Чтение онлайн

Она посмотрела на Анаис, её взгляд был холодным.

— Если хочешь пойти, это твой выбор. Но если что-то пойдёт не так…

— Всё будет хорошо, — сказала Анаис, не дав ей закончить.

Саариэль кивнула, принимая её решимость.

— Тогда выступаете на рассвете.

Воины разошлись.

Ночь окутала лагерь, и звёзды, словно тысячи крошечных глаз, следили за каждым движением обитателей. Анаис стояла у кромки лагеря, глядя на пустыню, окутанную звёздным светом. Её мысли витали далеко, но её внимание привлекли шаги.

Кайан подошёл сзади, его силуэт выделялся на фоне ночного неба.

— Не спишь? — спросил он.

— А ты?

— Не спится, — ответил он, подходя ближе.

Он встал рядом, его плечо почти касалось её. Молчание повисло между ними, но оно не было неловким.

— Почему ты это делаешь? — наконец спросил Кайан.

— Потому что должна, — тихо ответила она.

Он посмотрел на неё, его глаза пытались прочитать что-то в её выражении.

— Ты слишком храбрая. Это тебе не на пользу, — произнёс он, пытаясь смягчить серьёзность момента.

Анаис улыбнулась, но в этой улыбке была грусть.

— Бояться, значит быть живым.

Кайан чуть придвинулся ближе, но не решался дотронуться.

— Если ты погибнешь… я не смогу этого пережить, — его голос стал едва слышным.

Она повернулась к нему. Их лица были совсем близко.

— Когад ты рядом, мне кажется что я почему-то, со всем сравлюсь. — прошептала она, её глаза встретились с его взглядом.

На мгновение казалось, что он хочет коснуться её лица, но Кайан сдержался, лишь глубже вдохнув.

— Так и будет.

Их руки почти соприкоснулись, но он отступил на полшага, словно от страха пересечь границу.

— Пусть ночь будет тихой, — сказал он, тихо добавив: — Завтра нас ждёт сложный день.

Тем временем, Мейра спорила с Саариэль. Её лицо было напряжённым, а голос дрожал от подавленных эмоций.

— Ты не можешь мне запретить! — резко произнесла она, с вызовом глядя на Саариэль. — Я должна пойти с ними. Моя магия может спасти жизни.

Саариэль не двинулась с места, её поза оставалась спокойной, но в голосе зазвучала сталь:

— Ты думаешь только о битве, но забываешь, что на кону гораздо больше. — Она перевела взгляд на стены храма, освещённые тусклым светом. — Твоя магия нужна здесь. Если артефакт света действительно существует, он может изменить весь ход войны. Ты обязана найти его, ради всеобщего блага.

Мейра вздрогнула, сжала руки в кулаки, её взгляд метался между Саариэль и дверьми.

— А если я останусь, и артефакта здесь не окажется? Если это просто… иллюзия?

Саариэль встретила её взгляд, её голос стал мягче, но не потерял твёрдости:

— А если окажется? Мы не можем позволить себе такую ошибку. Если ты уйдёшь и с тобой что-то случится, это будет напрасной жертвой. Никто не сможет его больше найти.

Мейра молчала, её плечи слегка поникли. Внутри неё разгоралась борьба, но она понимала, что лидер права.

— Хорошо, — наконец произнесла она, её голос был полон горечи. — Я останусь.

Саариэль шагнула ближе и положила руку ей на плечо.

— Ты нам нужна, Мейра. Не забывай об этом. — Её голос смягчился, и в глазах промелькнула искренняя забота.

Мейра опустила голову, чувствуя, как тихий гул в её груди отдаётся болью. Она не могла избавиться от ощущения вины, которая преследовала её день за днём, когда она продолжала прятаться за магией невидимости. Каждый раз тогда, проходя по лагерю и наблюдая за измождёнными лицами, за теми, кто терял близких, она спрашивала себя: сколько ещё?

Она пыталась убедить себя, что скрывать свою силу — необходимость, что её дар нужно приберечь для решающего момента. Как говорила Саариэль, пряча ее.

Воспоминания вспыхнули перед её глазами, как далёкий и болезненный огонь. Она снова услышала треск горящих домов, крики, от которых стыла кровь. Увидела лица родителей, искажённые страхом, но полные решимости.

— Прячься, Мейра, — прошептала мать, укрывая её в подземной нише. Её руки крепко обняли дочь в последний раз, а затем исчезли, закрыв за собой двери.

Она была голодной. Слабой. Несколько дней пряталась, пока запах пепла и смерти заполнил всё вокруг. Когда Саариэль нашла её, шаги казались эхом из другого мира.

— Ты выживешь, — сказала Саариэль тогда, обнимая её хрупкое, дрожащее тело. — Ты должна.

Ранним утром, когда первые лучи солнца прорезали горизонт, небольшая группа во главе с Кайаном покинула лагерь. Анаис шла среди них, её взгляд был устремлён вперёд, но мысли блуждали в неизвестности.

Барханы в лучах рассвета раскинулась бескрайним ковром, пески блестели, как осколки разбитого стекла. Ноги зябли в песках, которые казались живыми, словно пытались задержать путников.

Зеран и Харон, шедшие рядом, тихо переговаривались о предстоящем пути.

— Если нас заметят на дальних рубежах, до каравана мы можем и не дойти, — сказал Зеран, проверяя ремни на своём оружии.

— Заметят или нет — это уже не имеет значения, — ответил Харон. — Выбора у нас всё равно нет.

Кайан, идущий впереди, молча слушал. Его взгляд был сосредоточенным, а тело напряжено, как струна. Анаис заметила, как его рука раз за разом косалось рукояти меча.

Каждый из воинов держал оружие наготове, их фигуры словно тени скользили по песчаным барханам. Пустыня растягивалась бескрайним морем, где каждый шаг утопал в жаре и тишине. Кайан, возглавляющий отряд, двигался бесшумно, словно хищник. Его лицо было высечено из камня — холодное, сосредоточенное.

— Как далеко ещё? — нарушил тишину Харон, тяжело дыша и стирая пот с лица.

— Два дня, — ответил Зеран, его голос звучал сухо, как песок под ногами.

— Два дня… и ни капли вина, — пробормотал Харон, пытаясь оживить напряжение.

Смех, робкий и короткий, вспыхнул среди воинов, но быстро угас. Они знали: впереди их ждало больше, чем жажда.

Дорога истощала даже самых крепких. Вода в бурдюках убывала быстрее, чем они могли себе позволить. Анаис чувствовала на себе взгляды в тени сомнений.