Чтение онлайн

– Господи, давно так не смеялась.

– Извини, я не специально.

– Конечно не специально, платье то красивое, хорошо, что пол чистый. Надо было тебя сначала переодеть, ты уж прости. Я сама воды наношу, ты пока повесь одежду на веревку. Воды в сапоги не набрала хоть? Ухахах.

– К счастью, нет. Ха-ха.

Алена проверила огонь в парной, и вышла из бани с ведрами, посмеиваясь по пути. Я сняла с себя платье, и повесила его на веревку, раскинутую вдоль комнаты.

Алена уже второй раз заливала воду в бак, пока я сидела в мокром белье.

– Не стесняйся, все равно вместе пойдем мыться, а то еще ошпаришься или обожжешься, - посмеялась она.

– Я, пожалуй, переоденусь в сорочку, пока баня прогревается.

– Ну, давай. Возьми мои зеленые тапочки на пороге, сапоги можешь там же оставить, не исчезнут.

Я вышла из предбанника до порога дома. Переобувшись, я зашла внутрь, и огляделась вокруг. В доме было скромно - две односпальные кровати возле печи, большой стол в углу у окон и четыре стула. Большой трехцветный плетеный ковер лежал на полу. Кухонная утварь находилось на столике рядом с раковиной-умывальником, что в другой стороне дома.

– «миу» - послышалось воле печи. Из-за печки выбежал серенький трех месячный котенок, мяукая, он направился ко мне.

– Какой хорошенький! – Я присела на коленки, и погладила его. Захотев взять его на руки, я вспомнила про одежду.
– Ой прости, белье ведь мокрое.

Переодевшись в сорочку, я взяла котенка на руки, не переставая гладить, котенок мило отзывался мурчанием.

– Скоро пойдем, - сказала вошедшая в дом Алена. – Тишка, мой сладкий, - девушка погладила котенка в моих руках. – Есть будешь?

– Ты мне, или котенку? – Спросила я.

– Тишка разговаривать научился чтоли?

– Кажется, нет.

– Тогда тебе.

– Спасибо, но я голодна, - улыбчиво ответила я.

– Как хочешь, мне больше достанется.
– Алена достала из под пола стеклянную банку с какими то овощами. Открыв банку, она взяла из нее маринованный огурец, и, вприкуску с хлебом, отведала сей странный ужин.

Маятниковые часы, висевшие у входа, показывали десять часов вечера.

– Алена, я слышала, ты занимаешься охотой…

– Да, это мое главное развлечение и увлечение. Благодаря тебе я пойду завтра в лес охотиться.

– Ни разу не встречала девушку одетую так странно, еще и охотницу.

– В Ровии ты и не такое встретила бы. У вас в Эмилии очень занудные правила приличия и законы. Постоянно слышу от местных - «надень платье, Алена», «ты похожа на парня, Алена». Зато от путников и торговцев меньше проблем, под градусом они путают меня с парнем. – Алена посмотрела на часы, - кстати, пора мыться, пошли.

Из трубы шел белый дым. Мы зашли в предбанник, и я ощутила исходящий от стен жар. Алена стала раздеваться. Она сняла с себя брюки, затем расстегнула зеленую рубашку. Я заметила необычное белье на девушке. Вместо привычных панталон на ней были стянутые в поясе и по краям короткие штанины, открывающие нижнюю часть бедра. На груди у девушки был пояс с лямками, который также обтягивал в краях. Девушка сняла с себя откровенное белье, и посмотрела на меня.

– Чего смотришь? Не стесняйся, не укушу.

– Извини, просто никогда не видела такого нижнего белья.
– Я стала снимать с себя панталоны и сорочку.

– Я его купила в Архинске, этим маем, когда ездила к своей тете. Там и увидела новое изобретение ровийских ученных – каучуковую веревку, или резинку. Если вставить такую веревку в сшитое отверстие на краях одежды, то эта часть будет прижимать ее. Резинка не дает одежде спуститься или задраться, это очень удобно. Катя, могу подарить тебе такой комплект, у меня есть еще десяток.

– Спасибо, но не слишком ли откровенно такое белье?

– Да ты брось. Будто ты в одном белье будешь по улице щеголять, - посмеялась Алена, и посмотрела на меня. – Ты такая худая, тебя твои брат и отец совсем не кормят?

– Кормят… просто я мало ем, и…

– Да ладно тебе, я все понимаю – сейчас мода на худобу, диеты, корсеты, все дела…

– Ален, ты тоже худая, - заметила я.

– Ой, спасибо. Если бы не охота, могла бы растолстеть.

Мы зашли в парную, и я почувствовала обжигающий кожу жар. Я вышла обратно за дверь, закрыв лицо руками.

– Ты чего, ни разу в бане не была?

– Не была, к сожалению.

– Заходи не бойся, не умрешь. Отворачивайся от печки, и становить другим боком, если напечет. А когда почувствуешь, что уже не можешь терпеть, приседай к полу, или садись на нижнюю лавку, внизу прохладнее, - объяснила мне Алена.

Я зашла в парную, и присела рядом с девушкой на верхней части двухступенчатой лавки. Через минуту мне стало душно.

– Зачем вы терпите такой жар, для чего? – Спрашивала я.

– Как зачем - распарить кожу перед помывкой, мочалка хорошо снимает грязь на горяченькое. И это не все, самое важное в бане – веник.
– Алена кивнула на пучок березовых веток.
– Катя, ложись на лавку.

– Что? Веник? Зачем?

– Ложись, сейчас будем тебя парить.

Я легла на лавку, и приготовилась к худшему. Мои опасения подтвердились. Я закричала от неожиданного удара по спине.

– Алена! Что ты делаешь?

– Ухахах, это всего-лишь веник, трусишка.

– Почему этим веником ты хлещешь меня, а не метешь пол?
– обиженно спросила я.

– Это не тот веник. Как бы сказать на эмильском языке - это специальная плетка для бани, она раскрывает поры на твоей коже, и из них выходит вся грязь. Потерпи, потом еще спасибо мне скажешь.

– Алена, может не надо?

– Надо, Катя, надо.

Я терпела издевательства около пяти минут, за это время успела испытать разные чувства - злость, обиду, печаль, веселье. Когда Алена прекратила свои опыты над моей, непривыкшей к такому обращению, кожей, я ощутила жжение, и заметила какой красный оттенок приобрело мое тело.