сьездить за антибиотиками, ты останешься с Бахой.

— Как ты поедешь с такой рукой? — пугается. — Ты же ранен.

Она смотрит обреченно. Не хочет его отпускать.

Амелия все изменила. Изначально нам хотелось только свободы и крови Руслана. Теперь ее и справедливости, чтоб любимая женщина была уверена в том, что мы не убийцы.

— Я люблю вас, — вдруг проговаривает. — Вас обоих. Хочу, чтоб знали, пока мы еще вместе.

АМЕЛИЯ

Я хватаюсь за них обоих. Мне так страшно отпустить, что сплетаю наши пальцы до боли.

Горячие губы Бахтияра прижимаются к моей шее, а Осман целует мои колени, отодвинув край одеяла.

Бахтияр поворачивает мое лицо к себе и впивается в губы поцелуем. Его язык проникает мне в рот. Я чувствую вкус пряного курева. Запутываю пальчики в его вьющихся волосах.

Сгораю в их руках и надеюсь удержать таким образом.

С трудом отрываюсь от одного брата и сама целую второго. Осман целует иначе. Чуть менее страстно, но так присваивающе. В его поцелуях чувствуется опыт.

Они такие разные, но безумно дороги мне.

— Любимая моя, — хрипло шепчет Осман. — Я так тебя люблю. Так хочу. Но тут все опаснее с каждым часом. Мне нужно решить кое-что.

Хватаюсь за него, чувствуя боль от пореза на ладошке.

Осман, поклянись мне, что вернешься, — умоляю его. Конечно, вернусь, — Целует мои пальчики нежно. — Куда я денусь. Скоро все будет хорошо. Удачи, брат, — говорит Бахтияр. — Я о ней позабочусь. Будь на связи, ладно? Буду, — бросает мой бородатый великан и поднимается на ноги. — Если что, увози ее, спасай.

От его слов кровь стынет в жилах. Опять меня обжигает таким животным страхом, что аж волоски на руках встают дыбом.

— Я никуда без тебя не поеду, — почти бросаюсь в слезы, пока Осман одевается. — Ты же поклялся.

Осман, уже одетый, подходит ко мне, обнимает лицо пальцами и тихо проговаривает: — Я всегда к тебе вернусь, но пока твой страж — Баха. Делай все, что он говорит. До встречи, любимая.

Жадно целует меня. Голова кружится от этого поцелуя.

Он уходит, и Бахтияр закрывает за братом дверь, пока я до последнего смотрю ему вслед.

Сижу на кровати голая и обнимаю свои коленки. Меня опять окатывает жаром.

Прячу лицо в коленки и стараюсь не расплакаться.

— Эй, Амелия, — Бахтияр опускается на пол передо мной и обнимает. — Все будет хорошо. Скоро все это закончится.

Почему мы не поехали все втроем? — поднимаю на него глаза. — Разве так не безопаснее — быть всем вместе?

— Нет, — качает головой. — Так Осману безопаснее. Нам нужны еще люди. И оружие. И о тебе тоже нужно договориться.

Я тебя не понимаю, — Мне не нравятся его последние слова. — О чем договариваться? Мы хотим прижать Руслана, — объясняет, поглаживая мои коленки. — Он точно знает, что случилось той ночью. Вероятно, он все это и подстроил.

— Я буду с вами. Мне тоже нужно все это знать, — спорю с ним.

— Хорошо, — соглашается слишком быстро и пытается перевести тему: — Давай я заварю тебе чай? Ты еще не совсем здорова.

— Бахтияр, поклянись, что я буду с вами, — почти требую.

Разлука с ними — это самое ужасное, что может быть, и неважно, что не с ними мне будет безопаснее.

ОСМАН

Я покупаю все необходимые лекарства и перевязочные материалы и прямо в салоне делаю себе укол антибиотика. Выдыхаю.