Чтение онлайн

— Может быть, не падёт.

Когда слуги уже унесли чуть тронутые блюда, князь произнёс:

— Спасибо, что посетили меня, господин Лу Тенгру. Вы мне оказались нужны больше, чем я вам.

Лу Тенгру с немым вопросом уставился на Сого, и тот пояснил:

— Видите ли, принцессе Мэйджине, дозволено посещать Северный Предел не чаще двух раз в год, и я не могу часто отлучаться.

— Я понимаю, ваша светлость.

— Вряд ли вы знаете, отчего Его алмазное Величество так поступил со своей дочерью, и у меня нет права об этом говорить. Но одиночество давит. Вокруг нет никого, кроме душных чиновников.

Особый акцент князь сделал на слове «душных». Усталость от работы и неволи сквозила в нём.

— А как же госпожа Драголин? Вы ведь с ней дружны.

Князь Сого, прежде чем ответить, вновь посмотрел куда-то в сторону, словно боялся встречаться взглядом с Лу Тенгру.

— Дружен, но она заходит нечасто. Сами понимаете, у неё свои обязанности, у меня — свои.

Разговор порядком утомил Лу Тенгру, и он не знал, как закончить беседу, чтобы не оставить этого несчастного в унынии. К счастью, князь Сого всё понял.

— Я сообщу вам, как пройдёт моя аудиенция, но всё, что касается Пламени Земли и борьбы с Аватаром остаётся на вас. Тут я вам не помощник.

— Благодарю, ваша светлость.

Лу Тенгру откланялся и пошёл на выход, ощущая спиной пронзительный драконий взгляд. Душу терзали сомнения, что император послушает Сого. Князь больше не патриарх Предела, его жена выдворена из столицы. Интересно, почему Нэйджу так с ней обошёлся? Перестал ценить, когда появился сын-наследник? Впрочем, для Лу Тенгру главное, чтобы император оставил глупую затею воевать, а что внутри его семьи происходит — неважно.

Едва Лу Тенгру вышел за последние врата, как белая вспышка на миг лишила его зрения. Проморгавшись, колдун увидел трясущегося Гилтиана. Со лба эльфийского князя крупными каплями стекал пот, вены на бледной шее вздулись. Гилтиан упал на колени и оперся руками о плиты.

— Никогда так далеко сам не прыгал, — задыхаясь, произнёс князь.

Ничего не спрашивая, Лу Тенгру схватил Гилтиана и телепортировался с ним к морю. На пляжи, далёкие от промышленных портов, драконы редко выходили. Работали и днём, и ночью.

Гилтиан шлёпнулся на песок, тяжело дыша, как рыба, выброшенная на берег.

— Император… забрал Фео во дворец… — прохрипел князь.

— Подробнее! — крикнул Лу Тенгру, едва сдерживаясь от того, чтобы не схватить Гилтиана за грудки и не вытрясти из него ответ.

— Фео разговаривал с принцем Нэйджу… не знаю, о чём…. Меня прогнали… А потом их обоих увела стража.

Лу Тенгру осел на песок рядом с князем и пустым взглядом искал что-то в пене бирюзовых волн. Мыслей не осталось.

— Если император арестует Фео, ты спасешь его?

«Отчего мы так медленно взрослеем? Чтобы меньше страдать?» — думал Лу Тенгру, пока голос Гилтиана несколько раз прозвучал в его голове. Колдун сосредоточился и начал всевидящим взором искать Фео, но снова прозвучал тот же вопрос. Гилтиан не терпел молчания.

— Постараюсь. Не обещаю, но постараюсь.

Фео подумал, что его ведут к императору драконов не как преступника. Ничто не мешало телепортироваться и скрыться с глаз стражи, но Фео понимал, что нельзя. Нужно пользоваться хорошим обращением и вести себя смирно, что он и делал всю дорогу. Принц держался гордо, но ему вряд ли что-то могло угрожать.

Полёт прошёл спокойно, и вот Фео уже внутри замка-пещеры, потрясающего минеральным великолепием, но блеск камней не мог заменить дневной свет. Стража быстро свернула с пути в тронный зал к одной из многочисленных бронзовых дверей, почти незаметных в тени дальних колонн. Верить, что его ведут в темницу, Фео отказывался. Не посадят туда ведь Шакилара, наследника! Принц тоже удивился, однако ничего спрашивать у сопровождающих не стал.

За дверью начиналась ведущая вниз узкая лестница, конец которой тонул во мгле.

— Его алмазное Величество ожидает вас, — сказал капитан стражи, переводя взгляд с Шакилара на Фео. — Здесь вы должны идти одни, и император надеется, что вы останетесь благоразумны.

— Не сомневайтесь, — неожиданно грубо ответил принц, на что драконы только поклонились и отошли к колоннам молча наблюдать за теми, кого привели.

Шакилар первым ступил на лестницу и из-за чёрных одежд быстро пропал в темноте. Неизвестность пугала, но Фео сделал шаг вперёд, потом ещё и ещё. Глухо в тишине билось сердце, шуршал подол рясы. Под ногой, казалось, грохотала каждая ступень. Воздух становился всё более спёртым, сияние слабых кристальных светильников — более тусклым. Лестница оказалась крутой. Чтобы не закончить жизнь раньше времени, Фео опирался на стены. Едва подумал, что спускается уже час, как вдруг лестница закончилась, и Фео вышел на ровную площадку. Перед собой увидел необычную дверь: за стеклянным полотном просматривался механизм с множеством зубчатых колёс. Шакилар тоже напряжённо разглядывал препятствие.

Механизм внутри двери пришёл в движение, и она медленно отворилась.

За ней был тот самый зал из видения. Фео легко узнал его по обложенной камнями выемке, от которой расходились трещины. Освещался зал гораздо лучше, чем раньше: на полу стояли кристальные и даже светлячковые лампы. Сидящий на выбитом из цельного куска скалы троне император сам походил на изваяние. Лишь пляшущие в глазах огоньки выдавали живое существо.

— Я надеялся, сын мой, что ты будешь умнее своей сестры и не станешь лезть, куда не надо. Жаль, что я так ошибся в тебе, — сказал император, и от холода его голоса Шакилар дрогнул.

«Неужели Драголин донесла на своего ученика?» — встревожился Фео, но чувства подсказывали, что не она. Не тот характер. Но кто мог донести, да ещё и так быстро?

— Ты, наверное, хочешь узнать, откуда мне это известно? — словно прочитав мысли, спросил император у сына. — Что за несчастная душа, веками томившаяся в полном Скверны доме, донесла на тебя в обмен на свободу? Надеюсь, больше объяснять не нужно.

В груди Фео кольнуло. Значит, Кианита… накрыла стол и, где-то притаившись, подслушала просьбу принца, а затем улетела в замок. Она быстрая. И глупая. Предпочла предать госпожу вместо того, чтобы просто уйти.

— Ваше алмазное величество, я желал лишь знать, что причиняет вам боль, чтобы избавить вас от неё, — упав на колено, произнёс Шакилар.

— Тебя никто не просил! — прорычал император.

Его лицо вытянулось, и в жутком оскале сверкнули острейший зубы, тесным рядом занимавшие челюсть. Хищный взгляд теперь был обращён к Фео.

— Ты доволен, маленький безродный, что узнал мои тайны? — прозвучало менее внятно, но всё ещё различимо.

Фео глубоко вдохнул, чтобы унять страх, затем ответил: