Кайан: Последняя любовь
Шрифт:
— Держись Кайан! — крикнула Анаис, отражая заклинание, обрушившееся на него.
Товрал бросился к одному из магов, но волна темной магии отбросила его в сторону, с такой силой, что впечатала его в стену насмерть. Последний вздох вырвался из него, прежде чем рухнуть.
—Нет! —Закричала Айрин, но Товрал больше не шелохнулся.
Паника и отчаяние заполнили лагерь. Крики сливались с грохотом. Воины метались в страхе, предчувствуя неминуемую гибель.
В глубине храма Мейра сидела на коленях перед древним артефактом. Поверхность реликвии, покрытая символами, оставалась холодной и безжизненной, несмотря на её отчаянные усилия.
— Почему? — прошептала она, сжимая в руках последний ключ. — Почему ты молчишь, когда мы так нуждаемся в тебе?
Её руки дрожали, слабые потоки магии скользили по поверхности реликвии, постепенно угасая.
— Пожалуйста… — голос дрогнул, глаза наполнились слезами. — Сработай, тьма тебя дери!
С грохотом дверь распахнулась И Саариэль ворвалась внутрь.
— Мейра. Сделай что-нибудь. Прошу тебя! Мы больше не выстоим.
Мейра вскочила, её взгляд полыхал отчаянием.
— Я пытаюсь, Саариэль. Пытаюсь! — выкрикнула она, напрягая каждый нерв. — Я знаю, если я сейчас не справлюсь, то всё кончено…
Саариэль посмотрела на неё с неподдельной болью, затем коротко кивнула.
— Быстрее. Времени нет.
Она выбежала из зала, оставив Мейру наедине с безмолвной реликвией. Снаружи хаос достиг апогея. Звон клинков, вопли умирающих и шепот заклинаний сливались в адскую симфонию.
Анаис жертвовала последние силы, отражая удары магов от воинов. Вдалеке Наэль продолжала бой, её закруглённый клинок блестел в мерцающем свете луны. Но одно неверное движение и удар…. Кровь хлынула изо рта…
Изар, с мечом наперевес, прорвался через линию врагов, чтобы прикрыть её фланг.
— Наэла Вставай! —Крикнул он закрывая её.
— Я еще жива, — прохрипела Наэла, прикрывая рану от магического удара.
Кайан, держась в центре сражения, сражался не только мечом, но и волей.
— Анаис! — крикнул он сквозь гул битвы. — Уходи!
— Нет! — закричала она, отразив очередное заклинание. — Я не оставлю тебя!
В этот момент из мрака появился маг. Его чёрная мантия плавно струилась за ним, а глаза светились в ночи, будто огни преисподней.
— Не думал, что встречу тебя здесь, Кайан Бифар, — произнёс он с холодной насмешкой. — Того, кто разделит судьбу своей сестры.
Кайан застыл. Его тело, привыкшее к битве, будто замерло.
— Это ты...
— Да. Я забрал её жизнь. И твою заберу. Вы все — лишь пепел на пути великого дела.
Ярость, копившаяся в Кайане, взорвалась. Он бросился вперёд, но маг одним движением создал щит из тёмной энергии, отбивая удар.
— Ты жалок и слаб, как была слаба и она.
Каждое слово мага было словно удар по сердцу, но Кайан продолжал атаковать, будто пытаясь утопить боль в собственной ярости. Всё, что он видел, — это смерть сестры, её лицо искаженное холодом. Маг двигался с безупречной грацией, уклоняясь от каждого удара.
— Ты ничего не изменишь, — продолжал маг, уверенно отступая. — Ваше сопротивление — иллюзия.
Анаис, видя, что Кайан теряет контроль, попыталась вмешаться. Поток её магии устремился к врагу, но Кайан, не оборачиваясь, закричал:
— Не лезь!
Его удары становились всё более отчаянными, но маг будто бы наслаждался битвой. В один момент он нанёс удар, который сбил Кайана с ног.
— Это конец, — сказал маг, нацелив на Кайана смертоносный поток энергии. — Мы заберем царевну, а вас сотрем с лица земли.
Но внезапно ночное небо озарилось ярчайшим светом. Потоки магии рванули из глубин храма, словно пронзая само время. Реликвия наконец откликнулась на зов Мейры. Она смогла её активировать. Но какой ценой? Символы вспыхнули, заполняя пространство звуками древних чар.
Маг замер, когда его заклинание растаяло, как дым. Кайан воспользовался моментом, вложив всю свою силу в единственный удар. Его меч пробил грудь врага.
— Это за мою сестру, — прошептал он, глядя магу в глаза.
Шок застыл на лице врага, прежде чем его тело рассыпалось в прах.
Новый поток энергии, на этот раз еще более мощный, разлетелся по полю боя, сметая врагов. Мейра, дрожащая, упала на колени. Реликвия истощила её до предела.
— Это всё, что я могу… — прошептала она, падая во мглу. Ради активации артефакта, всего лишь на один раз, который не желал признавать её владельцем. Она пожертвовала половиной души.
Свет угас, а земля была усеяна прахом.
Кайан опустил меч. Его взгляд обежал разрушенное поле боя, и в его глазах отражались одновременно горечь и облегчение.
Глава 53
Солнечные лучи пробивались сквозь завесу пыли, словно робкие руки, пытавшиеся стереть хаос минувшей ночи. Воздух был пропитан горьким запахом смерти. Там, где совсем недавно звучал смех, теперь царила тишина, нарушаемая лишь стуком лопат и сдавленными рыданиями. Земля, напитанная кровью, словно сама оплакивала тех, кто больше не увидит рассвет.
Кайан стоял на краю разрушенной стены, откуда открывался вид на бескрайние пустынные пески. Они безразлично поглотили кровь десятками людей этой ночью, становясь безмолвным свидетелем трагедии. Его взгляд был таким же пустым, как небо над головой, а лицо напоминало каменное изваяние. Время для него остановилось в тот миг, когда защитная сфера рухнула, оставив их перед лицом ужаса.
— Кайан? — голос Анаис, тихий, едва различимый, словно шёпот ветра, вывел его из оцепенения.
Она стояла чуть поодаль, её волосы выбились из косы, подчёркивая хрупкость фигуры. В её глазах отражались усталость и горечь.
— Что? — Кайан повернул голову, но его взгляд оставался где-то вдалеке, за гранью реальности.
— Мы начинаем собирать тела, — сказала она, стараясь говорить ровно, но голос всё же дрогнул. Она отвернулась, не желая показывать ему слёзы. — Их нужно похоронить.
Он кивнул, но слова не пришли. Его шаги были медленными и тяжёлыми, будто каждый вдох причинял боль.
Пески пустыни, которые в другое время казались вечными и равнодушными, теперь хранили память о сражении. Повсюду были разбросаны тела — друзей, братьев, сестёр по оружию. Остатки лагеря больше напоминали руины, чем место, где ещё недавно кипела жизнь.
Среди павших оказались и дети. Их нашли вместе, мальчика и девочку, братьев и сестру. Их маленькие тела крепко сжимали друг друга, словно в последней попытке укрыться от ужаса, который настиг их.