Чтение онлайн

Мы двинули за ним.

От высокой влажности – испарений многочисленных болотец, озерков, так густо заросших зеленью, что только по небольшим проблескам среди пышной растительности можно было догадаться о наличие воды, – было ужасно жарко и душно, одежда прилипала к телу, и это было невообразимо противно.

– Ну, и что теперь? – спросил я. – Как мы двинем отсюда обратно? Ночевать в джунглях – не самое умное занятие…

– Здесь неподалеку деревня сикрингов, ну, тех самых дикарей, что живут здесь, – ответил Ур. Он вертел головой во все стороны, высматривая опасность. – Может, пройти много времени с тех пор, как я был здесь последний раз. Может, они уже не такие дикие? Может, они расчистили лес, или у них есть транспортное средство…

– А что – нет?!

Последний возглас Черного остался без ответа. Мы продолжали ломиться сквозь чащу, и ветки царапали нам лица, нещадно хлестали…

– Да?! И на какие шиши, извиняюсь, о наследный принц, ты собрался приобрести оное у полудикого населения?! – съязвил я, когда зуд под одеждой стал невыносимым.

– У меня есть универсальная валюта, – свирепо ответил Черный, намекая на оружие.

– Не думаю что ты сможешь оплатит их услуги этой монетой, – заметил Ур, с сомнением покачав головой. – Они, может, и производят впечатление глубоких идиотов, но лишь производят. На деле они неимоверно хитры, и весьма ловко шинкуют своих врагов. Даже паладин, думаю, вышел бы из этой схватки потрепанным – так они ловки. Вся их натура – это стремление убивать; они прекрасные охотники, и им все равно на кого охотиться. Поэтому у них нет ни тележек, ни инструментария – я вот кроме оружия, ничего у них не видел. Разум их устроен очень странно. Они думают только об убийстве – ну, и о трапезе, которая следует за ним. Так что…

Ур усмехался. Свои голые коленки он прикрыл плащом, обернув его вокруг талии, и топал дальше, помалкивая.

Так, переругиваясь и прорубая себе дорогу в этих буйно разросшихся джунглях универсальными кредитками, мы дошли до дороги. Точнее – до какого-то подобия дороги, потому что, скорее, это была протоптанная в ярко-зеленой, сочно хрупающей траве тропинка, ведущая… куда? С минуту мы все трое молча размышляли над этим, с остервенением обдирая с себя листья, ветки, стебли, зацепившиеся за металлические украшения костюмов – да, позабыл сказать! Ур велел нам надеть всю одежду, даже попорченную (форсить не перед кем!), чтобы не было видно ни капли нагого тела, – да стряхивали пауков, успевших уже заткать своей липкой плотной сетью наши морды…

Один конец дороги вел, конечно, в джунгли, другой же – к людям…Но какой же?

– Кажется, мы слегка отупели за последнее время, – мрачно заметил Черный. – Или растеряли всю свою отвагу – в былые времена мы бы уже топали б в нужном направлении.

– А может, мы наоборот набрались ума и повзрослели, раз стали осторожнее, – возразил я.

Ур, прислушиваясь к чему-то, лишь мотнул головой.

– Бравада тут ни к чему, – тихо произнес он. – Это не то место, где можно идти, не раздумывая, в какую сторону. Это почти другой мир; вы никогда такого не видывали – а наша подружка Айрин помолчала бы, не торопясь применять ко мне слова «урод» и «мутант», если б побывала тут… Туда!

Ур махнул рукой направо, и мы, озадаченные, двинули за ним.

– А почему так тихо? – дошло вдруг до меня. Ни птичка не пискнет, ни мышка… Звуки животных отсутствовали напрочь! Только шумели листья деревьев – жирные, сочные, огромные толстые листья! – Это же не лес, а фигня какая-то!

Черный огляделся и пожал плечами; таким растерянным я видел его впервые, да и сам он впервые не знал, что делать, всецело полагаясь на нашего проводника.

– Все потому же, – кратко ответил Ур. – Мутанты. Странная мутация; жизнеформы почти безголосы. Люди лишь помыкивают. Одному черту известно, как они понимают друг друга!

– Радиация? – быстро спросил Черный.

– Не беспокойся; это было давно.

Черный, хмурясь, брел, раздвигая заросли руками.

