Чтение онлайн

– ТТТтттттттттттт

Фэй так и замерла с открытым ртом.

– Нам не нужны неприятности. Ребята, может, трахнете нас?
– спросила Мэг.

– Нет. Отдохните пару дней от этого, - покачал головой я.

Мэг изумленно посмотрела на меня, и глаза ее широко раскрылись.

– Не хотите?

– Он говорит только за себя. Он влюблен, - быстро отреагировал Хоук.

– Это противоестественно, - заявила Мэг.

– Для него - естественно, - сообщил Хоук.

– Расскажите о Лео, - попросил я.
– Он приходит один?

Фэй покачала головой:

– Не впутывайте нас в свои дела, мистер.

– Фэй, - сказал я, - вам придется впутатьcя. Я разыскиваю одну женщину и найду ее. Для этого я сделаю все, что потребуют обстоятельства, даже изобью двух невинных потаскушек. Итак, Лео приходит один?

– Нет, - отозвалась Мэг. Фэй, плотно сомкнув губы, молчала.
– С ним всегда приходит Элли. Его телохранитель.

Мэг не смотрела на Фэй.

– Лео носит с собой пистолет?
– спросил я.

Мэг покачала головой:

– Понятия не имею. Знаю, что у Элли пушка есть. А насчет Лео...

– В какое время он приходит?

– В пять. Ровно в пять вечера.

– Он до вас собирает деньги с других девушек?

Мэг пожала плечами.

– Может быть, вечернее время интереснее для работы?
– предположил Хоук.
– И он собирает дань днем...

– А сюда приходит напоследок, - вставил я.

– С полученной выручкой, - закончил Хоук.
– Как это мило.

Из коридора двери вели в ванную и в две спальни. Я отправил обеих женщин в одну из них. Хоук привалился к косяку в коридоре и следил за тем, чтобы они не показывались, пока я набирал номер справочного Нью-Йорк-Сити и узнавал телефон Рейчел Уоллес.

– Это та самая писательница, которую ты спас от похитителей?
– спросил Хоук.

Я набрал "212" и кивнул.

– Может быть, она не захочет тебе помогать, - сказал Хоук.

Раздались гудки.

– Но ведь я спас ее, верно?

– Да, это веский аргумент, - ухмыльнулся Хоук.

Наконец Рейчел Уоллес ответила.

– Это говорит Спенсер-гетеросексуалист, - представился я.

– Приятно узнать, что ты не повзрослел. Как дела?

– Плохо, - признался я.
– Нужна помощь.

– Тебе нужна помощь?

– Да, - ответил я и все рассказал.

– К вечеру могу приехать, - сказала Рейчел.

– Не нужно, - отказался я.
– Благодарю.

Сейчас тебе здесь делать нечего. Лучше займись пока раскопками. Мне необходимо как можно больше узнать о Джерри Костигане и его отпрыске.

– А как имя отпрыска?

– Рассел. Я точно не знаю, как полное имя его отца - Джерри может означать Джеральд, Джером или что-то в этом духе.

– Хорошо, - сказала Рейчел Уоллес.
– Разузнаю. В Нью-Йорке сейчас полдень. К ужину, думаю, достану необходимую информацию. Могу я тебе позвонить?
– Конечно.
– Я продиктовал номер.
– Знай, помощь мне противозаконна, и, вполне возможно, тебе потом будут предъявлены обвинения.

– Знаю, - успокоила она.
– Позвоню сегодня в девять вечера по местному времени.

– Буду на месте, - пообещал я и повесил трубку.

– Она ведь лесбиянка, - заметил Хоук.
– Я однажды ее по ящику видел.

– Лесбиянка, феминистка, борец за права сексуальных меньшинств и скорее всего яростный противник расизма, - сказал я.

– На мой взгляд, ей далеко до идеала настоящей американки, - заявил Хоук.

Я встал, подошел к окну и выглянул на улицу.

– После того как разберемся с Лео, - сказал я, - нужно будет нанести парочку визитов. Первый - к доктору Хилльярду, а затем - к Джерри Костигану.
– Кто такой доктор Хилльярд?
– спросил Хоук.

– Эта фамилия стояла в ежедневнике Сьюзен. Видимо, тот самый психиатр, к которому она обращалась.

– А где мы отыщем Джерри Костигана?

– Где-нибудь в Милл-Ривер. Думаю, Рейчел удастся откопать его адрес. Если же нет, значит, поедем и спросим.

– Приятно будет навестить старый добрый Милл-Ривер, - обрадовался Хоук.

8

Из ТЕЛЕФОННОЙ КНИГИ Я УЗНАЛ, ЧТО У ДОКТОРА ДОРОТИ Хилльярд кабинет на Русском холме, а из новостей - что "изнуряющая охота за преступниками" распространилась на весь прибрежный район.

– "Изнуряющая", -просмаковал елово Хоук.

– Все вверх дном перевернули, - сказал я.

– Вы действительно убили того человека?
– спросила Мэг.

– Действительно, - подтвердил Хоук.
– Но для его же блага.

Фэй молчала.

На ланч приготовили бутерброды с арахисовым маслом и растворимый кофе. Масло называлось "Скиппи". Хлеб был бледноватого цвета.

– Мерзость, - прокомментировал я.

– Обычно мы здесь не едим, - сказала Мэг в оправдание.

– Понятно почему, - кивнул я. И съел три бутерброда.

После ланча Хоук принял душ и немножко поспал. Я наблюдал за женщинами. Когда настало время ужина, Мэг сказала:

– Масла больше нет.

Таким образом, на ужин у нас были тосты из белого хлеба, клубничный джем "Крафт" и белое крестьянское вино. Вечерние новости повторили все, что было сказано в утренних и дневных выпусках. Я так и остался с пятнадцатью лишними фунтами. После выпуска новостей мы посмотрели программу о животных и замечательную передачу "Травмпункт".

– Еще денек подобной жизни, - заметил Хоук, - и я пойду сдаваться милл-риверским копам.

В девять часов позвонила Рейчел Уоллес.

– Джерри Костиган - под этим именем его крестили - проживает в Милл-Ривер, в некоем месте под названием "Крепость", Эта самая "Крепость" находится рядом с Костиган-драйв, которая выходит на Милл-Риверский бульвар.

– Я знаю, где находится бульвар, - сказал я.

– Очень хорошо. В сорок восьмом году Костиган унаследовал от своего отца небольшую автотранспортную фирму. Она послужила основой для нынешнего концерна "Транспен", который и сейчас занимается перевозками, но включает теперь и аэроперевозки, сельское хозяйство, гостиничный бизнес, сеть телестанций да еще и продажу оружия и боеприпасов. Иногда Костиган совершает набеги на шоу-бизнес, например, вкладывает деньги в производство кинофильмов. Какое-то время Джерри владел акциями компании звукозаписи, а сейчас, через Рассела, вкладывает деньги в производство видеоклипов. Компания принадлежит и управляется исключительно кланом Костиганов.

Джерри - президент и председатель. Рассел - исполнительный вице-президент. Грэйс Костиган - жена Джерри и мать Рассела - записана как казначей. Их представительства имеются во многих городах.

– Удалось узнать что-нибудь непосредственно о членах семейства?

– О Джерри практически ничего. Затворник. Жертвует деньги консервативным и антикоммунистическим организациям. Однажды попал под расследование сенатской комиссии, изучавшей дело о рэкете в профсоюзах.

Расследование не дало результатов. Его имя связывают с нелегальной торговлей оружием на Ближнем Востоке и в Африке. Но никто никогда не выдвигал против него обвинений.