Килайна. Воссоединение
Шрифт:
– Прошу, не нужно, оставьте мою сестру в покое. Просто возьмите наши вещи, и уходите.
– Голос торговца стал дрожать.
– Ты же сам сказал, что отдашь нам все. Девку мы тоже забираем.
– Забирайте повозку и все наши вещи, только оставьте нас в покое, будьте милосердны.
– Сэм впадал в отчаяние.
– Но, но, нужно держать свои слова парень.
Сэм умолял бандитов оставить нас в покое, но Кристофер только смеялся, угрожая ему револьвером, а Роберт стал откровенно лапать меня.
– Раздевайся, - приказал он мне.
Со слезами на глазах, я стала развязывать петли и узелки своей сорочки, но руки меня не слушались.
– Слишком медленно, - Роберт сделал несколько разрезов в местах, что держат сорочку на мне.
Оставшись почти голой, я прикрывалась руками. Лицо бандита преобразилось, на его хмурой физиономии возникла улыбка. Он рассматривал меня примерно минуту, а затем повалил на землю.
– Нет! – закричал Сэм. Резким движением тела торговец попытался сбросить с себя бандита, но же получил удар рукояткой револьвера по затылку.
– Я больше предупреждать не буду, а выстрелю сосунок!
– Крис ударил Сэма ногой по ребрам.
– Аааархаа!
– Послышался грубый крик. – Горю твою мать! – Рукав Роберта загорелся, и огонь перекинулся на остальную часть одежды. Волосатый бандит стал орать и кататься по земле.
Воспользовавшись моментом, Сэм скинул с себя впавшего в ступор Кристофера, и выхватил его револьвер. Прозвучали три выстрела.
Одна пуля вошла бандиту в район печени - Кристофер закричал, и упал на колени. Другая пуля вошла ему в шею - бандит завалился на бок, пытаясь зажать рукой то место из которого хлестала кровь. Последним выстрелом Сэм попал лысому Кристоферу прямо между глаз, исказив выражение его лица.
Встав на ноги, я подошла к Роберту, и направила на него руки. Бандит уже потушил огонь, и удивленно уставился на меня. Вены на моих руках загорелись алым светом. Из моих ладоней возникла струя пламени, которая обрушилась на Роберта.
Горящий бандит извивался в агонии как мог, крича нечеловеческим голосом. Я продолжала сжигать его. Через некоторое время крик сменился на хрип, и Роберт стал ползти по земле. Кожа его бурлила словно кипящее масло, но он не сдавался, живучесть бандита поражала.
С новой, невиданной силой, я вызвала такую струю огня, что она озарила местность вокруг. Тело бандита расплавилось словно сыр, и жидкая масса прошла сквозь его скелет.
Вены на моих руках перестали светиться. Я посмотрела на ошарашенное лицо Сэма, и упала без чувств.
========== День 6 ==========
День 6
– Где я?
– спрашивала я у серой фигуры в углу пещеры.
– … - Она не отвечала мне.
– Кто ты такая?
– …
– Почему ты молчишь?
– Лишь после этого фигура заговорила со мной.
– Ты знаешь меня и это место, - произнесла она сиплым голосом.
– Ты это я, так ведь?
– Я тот, кто наблюдает. Я могу быть кем угодно
– Что тебе от меня нужно?
– Ничего, я только наблюдаю за тобой.
– Ты показала мне мое детство и маму, я не смогу успокоиться пока не узнаю, что с ней стало. Пожалуйста, расскажи мне.
– Я не могу сказать тебе этого, я только наблюдаю за этим миром, ему грозит опасность, и ты тому причина.
– Что? Я причина?
– удивленно спросила я.
– Ты уже должна была понять.
– Это из-за моих способностей?
– Ты ответила на свой вопрос.
– Но, откуда они у меня и зачем они мне?
– Много вопросов… ответы на них ты и так знаешь. Я хочу есть. Если не хочешь отведать со мной жареных грибов, то оставь меня в покое.
– Серая фигура посмотрела на стол, а затем села на небольшую табуретку.
Я решила идти до конца.
– Если я поем с тобой грибов, ты расскажешь, что стало с моей мамой?
– Это зависит от тебя.
– Серая фигура протянула руку, указывая на небольшую табуретку.
– Что ж, присаживайся, бери ложку.
Я села за аккуратный маленький деревянный столик. Первая моя мысль была - посмотреть в лицо серой фигуры. Взглянув краем глаза, я заметила, что ее лица не было видно, вместо него была черная зияющая дыра.
Фигура в сером открыла старую, покрытую копотью, сковородку, и наложила в две деревянные тарелки жаркое из грибов. Ее серый капюшон навис прямо над тарелкой. Стоило мне моргнуть, как фигура уже все съела.
Я помесила жаркое деревянной ложкой, поддела часть, и поместила себе в рот. Вкус грибов напомнил мне мясо индейки, которое подавала Адель, обычно, в честь дня благодарения святых отца, матери и их дочери. Вернувши взгляд на свою тарелку, на ней оказался тот самый ужин моей няни - картофельное пюре с котлетами из индейки. Я отбросила ложку, и прикрыла свой рот руками. В ту же секунду в моих глазах, будто, сменили картинку.
Я смотрю на папу, несущего меня в руках через заснеженный лес, мне было холодно, и я плакала.
Вдруг картинка сменилась. Теперь я сижу в санях и смотрю на мелькающие мимо деревья. Мой папа сидит рядом, и держит меня, чтобы я не упала.
Картинка снова меняется. Я смотрю на женщину, она кормит меня из ложечки. Эта женщина напоминает мне помолодевшую Адель. Я смотрю в окно на чье-то лицо в сером капюшоне, оно обожжено, и пугает меня.
Картинка опять поменялась. Я стою с детьми у входа в школу, папа стоит рядом со мной. Детям около семи лет, они в школьной форме, и я была одета в синее школьное платье. Еще не сильно старый директор нашей школы что-то говорит всем собравшимся. Мой взгляд привлечен на странную фигуру в сером плаще с капюшоном, она стоит недалеко от школы, и лицо ее обожжено.
Картинка сменилась в пятый раз. Я шла домой по улице Трависа, и заметила фигуру в сером плаще. Проходящая мимо особа прикрывает лицо капюшоном, и хриплым голосом предупреждает меня об убийцах. После чего картинка меняется в последний раз.
Я вижу, как Ильда и Эван пытаются посадить меня в карету. Проходящая мимо нас особа в сером просит их подсказать время. Ильда не намерена давать ей информацию, и прощается. Особа в сером плаще уходит, делая знак рукой. В ту же минуту лошади трогаются с места унося экипаж прочь, оставляя мне шанс для побега.