Чтение онлайн

— Почему вы не спросили меня при остальных?

— Мне казалось, что всё ясно. Твой вопрос личный, а товарищи твои думают о войне, пряча тревоги. Согласись, тоже говорит о многом.

Она достала веер и стала разгонять застоявшийся воздух. В этом Фео разглядел намёк, что беседа закончена, и, поклонившись, вышел. После тяжёлого дня хотелось спать, однако слова Драголин не давали покоя. «Как же, прячут они тревоги, — думал Фео, поднимаясь наверх к гостевым комнатам. — Гилтиан мне в первый же день всё выдал». Желал бы Фео поверить, что госпожа просто плохо разбирается в Живущих на Земле, да не мог. В светло-зелёных глазах читалась мудрость тысячелетий, а мысли её точны и глубоки. Верно, героиня Казни Мира считает, что каждый должен быть силён. Но почему никто не побеждает один? Фео знал, что когда-то Драголин одолела перводемона сама. С Аватаром такое, конечно, не выйдет, но и госпожа говорила не про него, а про Тьму. Может про ту, которая сидит в Даву, а может про какую ещё. В душе, например.

Уже в коридоре второго этажа Гилтиан и Лу Тенгру стояли напротив стены и буравили её взглядом. Не успел Фео спросить, в чём дело, как через широкое окно влетел вихрь чёрных лент, который тут же принял облик Живущего на Земле. Все резко развернулись к нему. Дракон был высок, довольно хорош собой, и одет очень богато: рукава чёрного халата расшиты золотом, как и традиционный широкий пояс. Пучок волос удерживала заколка с двумя спицами.

— Как вы смеете следить за мной? — холодно спросил дракон.

— Простите, ваше высочество, мы лишь удивились, увидев вас здесь, — не дрогнув, ответил Лу Тенгру.

Ваше высочество?!

Фео во все глаза смотрел на сурового принца, который человека даже не замечал.

— Госпожа Драголин объяснит, если вам так интересно.

Не дожидаясь ответа, дракон вихрем лент унесся прочь. Будто и не стоял здесь только что.

— Я бы очень хотел узнать, что он делает у госпожи ночью, — проворчал Гилтиан. — Завтра обязательно спрошу.

Фео невольно усмехнулся, чем обратил на себя внимание, но говорить ничего не стал. Только слушал причитания князя:

— Она ведь прекраснее всех Живущих, и как может снизойти до обычного дракона?

— Он не обычный дракон, а принц, — ответил Лу Тенгру. — Даже если между ними что-то есть, это не наше дело. Сейчас у нас другие заботы.

Гилтиан только отмахнулся.

— Если победим Аватара, сделаю ей предложение. А что? Я тоже императорского рода, пусть и не дофин.

Лу Тенгру остановился так неожиданно, что Фео врезался ему в спину.

— Поверь — лучше к ней не лезть. Это не красавица из сказки. Боли в её душе столько, что стань она водой, морем бы разлилась. Драголин с древних дней воюет. Она старше тебя в сорок раз!

— Лу Тенгру прав, — решился-таки вставить слово Фео, — сейчас нужно думать о мире и победе над Аватаром.

— Сами ходите влюблённые, а меня судите!

Князь хлопнул дверью так, что задрожали стены. Лу Тенгру тоже поспешил уйти в свою комнату, и Фео остался один. Всё новые мысли забивали голову, которая, казалось, скоро разорвётся. Хотелось отдыха, даже беспамятства, но забытье не наступало на жесткой кровати. Поворочавшись, Фео поднялся и достал Осколок, мерцавший голубоватым светом.

«Тот, кто хочет стать демоном, должен намеренно убить дорогого ему Живущего на Земле, «разорвать собственное сердце». Так будущий демон заявляет Тьме внутри себя, что презирает идеалы Неру и собственный свет души», — вспомнился кусок очередной лекции, плотно засевший в голове. Теперь Фео знает, что отец убил своего близкого друга. Теперь знает, что и в людях может жить первородная Тьма. Была ли она у Гиддеона, или ему посчастливилось родиться с чистой, зрелой душой?

«Он мог стать демоном тогда, — думал Фео, глядя в голубые глаза по ту сторону зеркала. — Но ему, наверное, повезло. Мне бы на его месте не повезло».

«А в везении ли дело? — произнёс в голове другой голос. — Может, в воле и раскаянии? Отец шагнул в пропасть, но уцепился за уступ и выбрался. Засиял бы демон светом Неру? Я видел всё сам, но просто боюсь правды. Правды, что мне нужно быть сильнее».

«То, что я здесь — случайность или замысел Ситинхэ, но не моя воля. И я не оправдываюсь. Я всё сделаю, чтобы царство людей не пало, чтобы жил мой народ».

«Отец, Ратибор, царь хотят этого, но чего хочет тёмная незрелая душонка? Или человек Фео, уже не раз вступавший в битву с Тьмой?»

Голубые глаза в Осколке прищурились, словно некто по ту сторону улыбался.

«Человек Фео хочет спать, а голова его гудит от голосов и мнений. Я разберусь во всём, но завтра».

Мысль примирения с собой помогла лишь на короткое время. «Завтра» — это слово било набатом в сознании. Завтра аудиенция у императора драконов, и станет ясно, имеет ли смысл затеянный принцессой Ситинхэ поход. Может, только эльфы и люди будут воевать с Аватаром, чтобы неизбежно проиграть.

Дворец императора, к удивлению Фео, оказался внутри горы. Центральные ворота были из золота и обложены красным камнем. Вровень с кедрами над горой поднимались десятки металлических труб, как объяснила Драголин, воздушных каналов. Они же отводили алхимические пары.

— Интересно, — ответил Гилтиан, когда госпожа окончила рассказ.

Это было первое слово, которое он произнёс с самого утра. Князь выглядел бледнее обычного, ничего не съел за завтраком, смотрел всё время куда-то в сторону. Слишком ответственное ему поручили дело. Лу Тенгру держался и того хуже. Далёкие и частые телепортации истощили его, добавили седых прядей и яркости синякам под глазами. Воинам Света и во дворец пришлось лететь на драконе.

Стража поклонилась госпоже Драголин и расступилась перед гостями. Значит, предупреждена.

Сотни нефритовых колонн с золотыми капителями подпирали зеркальный потолок, в котором отражался пол, исчерченный минеральными жилами. Не имели числа кристальные светильники, что в несколько рядов висели меж колонн на тонких как паутинка цепях. Зал был огромен, но казался давящим без настоящего дневного света. Гулко в тишине звучали шаги и стучали сердца.

Драголин молчала, хотя Фео нуждался в её напутственном слове. Он не сомневался, что вчерашний разговор она затеяла не зря. На аудиенции у Фео будет своя роль, не исключено, что важная. Тревожило ещё и то, что Драголин не имела права выступать перед своим правителем за интересы других государств. Таков драконий закон. Воины Света рассчитывали только на себя.

Быстро Фео заметил, что за ними наблюдают. Десятки сгорбленных драконов в тяжёлых расписных халатах с прищуром смотрели на гостей и что-то выискивали в своих длинных свитках. Очевидно, чиновники императорской канцелярии. Некоторые из них последовали за посетителями.

В конце зала до самого потолка высилась золочёная дверь. Драголин только коснулась ручки-кольца, как зазвенел хрустальный колокольчик. Громадные створки медленно открылись. Склонив голову, вошла Драголин, а за ней — остальные. Краем глаза Фео заметил, что чиновники расползлись вдоль стен, став неприметными в пёстром великолепии множества минералов.