Кайан: Последняя любовь
Шрифт:
— Какая сила удерживает это? — его голос звучал хрипло, но в нём не было явной враждебности, только беспокойство.
—Подарок света, — раздался голос Харона, стоявшего неподалёку. Его лицо выглядело измученным, но взгляд оставался твёрдым. — Магия, которую поддерживает Мейра, последний маг света. Она защищает тех, кто приходит сюда без зла в сердце.
Старший кочевник оглянулся на своих людей, которые стояли позади, явно колеблясь. Он протянул ладонь к барьеру. Свет окутав её, обдал теплом, но не причинил боли. Мужчина нахмурился, затем убрал руку и молча оглянулся на своих людей. Они, словно ведомые его молчаливым разрешением, начали двигаться вперёд, пересекая границу купола.
Когда последний из кочевников вошёл, Кайан отступил в сторону, давая им место.
— Мы с благодарностью принимаем вашу защиту, — произнёс старший, не опуская глаз.
Внутри лагеря жизнь кипела. Усталыми, но радостными голосами люди приветствовали возвращение отряда. Кто-то тихо выдохнул, увидев мешки с провизией, кто-то радовался знакомым лицам. Только свет магической сферы, казалось, оставался неизменным, его спокойное сияние отражалось на каменных стенах храма и песке.
Саарэиль шагнула вперёд. Её глаза блестели в полумраке, останавливаясь на каждом новоприбывшем.
— Кто они? — её голос прозвучал твёрдо, как удар камня о камень.
Кайан выступил вперёд, его взгляд встретился с её.
— Кочевники. Они напали на нас.
— Напали? — её тон стал ещё холоднее. — И ты решил привести их сюда?
— Мы заключили союз, — ровно ответил он, глядя прямо ей в глаза. —Мы можем им доверять.
Саарэиль молчала несколько секунд, словно взвешивала каждое слово.
— Откуда тебе это знать?
— Он не может знать, но сфера иначе не впустила бы их, — ответила Мейра, стоявшая немного в стороне. Её голос был мягче, но не менее уверенным. Она подошла ближе. — Эта магия защищает только тех, кто приходит без зла. Если они здесь, значит не таят злых умыслов.
Саарэиль перевела взгляд на старшего кочевника, пристально рассматривая его, словно пытаясь заглянуть в душу.
— Я буду за вами наблюдать, — сказала она холодно.
— Делайте, как считаете нужным, — ответил он с лёгким поклоном. — Мы не хотим приносить беду.
Разгрузка началась немедленно. Отпустив чудовищ, таскавших повозки. Воины сопротивления и кочевники, несмотря на усталость, вместе переносили мешки с водой и провизией к общим запасам. Иногда взгляды пересекались — настороженные, недоверчивые, но всё же молчаливые.
— Они боятся, — тихо сказала Анаис, оказавшись рядом с Кайаном.
Он медленно кивнул, глядя на усталых людей.
— Боятся, потому что привыкли выживать. Такие страхи — самые опасные.
Она перевела взгляд на храм.
— Но они пришли сюда, несмотря на этот страх. Может, в этом их сила.
Кайан посмотрел на неё. В её голосе звучала искренняя надежда, и, возможно, она была права.
Когда ночь окончательно вступила в свои права, Саарэиль встретилась с Кайаном в одном из залов храма. Сияние магической сферы было слабым здесь, создавая атмосферу тайны.
— Ты привёл сюда нападавших, — начала Саарэиль без предисловий, её голос звучал ровно, но жёстко.
— Они не враги, — сказал Кайан спокойно. —Ты сама убедилась.
—Мы сами еле сводим концы с концами!
— Если мы отвернёмся от тех, кто выживает также как мы, то обречём не только их, но и себя. Нам нужны союзники. Нужны люди, надо объединяться.
Саарэиль ненадолго замолчала, но затем заговорила глубоко вздохнув.
— Кайан, ты продолжаешь рушить наши устои. И я молюсь, чтобы это было во благо.
Глава 36
Утро принесло свежий, но горячий ветер, который пробежался по песчаным дюнам, поднимая лёгкую пыль и неся кратковременное облегчение от палящего зноя. Люди сопротивления встречали очередной день, двигаясь слаженно, перенося припасы, обрабатывая оружие и проверяя защиту. Среди них теперь были и кочевники, прибывшие накануне. Они обустраивали свои палатки рядом с центральной площадью. Лица оставались напряжёнными, но сосредоточенными.
Старший кочевник стоял у края лагеря, опираясь на посох. Его взгляд, скрытый морщинами времени, наблюдал за суетой с выражением смеси изумления и осторожности.
Увидев Саариэль, идущую вместе с несколькими воинами, он кивнул.
—Приветствую.
—Приветствую.—ответила Саариэль.
Старик провёл рукой по подбородку, его лицо было спокойным, но в глазах читалась тревога.
— Ваше… убежище. Это больше, чем у нас было за десятилетия, — сказал он, медленно кивая. — Но где остальные?
— Это всё, что осталось, — сказала Саарэиль. Её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась скрытая боль.
Кочевник кивнул, словно ожидая такой ответ.
— У нас есть ещё люди, — сказал он. — Те, кто не последовал за нами в этот поход. Они скрываются среди песков. Если вы позволите, я отправлю своих людей, чтобы связаться с ними.
Саарэиль подняла бровь, её взгляд стал более настороженным.
— Ты хочешь привести их сюда?
— Если вы приняли нас, почему не принять их? — старший кочевник говорил уверенно, не избегая её взгляда. — Никто не знает пустыни лучше, чем мы. Мы можем не только помочь вам выжить, но и научить ваших людей тому, что сами знаем.
— Никто? — усмехнулся Зеран, стоявший рядом с Саариэль. Он скрестил руки на груди, в его глазах блеснул вызов. — Вы слишком высокого мнения о себе. Я был лучшим проводником в этих песках. Поверь, вы не знаете того, что знаю я.
Старик посмотрел на него с лёгкой улыбкой, будто это замечание его даже позабавило.
— Чем больше голов делятся знаниями, тем больше знаний. Разве нет?
Зеран нахмурился, но ничего не ответил.
— Мудрость — это не соревнование, — добавил кочевник. Он повернулся обратно к лагерю, наблюдая за людьми.
Позже, когда жар усилился, совет собрался в одном из прохладных залов храма. Каменный стол, вокруг которого сидели некоторые иэ воинов сопротивления, был покрыт картами и планами.
Тема обсуждения была одна: стоит ли принять предложение кочевников и позволить их людям присоединиться.
— Мы не знаем, какие у них настоящие намерения, — начал Зеран, откинувшись на спинку стула. — Они могут привести сюда своих людей, но что потом? Вдруг им покажется, что храм им нужнее, чем нам?