– Расскажи нам об этом месте, – попросил он. – Куда ты ведешь нас?

Ур глянул на меня и проговорил

– Мы идем к Хрустальному Озеру. Оно располагается за грядой невысоких скал, вон там. Нам важно всего лишь перебраться через них, и тогда, считай, мы в безопасности – относительно, конечно, но в сравнении с этим местом и плаха кажется раем. Это – самое сердце земель, населенных сикрингами. Перебравшись через него, мы достигнем цели – я уйду навсегда, а вы попадете в первый портал. Там мы расстанемся.

Эта дорога – не единственная, что ведет к нему, и даже не самая безопасная. Я нарочно повел вас здесь, потому что чем опаснее дорога, тем меньше на ней неожиданностей. Здесь всегда я готов ко всему… К Озеру ведут пять троп, три из которых используют люди, проживающие здесь; две других выстроены теми, Кто Ушел, – эти два слова Ур произнес с каким-то особым выражением, и я наверняка услышал, как дрогнул его голос. – Они очень удобны для передвижения, но на них больше вероятности угодить в сеть к любителям человечинки. Эта тропа проходит по самому сердцу земель, на которых живут эти страшилища; сюда редко заходят нечаянные люди – а те, кто заходит, протягивают здесь недолго. Болезнь, – это слово Ур тоже выделил, поставил его как-то особняком, сделав, скорее, угрожающим именем, – что свирепствует здесь, коварна; она может поразит даже того, кто с ней тщательно борется. Охотиться придется бок о бок с этими людьми, а они прекрасные охотники; несмотря на скудость их речи и странности, они обладают отменным нюхом, как у животных, и мгновенно чуют Чистого Человека, их излюбленную добычу… они едят людей, да. Но нас они не тронут. Держитесь меня, и все будет в порядке!

– А ты? Сколько времени ты прожил здесь? – спросил недоверчивый Черный.

Ур помолчал немного.

– Долго, – ответил наконец он уклончиво.

– Что ты делал здесь?

– Спасался от преследователей, конечно! Они тогда загнали меня в болота – чуть западнее отсюда, – и обложили, как зверя. Насекомые искусали меня до язв, я почти месяц спал на дереве, которое чудом росло в самой топи, привязав себя к его веткам. Чтобы не заболеть, мне дважды в день приходилось погружаться в болото, смыть заразу. В болоте какой только нечисти нет…

Ур замолчал, и меня передернуло. Тайный коварный шепот вновь витал над моей головой, и я видел, видел своими глазами, как истощенный, грязный, больной человек больше похожий на вытащенную из ила рыбу, пробирается к своему одинокому искривленному дереву, и вытаскивает с усилием слабое тело из воды, в глубине которой уже мелькают грозные тени…

– А что стало с преследовавшими тебя? – спросил Черный; это был резонный вопрос, потому что горячий шепот рассказывал мне, что их было много, очень, и они жили в палатках, и знали о Болезни…

– Они погибли, – коротко ответил Ур. – Все.

Все.

Защищенные, готовые, вооруженные, они все погибли.

Он один, беззащитный и больной, все же выжил.

– Половину из них переловили местные, – как бы нехотя продолжил Ур. – Вы скоро их увидите. Не пугайтесь, ничего они вам не сделают. Они реагируют только на незащищенность. Показать им тело – значит, расписаться в собственной слабости. Здесь очень жарко, и мои преследователи не могли справиться с искушением раздеться. А местные, привлеченные оживлением на берегу болота, где они ловили каких-то тварей себе на обед, мгновенно выследили и переловили их.

Половина умерла от Болезни.

– Что за болезнь?

– Я не могу точно сказать. Кажется, это мутировавший вид паразитов. Человек вдыхает их споры без вреда себе, но вот при попадании в пищеварительный тракт они прорастают и отравляет человека.

Я лишь покачал головой. Какая же воля к жизни должна быть у человека, если он выжил в таких невообразимых условиях!

– Я был сильнее их всех, – угадав мои мысли, ответил Ур. – Мое тело прочнее, и я мог, в отличие от них, прятаться под водой от местных… пока был здоров, у меня доставало сил убивать нападающих на меня хищников. А потом, когда мне уже нечего было терять, я просто спрятался среди местных. Да, я заразился Болезнью и долго потом лечился, но я остался жив. А они все – нет.