Чтение онлайн

— Нужно ещё немного… ещё чуть-чуть, — прошептала она, стирая пот с лица.

Однажды она уже использовала магию храма, и это едва не стоило ей жизни: она отдала ему всю свою силу, взяв лишь крохотную часть в ответ. Но теперь магия была ей знакома, она бурлила в её жилах, наполняя её. Храм принимал её силу, как река принимает воду, позволяя ей направлять энергию с лёгкостью.

— Мейра, быстрее! — крикнула Саариэль, её голос донёсся снаружи.

— Еще немного! — прокричала Мейра, хотя её собственные слова звучали неубедительно. Она едва пришла в себя и вновь просила у храма защиты.

Снаружи первый удар обрушился на стены. Одна из крылатых тварей врезалась в камень, оставив глубокие борозды. Чёрные всадники, словно ураган, метались среди воинов сопротивления, сея хаос.

Из их рядов шагнул вперед всадник. Его тёмные доспехи сияли мрачным блеском, а глаза были полны ледяной ярости.

— Я вернулся, как и обещал, — его голос разнёсся над полем боя.

Кайан медленно обернулся.

— Арон.

Тот остановился в нескольких шагах, его голова наклонилась набок, словно он разглядывал старого друга.

— Помнишь ли ты, Кайан Бифар? Мы сражались плечом к плечу. Ты был никем, я поднял тебя из грязи. Предложил почет и силу. А ты смеешь стоять против меня?

Их клинки встретились с оглушительным звоном, разбрасывая искры, как разъярённый огонь.

— Ты выбрал уничтожение, — сказал Кайан, отбивая удар. — Я выбрал искупление.

Арон рассмеялся. Его смех был полон ярости, как шторм.

— Искупление? Эти люди — прах, они уже мертвы! Почему ты цепляешься за иллюзии?

— Потому что они свободны, — ответил Кайан.

Тем временем один из магов Касдаля, слившись с тенями, проник внутрь храма. Его цель была ясна: уничтожить Мейру.

— Вот ты где, жалкая искра света, — прошипел он, найдя ее и поднимая руки, в которых зажглась чёрная магия.

Но перед ним возник Зеран, сжимая в руке клинок.

— Ты не пройдёшь, — произнёс он, рывком бросаясь вперёд.

Их бой разгорелся, словно бой между зверем и охотником. Зеран двигался с отчаянной яростью, но маг лишь издевательски усмехался.

— Ты так слаб, — он отразил очередной выпад. — Ты не способен защитить даже себя, не говоря уже о других.

Мейра сосредоточилась, игнорируя шум боя. Она почти достигла успеха. Колонны храма вспыхнули золотым светом, создавая защитный барьер. Но прежде чем он полностью сформировался, маг метнулся к ней.

— Нет! — крикнул Зеран, бросаясь наперерез. Он успел в последний момент, заслонив Мейру своим телом. Удар магии пронзил его плечо, подобно яду.

В это время, снаружи, Кайан и Арон продолжали бой. Меч Кайана, охваченный золотым пламенем, отразил сокрушительный удар Арона, но едва он успел подняться в защитной стойке, как из темноты вырвалась новая фигура. Волна магии, с ревом ударила его, отбросив на массивную стену храма. Каменная кладка задрожала, осыпая его осколками.

Кайан закашлялся, на губах выступила алая кровь.

Анаис стояла в укрытии. Её руки дрожали, сердце билось с нестерпимой силой. Она видела, как Кайан рухнул, окружённый врагами.

— Я не должна вмешиваться, — прошептала она, сжимая ладони. — Но я не могу смотреть как он погибает…

Слова утонули в невыносимом внутреннем конфликте, и, прежде чем страх успел её остановить, она шагнула вперёд.

Её магия вспыхнула внезапно — как молния, разорвавшая густую тьму. Поток силы вырвался из её рук, ослепительный и безжалостный, ударив мага.

— Анаис?! — Кайан с трудом поднял голову, его глаза расширились от удивления.

— Царевна, — маг отшатнулся, еле стоя на ногах, его лицо исказилось ужасом. — Владыке это не понравится!

Его голос оборвался, и тело растворилось в тенях в ту же секунду, оставив после себя лишь запах серы. Было ясно, он спешил к Касдалю.

Мейра наконец завершила активацию защиты храма. Массивные колонны вокруг них вспыхнули светом, и гигантская сфера магии поднялась над лагерем. А истошный крик мага заполнил руины Храма, прежде чем обернуться пылью. Зеран лежал на полу, охваченный ужасом, рана на плече исчезла…

Арон, видя, что битва проиграна, отступал за границу сферы, его глаза пылали яростью.

— Даю слово Бифар. Все что ты защищал обратиться в прах!

Анаис же уже растворилась в тенях, подобно видению…

Войдя в свои покои, Анаис застыла. Царь Касдаль восседал в её кресле, его фигура источала холодную уверенность. В одной руке он держал бокал вина, другой — с ленивой жестокостью — сжимал за горло мага.

Тот ещё дышал, но его облик стремительно искажался. Кожа трескалась, из ран вырывался густой чёрный дым. Глаза, некогда живые, стали безумными, а рот в мучительном безмолвном крике издавал лишь шипение. Касдаль наблюдал за этим зрелищем, словно это была пьеса, поставленная исключительно для его развлечения.

— Моя дорогая дочь, — его голос, насыщенный обманчивой теплотой, пронзил тишину. —Наконец ты вернулась. Как приятно вновь видеть тебя.

Его взгляд задержался на ней лишь на мгновение, прежде чем он кивнул на корчащегося мага.

— Этот жалкий червь, — произнёс он, смакуя слова, — осмелился рассказать мне отвратительно нелепую историю. Подумай только, он утверждал, что МОЯ ДОЧЬ якобы помогла жалким мятежникам.

Он произнёс слова медленно, словно смакуя каждую букву. Его улыбка стала шире, обнажая безукоризненно ровные зубы. Пальцы, всё ещё держащие мага за горло, чуть сильнее сжались. Тот завыл, из тела начали вырываться длинные черные щупальца, извиваясь в агонии. Кожа полностью облезла, обнажив скрученные мышцы, а череп начал менять форму, становясь вытянутым и уродливым. Руки его сжались в когти, и, несмотря на искажённый облик, в его глазах читалась мучительная боль.

— Но это, конечно, ложь, не так ли? — Касдаль обернулся к Анаис, его улыбка была по доброму отеческой.

Сердце заколотилось, а холодный страх пронзил до костей. Она смогла лишь покачать головой, её губы дрожали, не находя слов.

— Конечно, ложь, — повторил он, и его пальцы сомкнулись сильнее.

Но затем, он внезапно отпустил мага, с такой небрежностью. Существо, в которое тот превратился, рухнуло на пол, но вскоре поднялось, скрюченное и обезумевшее. Его глаза тут же нашли Анаис, и он бросился к ней, когти вытягивались в острые шипы, а из пасти вырвался утробный рёв.

— Нет! — выкрикнула она, инстинктивно отшатнувшись.

Но Касдаль, даже не вставая, лениво щёлкнул пальцами. Существо застыло, а затем вспыхнуло чёрным пламенем, обращаясь в пепел.

— Какое разочарование, — протянул он, поднимаясь с кресла. Его движения были грациозны, почти звериные.

Он подошёл к Анаис, нависая над ней. Она чувствовала себя птицей, загнанной в клетку. И вдруг он обвил её в неожиданно нежных объятиях.

— Отец, прошу… — прошептала она, но слова застряли в горле, когда поток магии подчинения проник в её тело.