Чтение онлайн

— Вы глупцы, — его голос, глубокий и властный, гремел над площадью. — Вы всё ещё цепляетесь за ложь света? Думаете, что свет сможет спасти вас?

По его сигналу два стражника, вывели на середину сцены молодого мужчину. Его лицо было изуродовано синяками, кровь стекала с рассечённой губы, но в глазах всё ещё горел огонь.

— Этот человек, — продолжил Касдаль, его голос стал ниже, но напряжение в нём возросло, — осмелился говорить о надежде, о сопротивлении. О светлом будущем. Что ж, пусть он станет вашим уроком.

Царь взмахнул рукой, и из теней появилась фигура.

Существо, больше похожее на порождение кошмаров, выскользнуло на свет. Его тело было скручено из кривых, острых костей, будто созданных для того, чтобы убивать. Существо двигалось рывками, как марионетка на невидимых нитях, издавая утробные, низкие рыки, которые заставляли толпу невольно отступать.

Пленный не отводил взгляда от Касдаля, даже когда монстр приблизился. Он не кричал, не умолял. Его лицо осталось твёрдым, несмотря на приближающуюся смерть.

Глаза Касдаля засияли ядовито-зелёным светом, и в ту же секунду существо рвануло вперёд. Все закончилось. Толпа ахнула, когда кровь расплескалась по доскам сцены.

Касдаль повернулся к толпе.

— Посмотрите на это и запомните, — сказал он холодно. — Тьма — это истина. Она единственный путь к выживанию. Примите ее! Впустите её! И сможете стать чем-то большим...

Люди молчали. Лица были лишены выражений, лишь немногие осмеливались смотреть на сцену. Они привыкли так жить. Слепо следовать тьме, не высовываться, покорно слушаться. И возможно, тогда их пощадят.

В тени, скрытый от глаз, наблюдал за происходящим другой человек. Его серые глаза сверкали в темноте, а рука крепко сжимала меч, спрятанный под длинным тёмным плащом.

Кайан.

Он не пришёл сюда, чтобы спасти пленника. Он знал, что это невозможно. Но он хотел увидеть лицо своего врага. Хотел вбить это лицо в свою память, чтобы ненависть, горевшая внутри него, никогда не угасла.

Касдаль поднял взгляд, словно почуяв присутствие наблюдателя. Его зелёные глаза, казалось, пронзили саму ночь.

Кайан замер. Его пальцы дрогнули на рукояти меча.

— Еще не время — прошептал самому себе. — Твоя очередь придёт, Касдаль.

Последний взгляд на сцену — и он скрылся в тенях, оставив город, погружённый в тьму.

Любимые, пожалуйста оставьте звездочку в знак поддержки автора, а если еще комментарий напишите, вы лучшие ?

Анаис стояла на балконе своих покоев, укутанная в ночную тишину. Лёгкий ветер шевелил её тёмные волосы. Слабый свет звёзд едва пробивался сквозь густые тучи, нависшие над темными землями Аскалона . Вдали слышались приглушённые звуки церемонии “очищения”, но Анаис не могла заставить себя пойти туда.

Она знала, что её ждёт там: смерть, крики, слепое поклонение тьме, которая теперь владела её домом, её жизнью, её отцом. От одной мысли об этом её желудок сжался, и она с трудом подавила желание сорваться в рыдания.

“Я больше не могу смотреть на это.»

Сжав холодные каменные перила, Анаис закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на воспоминании, которое согревало её душу в самые мрачные моменты.

Мама… Она была светом, который всегда озарял их жизни. Анаис помнила её голос, мягкий и чистый, напевающий старую песню, которую знали все матери в их королевстве.

“Свет, ведущий нас через тьму, Свет, дающий надежду и силы. Мы идём туда, где нет печали, Мы идём туда, где поют сердца.”

Слёзы навернулись на глаза. Это было давно, так давно, что она почти забыла слова. Мелодия ещё жила в её сердце, но слова… они утонули в бездне боли и страха.

Тогда ей было всего шесть лет. Она сидела у окна, а мама улыбаясь держала её за руку, глядя на заходящее солнце, которое было ярким, золотистым и таким светлым.

— Всегда помни, Анаис, — говорила мама, ласково касаясь её щеки, — Свет найдёт путь. Даже в самых мрачных уголках.

Но, это было до того, как всё изменилось.

Её отец, царь Касдаль, был великим правителем, прославленным своей мудростью и справедливостью. Его магия света озаряла всё королевство, вдохновляя тех, кто искал защиту. Но всё рухнуло в тот день, когда царица заболела.

Сначала это был простой кашель, который со временем превратился в нечто большее. Целители приходили один за другим, каждый предлагая свои лекарства и заклинания. Но ничего не помогало, она слубела с каждым днем.

Касдаль терял рассудок от бессилия. Великий маг, чья сила внушала трепет целому королевству, оказался беспомощным перед лицом единственной утраты, которая имела значение. Он, некогда мудрый и величественный, превращался в тень самого себя.

Анаис вспоминала, как спокойствие, всегда исходившее от отца, сменилось яростью. Он требовал от целителей невозможного, обрушивал на них громкие приказы, которые лишь подчёркивали его отчаяние. Ночи он проводил в библиотеке, за грудами древних фолиантов, молясь о чуде, которого не существовало.

В своей одержимости он начал заходить всё дальше. Новые заклинания, неизученные ритуалы, магия, о которой даже древние тексты предупреждали как о запретной. Он не просто искал спасение — он разрушал самого себя в этой погоне.

Анаис до сих пор слышала в памяти те крики, которые разбудили её однажды ночью. Она выбежала в зал, дрожа от страха, и увидела отца. Он стоял в окружении пульсирующих кругов магической энергии, чертя знаки в воздухе. Его лицо было искажено болью и маниакальной надеждой, а губы шептали слова, которых она не могла понять. Он пытался вырвать нечто из самого иного мира — тень, жизнь, воспоминание.

Но всё оказалось тщетным. Ни ритуалы, ни заклинания, ни его отчаянные молитвы не смогли спасти маму. Она умерла, а вместе с ней исчезла и последняя нить, связывавшая Касдаля с тем, кем он был раньше.

Что-то в её отце сломалось окончательно и бесповоротно. Великий маг, великий царь, некогда несгибаемый, превратился в оболочку самого себя. Он заперся в своих покоях, избегая света и людей. Еда, слова, даже время перестали иметь для него значение.

Но однажды ночью он вышел. Его появление было таким же внезапным, как и пугающим. Черты лица исхудали, глаза блестели лихорадочным огнём, плечи сгорбились, а руки мелко дрожали, будто от непосильного груза.

— Я нашёл способ! — его голос дрожал, но в нём звучала отчаянная вера.